Ночные танцы
Шрифт:
Мэгги встала, чтобы достать из буфета чашки.
—Я не собираюсь уезжать.
—Рад слышать. — Он помолчал, следя за тем, как она наливает кофе. Руки у нее не дрожали. — Я так понял, Клифф тут вчера тоже был?
—Да. Он наблюдал за работами.
—И ваша собака раскопала...
—Да. — Мэгги поставила чашки на стол. — Он еще щенок. Совсем малыш. Сейчас спит наверху — слишком много переживаний.
От сливок шериф отказался — он пил черный кофе.
—Я приехал не затем, чтобы узнать от вас подробности. Полиция штата посвятила меня во все детали. Я просто хотел, чтобы
—Я вам очень благодарна. Наверное, вчера мне следовало позвонить в первую очередь вам. Я не очень знаю, как все это делается.
—Мне, конечно, приятно, когда я сам справляюсь с делами на своей территории, но в данном случае... — он пожал плечами, — все равно пришлось бы звонить в полицию штата. — Его обручальное кольцо тускло блеснуло на солнце. У Джойс на пальце было такое же, вспомнила Мэгги. Простое гладкое золотое кольцо. — А вы, похоже, переделываете пол?
Мэгги рассеянно глянула под ноги.
—А, да. Я сняла старый линолеум. Теперь надо отциклевать его.
—Позвоните Джорджу Куперу. Его номер есть в телефонной книге. Он вам подгонит машинку, которая справится с этим в два счета. Просто скажите ему, что вас прислал Стэн Эйджи.
—Хорошо, спасибо. — Почему-то Мэгги снова начала нервничать.
—Понадобится еще что-нибудь — звоните в любое время. Джойс все хочет пригласить вас на обед. Знаете, она лучше всех в округе запекает окорок.
—Спасибо. Я буду очень рада.
—Она никак не может поверить, что знаменитость вроде вас переехала в Морганвилль. — Стэн отпил кофе. Чашка Мэгги так и стояла нетронутой. Она никак не могла расслабиться, в то время как шериф чувствовал себя вполне естественно. — Я не очень слежу за музыкой, за всякими там новинками, но Джойс знает все ваши песни. Она постоянно читает всякие журналы. И подумать только, человек, можно сказать, с обложки, живет сейчас в ее доме! — Он мимоходом взглянул на дверь. — Поговорите с Богом — пусть он поставит вам на двери хорошие крепкие задвижки.
Мэгги тоже посмотрела на дверь. Нужно смазать петли, подумала она.
—Задвижки?
Стэн засмеялся и допил кофе.
—Вот что значит быть шерифом. Все время только и думаешь о безопасности. Вообще-то у нас тут тихо, мисс Фитцджеральд. Очень тихо. И люди очень хорошие, дружелюбные. Поймите меня правильно. Но все же было бы лучше, если бы на дверях у вас были надежные запоры. — Он встал и поправил кобуру. — Спасибо за кофе. Помните — если что, сразу звоните.
—Да, я помню. Спасибо.
—Ну все, я больше не буду вас отвлекать. Возвращайтесь к работе. Позвоните Джорджу Куперу. Не откладывайте.
—Хорошо. — Мэгги тоже встала, чтобы проводить его до задней двери. — Спасибо, шериф.
Закрыв дверь, она прислонилась лбом к косяку. Внутри у нее все дрожало. Мэгги стиснула зубы и обозвала себя истеричкой. Шериф пришел, чтобы успокоить ее, чтобы показать, что в городке есть надежный и исполнительный страж порядка. Но нервы ее были на пределе. Слишком много разговоров с полицией. Так же было и тогда, когда погиб Джерри. Полиция, полиция, полиция и бесконечные вопросы. Воспоминания захлестнули ее.
—Автомобиль
Да, сначала ей все сочувствовали. И полицейские, и друзья, и друзья Джерри. Потом начались вопросы.
—Ваш муж был пьян, когда он уходил из дома?
—Он был огорчен? Расстроен?
—Вы поссорились?
Господи, разве мало того, что он умер? К чему раскапывать всю подноготную, выяснять все причины? Какие причины могут быть у мужчины двадцати восьми лет, чтобы направить свою машину к обрыву?
Да, он был пьян. Он вообще много пил. С тех самых пор, когда его карьера начала затухать, а Мэгги, наоборот, пошла в гору. Да, они поссорились. Они часто ссорились в последнее время, потому что ни он, ни она не понимали, куда же подевались их мечты. Мэгги без конца отвечала на одни и те же вопросы, сдержанно, терпеливо, пока не поняла, что еще немного — и она сойдет с ума.
Она крепко сжала веки. Все кончено, сказала она себе. Не в ее силах вернуть Джерри обратно и решить все его проблемы. Он нашел свое собственное решение. Развернувшись, Мэгги решительно направилась в музыкальную комнату.
Работа всегда успокаивала и дисциплинировала ее. Она словно сбегала в музыку, растворялась в ней, давая выход своим эмоциям. И ее вдохновляла мысль, что созданная песня поможет освободить еще чьи-то чувства. Других амбиций у Мэгги не было.
Одного таланта мало, она знала это точно. В случае Джерри это оказалось именно так. Талант нуждается в дисциплине. Надо трудиться постоянно и без устали. Только тогда можно получить результат.
Очень скоро она с головой погрузилась в свой мюзикл. По задумке Мэгги главная песня должна была получиться чувственной и завораживающей, как и предполагало название. Она должна будоражить эмоции и возбуждать желание. Исполнителя пока еще не выбрали, так что Мэгги могла использовать любой стиль. Она хотела попробовать что-нибудь блюзовое, тягучее, может быть, добавить саксофон — сексуальный и слегка надрывный. Да, наверное, так. Жаркие духовые и приглушенные ударные. Прошлой ночью, лежа без сна, Мэгги набросала пару строк. Теперь она изменяла или добавляла слова, пытаясь вплести их в музыку.
Почти сразу она определила основную тему. Необъяснимая, не поддающаяся логике и контролю страсть. Желание, которое не приемлет приличий и условностей. Ярость и жар, с которым мужчина и женщина отдаются друг другу, пока хватит сил. И Мэгги знала, что это такое, — со вчерашнего дня. Потому что вчера, на краю обрыва, под жаркими солнечными лучами, с Клиффом она чувствовала то же самое.
Безумие. Это слово вертелось у нее в голове. Страсть — это безумие. Она закрыла глаза. Не это ли безумие, не эту ли сладость и боль она ощутила вчера, когда его губы накрыли ее? Она хотела его, хотела чувствовать его тело на своем, так, чтобы плоть сливалась с плотью. Их будто окружила ночь — темная, безлунная, влажная, когда воздух так горяч и тяжел, что, кажется, можно резать его ножом. И она совсем не думала — ни о чем. Ни одной мысли не осталось у нее в голове. Потому что страсть — это безумие.