Ночь
Шрифт:
Конечно, жаль, что она не попрощалась и с Тамми. Та была её лучшей подругой. Всегда помогала и выручала в трудный момент. Можно даже сказать, что она единственный человек, который был рядом с Франческой в последнее время. А она даже не смогла ей ничего рассказать. Решила умолчать. Или не набралась смелости? Хотя какая разница? Когда Тамми узнает о её смерти, то наверняка будет винить себя. Вот ещё один грех взяла на душу. Лучше ей не думать о близких. Лучше вообще ни о чём не думать.
Наконец Франческа вышла на холодную серую крышу. Здесь, наверху, ветер стал куда злее, и
Она обхватила себя за плечи, закрываясь от порывов ветра, и подошла к краю.
Стоя на самом краю, Франческа смотрела вниз, в глотку непроглядной тьмы. Под ногами зияла бездонная пустота. Земли совсем не было видно, что, ей казалось, даже к лучшему. Стопы ног балансировали на опасном расстоянии от неизвестности. Теперь оставалось только принять смерть как азартную игру и танцевать, словно лёгкий ангел на лезвии ножа, не боясь сорваться. Конечно, взлететь она не сможет, но, признаться, для неё всегда было манящей загадкой, каков на самом деле полёт. Хоть это и полёт вниз…
Она развернулась к обрыву спиной. Как говорится: «Весь мир театр, а люди в нём актёры». Одни в своё время должны покинуть сцену. Другие, возможно, займут их место. Как знать, может, где-то вместо неё появится на свет другой человек. Может, даже в этом городе. Может, в этом месте… Что ж.
Простите меня.
И, расправив в стороны руки, Франческа отклонилась назад.
Внутри прогремел взрыв адреналина, и сердце её затрепетало, будто у маленькой пташки. Наверное, в первый и последний раз в жизни она так ясно почувствовала своё сердце. Теперь можно верить людям, которые говорят, что перед смертью вся жизнь проходит перед глазами. Это действительно так. Картинки из прошлого пролетали в голове со скоростью света, в то время как сама она летела к земле мимо окон, размываясь уносящихся ввысь.
К её огромному сожалению, почти ничего яркого, счастливого и отчётливо запоминающегося она не увидела. Неужели её жизнь так никчёмна? Самое счастливое, что было, – это улыбки близких людей. А впрочем, что ещё нужно? Ничего. Это и есть самое главное.
Воздух упрямо сопротивлялся её стремительному падению и звонко свистел в ушах. Казалось, прошла целая вечность и в то же время всего несколько секунд. Но прелесть полёта невозможно ухватить. Всё произошло очень медленно и слишком быстро. Одно мгновение – и… Удар! Боль. Темнота…
По безлюдным закоулкам, словно рыщущий хищник, гулял ветер. Пустые пыльные дороги дышали ночным холодом. Тёмно-серые окна домов печально смотрели друг на друга, стены вслушивались в тишину, которая съедала все посягнувшие на умиротворение звуки. Пошёл дождь. Мокрыми нитями разрезая воздух, он мерно забарабанил по крышам. Так небеса оплакивали безвременно ушедшую жизнь.
На асфальте между высокими зданиями лежала бездыханная девушка. Холодные почерневшие глаза всё ещё неподвижно смотрели
Но какое-то существо – неведомое, опасное, но неотвратимо заботящееся об этом теле, – всего раз чиркнув спичкой, зажгло новое пламя на фитиле. Разряд пошёл по нервам и венам. Сердце лихорадочно стукнуло в груди. Внутри Франчески заново просыпалась жизнь…
Она рефлекторно моргнула и оставила глаза закрытыми, чтобы в них не попадали капли дождя. Полежав некоторое время на земле, девушка откашлялась, а потом повернулась набок. Всё болело, кости ломило. От большой потери крови и переломов, тело по свойству напоминало желе. А в голове снова заняло трон кровожадное чудовище. Оно даже не давало сообразить, что произошло, а сразу потребовало пищи.
Франческа встала на четвереньки. Выгнувшись, как кошка, она услышала громкий неприятный хруст выбитых позвонков, встававших на место. Девушка закричала в невыносимой агонии, а потом истощённая упала лицом на асфальт. Из ран на спине хлынули новые потоки крови. Она еле-еле могла двигаться. И всё-таки ей необходимо было подняться на ноги.
Пора подкрепиться.
Шатаясь и постоянно спотыкаясь, она заковыляла по переулкам, дрожащими руками опираясь о стены. Глаза ничего не видели, тело колотило от боли, стопы едва ощущали соприкосновение с землёй. Ориентация на местности была нулевой, но её смело вело обоняние.
Вскоре вокруг запахло китайской кухней. Это означало, что где-то поблизости находился китайский ресторанчик или закусочная. Франческа, превозмогая нервные импульсы, определила, что людей внутри чуть больше дюжины. Она подобралась поближе и, укрывшись за мусорными баками у запасного выхода, стала поджидать какого-нибудь невезучего сотрудника ресторана.
Пока никто не приходил, представилась возможность изучить мучительную режущую боль в правой руке. Ощупав её пальцами, она обнаружила в ней сильный перелом. Локоть вывернут в обратную сторону. Ох, это нехорошо… Потом пальцы переместились к затылку. Там волосы слиплись от крови, и у Франчески сложилось ясное представление о том, что голову ей, можно сказать, почти пробило. Она не знала, какие ещё сюрпризы ожидали её в других частях тела, и не особо хотела знать.
Спустя несколько минут с громким скрипом распахнулась металлическая дверь запасного выхода. Из закусочной, держа в руках коробки, вышел парень-азиат среднего роста в глупой жёлтой униформе. На вид ему было лет двадцать пять, не меньше. Он, в недовольстве что-то бубня себе под нос, подошёл к мусорным бакам и бросил коробки рядом с ними.
Франческа никак не могла подняться, хотя ей очень важно было не упустить этого человека. Жизненно важно. Однако парень уходить не спешил. Он стоял возле оставленных коробок и, судя по всему, переводил дух. Девушка учуяла его запах. Тёплая кровь… Дыхание, сбившись, стало частым и быстрым. Она шевельнулась, но из-за ненарочной неуклюжести встать не получалось. Тогда она в отчаянии решила ударить здоровой рукой по стенке железного бака.