Ночь в башне ужаса

Стайн Роберт Лоуренс

Мы заняли столик в глубине зала. Я обвела взглядом просторный, элегантно отделанный ресторан. Хрустальные люстры ярко освещали столы, застеленные белоснежными скатертями. На балкончике под потолком зала струнный квартет играл классическую музыку.

Эдди нервно барабанил пальцами по белой скатерти, я вертела в руках тяжелое столовое серебро.

За столами вокруг нас сидели смеющиеся, веселые люди. Неподалеку трое разодетых детей пели французскую песенку своим улыбающимся родителям.

Эдди наклонился ко мне и прошептал:

– Как

же мы будем расплачиваться за еду? Ты же видела, наши деньги ни на что не годятся.

16

– Мы попросим прислать счет в номер, – решила я. – Как только узнаем, в каком номере остановились наши родители.

Эдди кивнул и успокоенно откинулся на высокую спинку стула.

К столу подошел официант в черном смокинге и улыбнулся нам.

– Добро пожаловать в ресторан отеля «Барклай», – сказал он. – Что прикажете подать?

– Вы не могли бы принести нам меню? – попросила я.

– Меню ужина еще не готово, – объяснил официант с прежней улыбкой. – Сейчас мы подаем только чай.

– Один чай? – разочарованно протянул Эдди. – А как же еда?

Официант усмехнулся:

– А к чаю – сандвичи, булочки, круассаны и всевозможные пирожки и пирожные.

– Отлично! Мы возьмем чай, – решила я. Официант коротко поклонился и направился в сторону кухни.

– По крайней мере, мы не умрем с голоду, – пробормотала я.

Но Эдди, похоже, меня не слышал. Он не сводил глаз с двери ресторана, надеясь, что на пороге с минуты на минуту появятся мама и папа.

– Почему мы вдруг забыли нашу фамилию? – уныло спросил он.

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Я совсем растерялась.

Каждый раз, когда я начинала думать о случившемся, у меня кружилась голова. Чтобы успокоиться, я уверяла себя, что это от голода. После еды мы непременно все вспомним.

Официант принес целое блюдо крохотных сандвичей в форме треугольничков. Среди них были сандвичи с яичным салатом и тунцом, а остальные я видела впервые.

Но нам с Эдди было все равно. Мы набросились на сандвичи, едва официант поставил блюдо на стол, и выпили по две чашки чая. Когда нам принесли следующее блюдо с булочками и круассанами, мы принялись жадно поедать и их, намазывая маслом и клубничным джемом.

– Давай попробуем описать, как выглядят мама и папа! Может, тот человек за стойкой вспомнит их и найдет, – предложил вдруг Эдди, хватая с блюда последний круассан.

– Отличная мысль, – откликнулась я и осеклась. У меня опять закружилась голова. – Эдди, – сказала я, – я не помню, как выглядят наши родители!

Мой брат выронил круассан.

– И я не помню, – пробормотал он, опустив голову. – Сью, мы сошли с ума!

Я зажмурилась.

– Т-с-с! Попытайся представить их себе, – приказала я. – Прогони прочь все мысли. Сосредоточься. Думай только о наших родителях…

– Не могу! – перебил меня Эдди.

В его пронзительном голосе слышалась паника. – Сью, здесь что-то не так! С нами случилось что-то страшное!

Я с трудом сглотнула и открыла глаза. Представить себе родителей мне так и не удалось.

Я начала думать о маме. Какие у нее волосы – светлые, рыжие, черные? Рослая она или невысокая? Полная или худая? Я не помнила ровным счетом ничего.

– А где мы живем? – вдруг спохватился Эдди. – В квартире или в своем доме? Сью, я ничего не помню!

У него сорвался голос. Я видела, что брат с трудом сдерживает слезы.

От страха у меня перехватило горло, стало трудно дышать. Я смотрела на Эдди, не в силах вымолвить ни слова.

Да и что я могла сказать?

Мысли вихрем проносились у меня в голове.

– Мы потеряли память, – наконец заключила я. – По крайней мере, отчасти.

– Но как? – дрожащим голосом возразил Эдди. – Почему это случилось сразу с нами обоими?

Я крепко стиснула руки на коленях. Пальцы были холодны как лед.

– Хорошо еще, что мы забыли не все сразу, – сказала я, стараясь не поддаваться отчаянию.

– Да, мы еще помним свои имена, – подтвердил Эдди. – Но как наша фамилия – неизвестно. Что еще ты помнишь?

– Номер нашей комнаты в отеле, – ответила я. – Шестьсот двадцать шесть.

– Но администратор сказал, что там никто не живет! – перебил меня Эдди.

17

– А еще мы помним, зачем приехали в Лондон, – продолжала я. – Потому что маму с папой пригласили на важную конференцию.

– Но сейчас в этом отеле не проводится никаких конференций! Сью, память подвела нас. Мы что-то напутали.

Я продолжала мысленно перебирать все сведения, которые мне удалось вспомнить. Мне казалось, что это поможет успокоиться.

Конечно, мое решение было нелепым, но я не знала, что делать.

– Помню, сегодня мы ездили на экскурсию, – медленно говорила я, – осмотрели многие достопримечательности Лондона… Помню мистера Старкса… Помню…

– А вчерашний день? – перебил Эдди. – Что мы делали вчера, Сью?

Я открыла рот, но у меня вновь перехватило дыхание. События вчерашнего дня начисто стерлись из моей памяти! Мало того – я не помнила, что мы делали позавчера и позапозавчера!

– Эдди! – застонала я, поднося ладони к щекам. – Случилось что-то ужасное!

Но Эдди не слышал меня: его взгляд был устремлен на дверь ресторана.

Я посмотрела в ту же сторону и увидела, как в зал вошел стройный, светловолосый мужчина.

Водитель такси.

Мы совсем забыли о нем…

Я вскочила. Салфетка упала с моих колен на ногу. Отшвырнув ее, я схватила Эдди за руку.

– Бежим отсюда!

Эдди нерешительно перевел взгляд с меня на водителя такси. Тот стоял возле самой двери, внимательно осматривая посетителей.