Ночь веселья

Картленд Барбара

— Спасибо за совет, — поблагодарила Давитта и поспешила следом за Билли.

«Веселый театр» сиял огнями. По рассказам Кэти, он первым из всех обзавелся электрическим освещением и, хотя Давитта была готова увидеть нечто потрясающее, театр показался ей ослепительным.

Кэбмен сказал, что задний вход в театр расположен в переулке, где Давитта ожидала увидеть галантных молодых людей в цилиндрах, однако у входа слонялось только несколько бедно одетых горожан, видно, надеявшихся посмотреть на артистов, когда те будут приезжать.

«Ах да, конечно, — подумала Давитта, — поклонники появятся здесь после представления».

Давитта с опаской вошла в театр, повсюду сновали посыльные с огромными корзинами с цветами.

Внутри здание театра напомнило Давитте железнодорожную станцию. У двери за стойкой сидел пожилой седовласый человек, вокруг которого громоздились букеты, предназначавшиеся актрисам. Одна стена около него была сплошь обклеена снимками звезд театра и начинающих актеров. Несмотря на теплый вечер, в камине горел огонь, у которого грелся старик. Когда Давитта вошла, он повернулся к ней и вежливо произнес:

— Добрый вечер, мисс. Вам помочь?

— Могу ли я видеть… мисс Виолетту Лок? — спросила Давитта.

Старик смерил ее внимательным взглядом.

— Она вас ждет? — спросил он.

— Да… думаю, да, — ответила Давитта. — Она знает, что я должна приехать в Лондон… из Шотландии.

Старик выгнул лохматые брови. В отличие от других служащих театра, бывший капитан Тайерни всегда вежлив с посетителями и никогда не забывает передать сообщение, если его просят об этом. Он обладал будто каким-то чутьем, подсказывавшим ему, кого стоит пускать в театр, а кого нет. Но на этот раз капитан засомневался, он не мог определить, следует ли верить Давитте. Девушка ничуть не походила ни на поклонницу, которые всеми правдами и не правдами пробирались в театр ради автографа кумира, ни на очередную претендентку на место в труппе.

Словно догадавшись о его колебаниях, Давитта произнесла:

— Я родственница мисс Лок…

Старик улыбнулся.

— Ну так проходите прямо к ней, — сказал он. — Третья дверь на втором этаже. Если мисс Лок не захочет говорить с вами, сразу же возвращайтесь. Вы поняли… мисс?

Слово «мисс» он добавил после недолгой паузы, словно решая, достойна ли девушка вежливого обращения.

— Спасибо… большое, спасибо, — дрожащим голосом поблагодарила Давитта.

Поднимаясь по лестнице, она подумала, что, сколь бы роскошно ни выглядел театр с фасада, изнутри он представлял собой довольно мрачное зрелище.

Больше всего Давитту поразила царившая вокруг суматоха.

Мимо нее по лестнице то и дело пробегали люди в самых разных нарядах, а то и без ничего почти, и девушке стоило больших усилий, не смотреть на происходящее во все глаза.

Оказавшись в длинном коридоре с бесчисленными дверями, Давитта услышала гул голосов и смех, а за одной приоткрытой дверью она увидела переодевающихся женщин. Смутившись, девушка поспешила к нужной двери. Она постучалась, но очень тихо, потому что была сильно напугана. Гул голосов внутри заглушил стук. Давитта снова постучала, и ей наконец крикнули:

— Входите!

Открыв дверь, девушка оказалась

в длинной комнате, в которой было много женщин, одна красивее другой. Некоторые из них сидели перед зеркалами, накладывая грим, а другим пожилые дамы помогали надевать роскошные пышные платья. В дальнем углу комнаты Давитта увидела прекрасную девушку в тугом корсете и узнала в ней Виолетту.

Сделав шаг вперед, Давитта услышала грубый и резкий голос одной из женщин:

— Да закрой же дверь!

Девушка послушно выполнила приказ, и как раз в этот миг Виолетта заметила ее.

— Давитта! — воскликнула она.

В ее голосе было столько тепла, что девушка не раздумывая бросилась в объятия к подруге.

— Да, это я! Ты меня ждала?

— Я получила твое письмо и поняла, что ты вот-вот приедешь! — объяснила Виолетта. — Тебя сюда послала на Дженкинс?

— Да, и она поселила меня у себя.

— Ну, тогда все в порядке! — обрадовалась Виолетта и тут же обратилась к женщине, шнуровавшей ей корсет «

— Джесси, туго! Я вздохнуть не могу!

— А вам и не надо, — огрызнулась Джесси.

— Если я хлопнусь в обморок прямо на сцене, виновата будешь ты! — отшутилась Виолетта и тут же снова заговорила с Давиттой:

— Дай-ка взглянуть на тебя поближе! Ого, мне бы твою фигуру! Это все шотландский воздух, пропади он пропадом!

— Ты ведь не сердишься, что я приехала, Виолетта? — спросила Давитта. — Мне больше некуда идти… мне надо искать работу.

— Ты же написала, что твой отец умер. Разве он тебе ничего не оставил — ну там замок или еще что?

— Замок заложен, — несмелым голоском отвечала Давитта.

Ей было не слишком приятно говорить обо всем этом в присутствии чужих людей. Впрочем, остальные женщины не обращали на них ни малейшего внимания и болтали между собой, продолжая тем временем прихорашиваться и застегивать платья.

Женщина, помогавшая одеваться Виолетте, подала актрисе платье, подобных которому Давитта не видела никогда в жизни. Юбка собрана на талии элегантными складками, украшена розами и шелковыми бантами. Декольте очень глубокое — про себя Давитта подумала, что она умерла бы от стыда, если бы ей пришлось надеть такое. Вырез декольте обрамлен розами, точно такими же, как на рукавах и на роскошной шляпке, тонувшей в облаках тюля. Одевавшая Виолетту женщина усадила актрису перед зеркалом и стала пристраивать шикарную шляпу на светлых волосах Виолетты, собранных в изысканную прическу, — Какая ты красавица, Виолетта! Неудивительно, что на тебя приходят посмотреть столько людей!

— И не только в театр, — добавила Виолетта. — Погоди, вот увидишь представление!

— О, это замечательно! Как ты думаешь, я успею купить билет на галерку или куда-нибудь, где подешевле?

Виолетта посмотрела на Давитту так, словно та шутила, а потом воскликнула:

— Ну уж нет, этого я не допущу! Не для того ты ехала за тридевять земель из своей Шотландии!

Актриса на мгновение задумалась, а потом произнесла:

— А, я знаю, что сделаю! Посажу тебя в ложу к Берти — он, должно быть, уже здесь.