Но я люблю...
Шрифт:
— Видите ли, в тот день, когда вы собрались посетить театр, я сообщил вам, что «мерседес» неисправен, но... это было не совсем так...
— Иными словами, ты специально заказал тот лимузин? — взволнованно спросил Патрик.
— Я подумал, что будет неплохо, если вы с мисс Луси получите возможность некоторое время побыть наедине. Подальше от посторонних глаз и ушей, а также в более... романтической обстановке.
— Роберт, ты несказанно удивил меня! — воскликнул Патрик.
Меня тоже, подумала Луси.
— Прошу меня
— Ладно, дело прошлое, Роберт, — весело произнес Патрик. — А нас сейчас больше интересует настоящее. Насколько я понял, Кэтти тоже звонила тебе?
— Совершенно верно, милорд. Она была вне себя от радости, сообщая, что вы с мисс Луси решили пожениться. Кэтти очень сильно надеется, что Уэндейл-холл снова превратится в семейный дом, где будет раздаваться детский смех и топот маленьких ножек по ступенькам, — улыбнулся камердинер. — Помните, милорд, как вы любили в детстве съезжать по лестничным перилам? — добавил он с мечтательным выражением в глазах.
Луси удивленно посмотрела на Роберта. Как ни странно, но Патрик, похоже, был прав! Старик действительно не так суров, как кажется на первый взгляд. Просто его чопорный вид и старомодные манеры вводят несведущего человека в заблуждение, но под внешней оболочкой скрывается добрейшее и романтическое существо.
— Ради Бога, Роберт, не рассказывай Лу такие подробности моей биографии! — замахал руками Патрик. — Мне стоило стольких трудов завоевать ее уважение, а ты едва все не испортил. Представляю, что она теперь обо мне думает! Наверное, считает меня законченным разбойником.
— На самом деле разбойник здесь Роберт, — заметила Луси, приближаясь к камердинеру и целуя его в идеально выбритую щеку. — Но очень симпатичный разбойник!
Роберт покраснел, чем удивил ее еще больше.
— После того как мы с Падди поженимся, — решительно произнесла она, — каждый раз, когда мы будем отправляться в Уэндейл-холл, ты непременно будешь сопровождать нас. Но жить станешь не в домике привратника. Мы устроим тебя в комнате по соседству с детской. Кэтти будет нуждаться в помощи, когда у нас пойдут дети.
— Но я ничего не понимаю в воспитании младенцев, мисс Луси, — смущенно признался камердинер.
— В таком случае тебе придется научиться обращению с ними. Потому что одним ребенком у меня дело не ограничится. В моем роду всегда преобладали девочки, но хотя бы одного мальчика мы можем произвести на свет? А сейчас мне больше всего хочется выпить чашку твоего знаменитого чаю, Роберт.
— Слушаюсь, мисс.
Луси вздохнула.
— И не называй меня «мисс»!
Роберт на секунду задумался, а потом кивнул.
— Действительно, при сложившихся обстоятельствах мне не пристало обращаться к вам подобным образом. Отныне я должен называть вас по-другому. Итак, что вы пожелаете к чаю, миледи?
Луси застонала в бессилии, а потом тряхнула головой и
— Ладно, сдаюсь! Видно, правильно я сказала в самом начале, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Что ж, обещаю быть хорошей монахиней, — пожала она плечами. — Ваша взяла!
— Монахиней? — удивленно повторил камердинер. — Простите, миледи, я не совсем понял.
На этот раз расхохотался Патрик.
— Даже и не пытайся понять, Роберт. Иди-ка ты лучше на кухню.
Старый слуга послушно удалился, а Патрик шепнул Луси на ухо:
— Должен сказать, что мне понравилась мысль насчет большого количества детишек. Тесное общение с Кении пробудило во мне отцовские чувства. Но малыш все же приходится мне племянником, а не сыном. Вернее, даже внучатым племянником. Так что я вовсе не буду возражать, если ты родишь мне мальчика.
— Ну, если это будет не так, то тебе придется винить только себя одного. Потому что пол ребенка определяет мужчина. Во всяком случае, так говорят. Однако я уверена, что с тобой у меня сразу же получится именно мальчик! — блеснула глазами Луси. — Кстати, возможно, маленький наследник Уэндейла уже в пути, ведь в беседке у озера мы не позаботились о предохранении.
— Правда? — с надеждой произнес Патрик.
— Послушай, не поставил ли ты себе целью намеренно сделать меня беременной? — подозрительно поинтересовалась Луси.
— Ммм... как тебе сказать...
— Что?! Знаешь, кто ты после этого? Ты...
— Безумно влюбленный человек, — закончил Патрик фразу вместо нее. — Который не может допустить, чтобы его возлюбленная передумала и отказалась выходить за него замуж. — Он нежно обнял Луси и прижался к ее губам. — Неужели ты хочешь чаю? — произнес Патрик через минуту. — Давай сегодня обойдемся без него!
— Но ведь Роберт уже готовит чай, — попыталась возразить Луси, чувствуя, что в глубине ее тела уже разгорается трепетное желание.
— Ничего! Он придет в гостиную и, не застав нас, сделает правильный вывод, что его милорд и миледи отправились в постель. А завтра утром мы извинимся перед стариком за то, что доставили ему ненужные хлопоты.
— Тогда не будем медлить, дорогой, — прерывисто прошептала Луси, беря Патрика за руку. — Только на этот раз мы отправимся в мою спальню!
Эпилог
— И первым действительно родился мальчик, как и надеялись милорд и миледи, — улыбнулась Кэтти молоденькой горничной Мэри, помогавшей пожилой экономке пеленать малютку Марти, которой в прошлую пятницу исполнилось ровно полгода. — Подай мне, пожалуйста, чепчик.
— Представляю себе, как рад был милорд, — заметила Мэри, миловидное лицо которой было сплошь усеяно веснушками, что придавало ему праздничный вид. Казалось, эта девушка всегда улыбается.