Ночь
Шрифт:
– Нет! – отозвалась она.
– Ну смотри, как начнёшь умирать, подай хотя бы знак.
У Франчески искривилось всё лицо. Неужели она и правда умирает? Как так случилось, что её жизнь вплотную зависит от Камиля? Если она не уступит ему… Ей даже не хочется думать, что будет тогда. А внутри словно что-то схватило огненной рукой и безжалостно сжало. Мышцы напряглись, и из раны хлынула багровая кровь. Тело пронизали нити кошмарной острой боли.
– Я не хочу… Не хочу, – шептала она.
– Как у тебя дела? – с издёвкой спросил вампир.
Франческа
– Ужасно, – скрипя зубами, прокряхтела она, – не видишь?
– Вижу. Я тебе раньше предлагал пить. Ты же не согласилась, не захотела предотвратить всего этого.
– Ты самовлюблённый эгоист! – как можно жёстче прорычала она.
– Да, возможно. Но кто тебе мешает выпить немного моей крови, чтобы это закончилось?
В ужасных судорогах Франческа отчаянно искала любые варианты, лишь бы этого не делать. Но когда стоишь на пороге смерти – лишнее обдумывание только убивает. Ведь время начинается там, где его мало…
– Ладно, – с тяжестью прошептала она, не в силах больше терпеть и пререкаться. – Хорошо, дай мне свою руку.
Камиль, несомненно, был доволен собой. Он поднялся, бережно завернул рукав белой рубашки и поднёс запястье к её высохшим губам. Франческа мгновение помедлила, зажмурилась, потом снова взглянула на него. Время, время… Просто сделай это. Она приоткрыла рот и вонзила белоснежные клыки в его горячую вену.
Он слегка вздрогнул, после чего блаженно опустил веки. Франческа с секунду изучала глазами его прекрасное лицо, а потом последовала его примеру.
И тут в темноте она увидела, как перед ней затанцевали все волшебные оттенки красного цвета. Всё блистало, переливалось, горело насыщенным огнём. И вся эта мерцающая река перетекала в неё с каждым глотком. Сердце Камиля билось чаще обычного. Его дыхание стало тяжёлым и даже немного болезненным. А Франческа ощущала, как её тело возрождается. Она пила медленно, не торопясь, растягивая удовольствие. Вкус крови вампира был такой яркий и полный жизни, несравнимый с её прошлым опытом. Наверное, именно поэтому Камиль точно так же любил пить её кровь.
На какое-то время ей показалось, что это будет длиться вечно. Но Камиль плавно наклонился к ней и прильнул губами к её щеке. От жара его губ Франческа открыла глаза.
– Всё, – шепнул он. – Хватит…
И убрал руку.
Камиль упал на кровать рядом с Франческой, опустив лицо в подушку. Чуть придвинувшись к ней, он положил голову на её плечо. Его раскалённое дыхание обжигающе гладило ей шею. Он прижался к ней всем телом и нежно обнял рукой. Франческа почувствовала себя неловко. Камиль был так близко, совсем рядом.
Она заметила, что рана на её животе быстро зарастает, и через секунду её не стало вовсе. Остались только размытые алые следы крови. Девушка провела ладонью по коже, чтобы убедиться в этом – ни царапины. А Камиль тем временем приподнял свою руку вверх и они оба наблюдали, как заживало его запястье.
– Почему мне нужна кровь для
– Ты молодой вампир, – всё ещё тяжело дыша, и с прослеживаемой ноткой эйфории в голосе, ответил Камиль. – Твой организм не до конца приспособился к новым возможностям.
– Значит, я ещё немного человек? – с лёгкой надеждой вдохнула она.
– Не стоит цепляться за человеческую жизнь, – прошептал он и замолчал.
Это было последнее, что Камиль сказал этим днём. После чего вампир повернул лицо к её шее и, прижавшись к ней горячими губами, замер. Быть может, уснул, возможно, и нет. Но он больше не разговаривал и не двигался.
Жар его дыхания отчётливо ощущался на коже… и под кожей. Он растекался внутри тела, проникая в каждую клетку. Всё потому, что пьянящая кровь сильного вампира прямо сейчас сладким вином лилась по сетке её вен. Да, в этом что-то есть…
Франческа оказалась закована в его железные объятия, и ей ничего не оставалось, кроме как заснуть рядом с Камилем. Было странно, страшно и… приятно. Спит ли он? Непонятно. Но девушке всё же отчего-то представлялось, что он, как и прежде, улыбается ей своей самодовольной улыбкой.
Он был груб с ней. Но она не могла не признавать, что когда он лежал рядом, или обнимал её, или же прикасался к ней губами – он очаровывал её. Быть может, по той простой причине, что Камиль первый мужчина, который таким вот образом проявлял к ней внимание. Он прибегал к соблазну, да. И ему это удавалось. Но, несмотря на пристрастие к этому бесподобному существу, Франческа всё больше и больше ненавидела его.
Она проснулась, когда город уже окутала тьма. Камиль стоял возле высокого окна и смотрел вниз на улицу.
– Вот и настал час твоего пробуждения, – театрально произнёс он.
– Я хочу уйти отсюда, – ответила Франческа и встала с кровати.
– Тебе не нравится роскошь этой комнаты? Не нравится роскошная жизнь? – он повернулся к ней.
– К чему это? Роскошь для знатных особ, а я всего лишь…
– Вампир! – перебил её Камиль. – Ты должна понять, что вампир правит не городом, не страной, а целым миром. Мы – высшая знать! Именно мы достойны роскоши. И у нас есть право и власть жить так, как мы захотим. Со временем ты поймёшь, что тебе подвластно всё. Освоишь искусство обольщения – и ты подчинишь себе любого. А обучишься способности убеждать – заставишь поверить себе хоть всё человечество.
Камиль скользнул от окна к ней.
– Собой ты можешь очаровать весь мир, – плавно двигаясь вокруг Франчески, словно искуситель, тихим сладким голосом говорил он. – Ты несравненна и твоя истинная красота способна покорить вселенную.
– Ты обольщаешь меня, – вдруг осознала она. – Вот что ты со мной делаешь!
– Почему ты так думаешь? – снова принялся заигрывать Камиль.
– А к чему тогда эти красивые речи? Ты умело обращаешься со словами, бесспорно. Но это не более чем твои фокусы. Иллюзия. Всё, что я чувствую к тебе, тобою же и создано.