Нить судьбы

Оллби Айрис

А она сидела на камбузе и наблюдала за ним. Его руки так и тянулись обнять ее, увлечь на ту самую койку в каюте, на которой они провели прошлую ночь.

Глядя на нее, он вдруг осознал, что не просто влюбился в нее. Он давно и безгранично любит ее. И не может представить ни одного дня без нее.

Он подошел к Мелани и уселся рядом.

– Зачем ты ему все рассказал? – спросила Мелани.

– По двум причинам, – ответил Даррел. – Во-первых, я заключил с Блантоном сделку.

– Сделку? – Мелани подняла брови.

– Я дал Томми то, что

ему требовалось больше всего, – сочную историю, которую он может теперь передать в новостях, в обмен на то, что он умеет лучше других. – Даррел улыбнулся.

Мелани подняла руки, словно защищаясь.

– Только не говори мне, что он еще останется с нами!

– О, наверняка останется! Только он не будет досаждать ни тебе, ни мне. Его целью теперь станет…

– Сьюзи? – шепотом произнесла Мелани и понимающе кивнула. Она улыбнулась, и сердце Даррела подпрыгнуло. – Ну и коварный же ты тип, Уайт.

– Дело в том, что на старуху ничто не действует, – словно оправдываясь, объяснил Даррел. – Думаю, мы свели бы ее с ума, если бы прямо у нее на глазах принялись заниматься любовью на камбузе, хотя… – он украдкой посмотрел через ее плечо, – я сильно опасаюсь ее вязальных спиц.

Мелани засмеялась, тщетно пытаясь выкинуть из головы эротическую картину, только что вскользь упомянутую Уайтом. Прошлой ночью их тяготение друг к другу наконец стало очевидным для обоих и достигло кульминации. Мелани почувствовала это в его жгучем взгляде и в его прикосновениях, заставляющих ее вздрагивать.

– Итак, – сказала она, откашлявшись и стремясь скрыть свои чувства, – что же собирается сделать для нас Блантон?

– Отслеживать каждый шаг Сьюзи. Совать нос в ее чертовы спицы, ловить момент, когда она окажется без своего безвкусного макияжа. В общем, он сделает ее жизнь настолько невыносимой, что Сьюзи не выдержит и освободит нас от своего присутствия.

– Но кому интересна личность этой старухи? – недоумевала Мелани.

– Конечно, никому, но Блантон рассчитывает, что она когда-нибудь придет в ярость, – объяснил Даррел. – А ему как раз нужен такой материал. Он говорит, что это важно для хорошей и правдивой передачи. Кроме того, сегодня он загружен меньше, чем обычно, и поэтому большую часть времени проведет именно здесь.

– Этот человек настоящее пресмыкающееся, – с отвращением проговорила Мелани.

– Но у него есть две-три подкупающих черты характера. Так или иначе, он, я думаю, выживет отсюда Сьюзи с Кевином. После чего яхта достанется тебе.

– Даррел, в самом деле, тебе не нужно…

– Позволь мне все-таки сделать это для тебя, – твердо произнес он и отвернулся. – Я слишком мало совершил в жизни такого, чем можно по праву гордиться. И я не настолько стар, чтобы не начать все сначала и не попытаться стать другим человеком.

Мелани не ответила, так как дверь каюты распахнулась и в салоне появилась Сьюзи. На ее испещренное морщинами лицо был наложен свежий слой макияжа, а сама она переоделась в брючный хлопковый костюм. Верный своему

слову, Томми Блантон дал знак оставшемуся оператору настроить камеру и начать съемку. Сьюзи уселась в кресло и взяла в руки спицы.

Поначалу казалось, что ей нравится быть объектом такого повышенного внимания. Но через полчаса беседы с неутомимым Блантоном ей уже было не до веселья. Она несколько раз бросала на него раздраженный взгляд, однако сохраняла спокойствие. Спицы в ее руках застучали еще громче, наполняя помещение металлическим звоном.

– Пойду в душ, пока там еще есть вода, – сказал Даррел. Встав, он посмотрел на Мелани, и в его глазах застыл немой вопрос. – Жаль только, что печенье давно закончилось…

Мелани рассмеялась.

– Возле раковины найдешь мой шампунь и мыло, – усмехнулась она. – Пользуйся бесплатно.

– Спасибо. – Даррел улыбнулся и послал ей воздушный поцелуй.

Томми Блантон отслеживал каждый шаг Сьюзи. Он буквально приклеился к ней и снимал, поминутно спрашивая ее о жизни, о родственниках, о любимых телепередачах. Когда старуха поднялась налить себе минеральной воды, Блантон вместе с оператором пошли за ней на камбуз. Когда Сьюзи принялась готовить коктейль для Кевина, репортер не забыл поинтересоваться ингредиентами и тут же затронул тему здорового питания.

В тот момент, когда Даррел Уайт, освежившись, появился в кают-компании, Сьюзи с удивительной для своего возраста прытью шмыгнула к двери туалета и заперлась там. Репортер повернулся к Кевину, сидевшему на кушетке и читавшему газету. Старик оказался более склонным к беседе и тут же принялся рассказывать о своих внуках и о том, как он любит на досуге постолярничать в их с женой загородном домике.

Так прошло полчаса. Мелани с Даррелом устроились за столиком на камбузе, для видимости листая журналы, а на самом деле пристально наблюдая за происходящим в ожидании неминуемой развязки.

Лишь после обеда на всегда невозмутимом лице Сьюзи стало проявляться нетерпение. Мелани уже пожалела о замысле Даррела, но потом решила, что старуха заслуживает такого к себе отношения.

– Молодой человек, – не выдержав, процедила сквозь зубы Сьюзи, после того как оператор, временно выключив камеру, стал устанавливать штатив в другом месте, – неужели нигде не произошло какого-нибудь пожара или крупного ограбления, хоть чего-нибудь из городской жизни, что могло бы привлечь ваше внимание? Разве мы вам еще не надоели?! – Она отложила в сторону спицы.

Мелани заметила, что последние несколько швов получились неровными – видимо, от волнения.

– Вовсе нет, – весело отозвался Блантон и, сделав небольшую паузу, подошел к нише с телефоном. Поговорив по телефону, он повесил трубку и растерянно повернулся к Сьюзи. – Странное совпадение, мэм! Шеф просит меня немедленно вернуться в редакцию. В полдень мэр города собирается выступить с важным заявлением. Мне обязательно нужно быть там вместе с бригадой. Так что вынужден откланяться! Прощайте.