Ночью в дождь...
Шрифт:
Шофер пустого служебного автобуса, подобравший меня по ту сторону Воздушного моста, притормозил и на прощанье поднял руку.
— До свидания, — говорю я и спрыгиваю в песок на обочину шоссе.
Наверно, изменилось направление ветра — стало намного холоднее, пронизывает сквозь шинель. Облака, черные и низкие, проносятся почти над верхушками сосен. Может быть, завтра наконец выпадет снег?
Контрольный пункт автоинспекции расположился почти сразу за пограничной чертой Риги. На горке. Огни города, как желтые светлячки, рассыпались позади.
Отличная
«Жигули» добровольцев-дружинников сбились стайкой, рядом — желтая милицейская «Волга» с фонарем-маяком на крыше.
— Выйдите из машины, пожалуйста, — говорит инспектор водителю, сидящему за рулем. — Я хочу проверить рулевое управление.
— Разве в этом году ввели еще один техосмотр? — Водитель высовывается из «Жигулей» и недовольно обращается к Ивару, который при свете карманного фонарика проверяет документы.
— Машина всегда должна быть технически исправной! — строго — не слишком мягко и не чересчур жестко — говорит инспектор. Белая и величавая, как лебедь, машина, хромированные молдинги так и сверкают.
На водителе модная кожаная куртка, облегающие вельветовые брюки — как с витрины магазина. Роста среднего, осанка полна достоинства. Лицо продолговатое и было бы приятным, если бы не рот, с прямыми, как от разреза ножом, губами. Ни дать ни взять — щеголь высшей пробы, если бы не большие красные руки со следами заживших и совсем свежих ссадин и с въевшимся в поры грязным машинным маслом.
У меня нет сомнений, что это Винарт Кирмуж: с другим Ивар не стал бы разговаривать.
— Вы, наверно, знаете майора Будулиса, — как бы между прочим бросает Винарт, и Ивар, все еще рассматривая документы, кивает. — Наши гаражи в одном кооперативе. Он всегда заходит ко мне проконсультироваться по вопросам ремонта. Больше, чем в автосервисе, дерут разве что в Луна-парке.
Ивар все еще просматривает документы, инспектор уже вышел из машины и направляется к дружинникам, остановившим две другие машины.
— Мы с майором довольно близкие друзья, когда встретите его, передайте привет.
«Быстро, однако, цыпленок оперился! Речь и манеры как у настоящего дельца!»
Тут я почувствовал — кто-то дергает меня за рукав. Саша. Я не заметил, как он появился. На руке у него моя куртка.
— Уж я голосовал, голосовал, но кто же ночью остановится! — Саша говорит тихо, отводя меня в сторону. — Да еще в такой куртке! Похож на взломщика первой категории. Кирмуж приехал и сразу задним ходом подогнал багажником вплотную к большим дверям. Я отправился звонить и даже не посмотрел, что он там загружает. Хорошо, что вы успели. Видвуд остался в сарае, продолжает наблюдение, он расскажет больше.
— Ничего не случилось бы, если бы ему здесь удалось проскочить мимо, — подходя к нам, говорит Вилманис. — Поймали бы возле гаража.
— Мы были вынуждены задержать мальчишку у себя. Может… Нет, я все-таки не верю, что именно это его напугало.
Слышно,
— Мне что-то не верится, что этой машине уже десять лет!
— Так ведь я поменял практически весь кузов! Спросите у майора Будулиса, он тоже видел, как я сваривал, потом красил. И все молдинги сменил — мне друзья привезли из Тольятти. Если сам умеешь и есть из чего… У меня есть кое-какие возможности достать запчасти, иногда могу помочь.
Лексикон профессионального дельца: «есть кое-какие возможности», «могу помочь». И предлагает без всякого стеснения, видно, мы уже дошли до того, что такое стало общепринятым, стало нормой.
— Знаете, у меня тоже есть кое-какие возможности, нам не мешало бы их обсудить, — Ивар, конечно, не может не дурачиться. — Откройте багажник.
— Зачем?
— Хочу посмотреть на ваши возможности.
— Там ничего нет!
Наверно, Ивар заранее договорился с дружинниками: двое тут же встали как понятые. Любопытство подталкивает к багажнику и нас.
— Вы, конечно, вправе потребовать от меня санкции прокурора, — миролюбиво продолжает Ивар. — Но в таком случае я буду вынужден задержать вас примерно на полчаса или немного больше.
— Пожалуйста! — Владелец отпирает крышку багажника своих белых «Жигулей», и взгляду открывается довольно вместительное пространство.
Лежит там лишь полуось с подшипником. Недолго бывшие в употреблении.
— Я же сказал, что тут ничего нет! Что вы вообще ищете! Опять кто-нибудь сбежал из колонии? — сердито спрашивает Винарт Кирмуж.
— А это? — Ивар кивает в сторону багажника и начинает писать протокол осмотра.
— В воскресенье я был на толкучке в Шяуляе. Там и купил, да поленился выгрузить из багажника. Ездить за неделю пришлось много и машину в гараж не ставил. — Увидев, что Ивар записывает, он, однако, начинает беспокоиться. — Между прочим, эти детали я купил не для себя, а для Ходунова. Послезавтра он с семьей выезжает на отдых в Татры, поэтому и просил меня подготовить машину к поездке. На вашем месте я к этому генератору даже притрагиваться не стал бы. Вы, конечно, понимаете, о каком Ходунове я говорю. Если не верите, спросите у майора Будулиса, он подтвердит! На сей раз — не тот случай, когда следует усердствовать. Что? Вы меня даже задерживаете? Да у вас не все дома! Извините, конечно, за выражение…
Потом он пытается выяснить, почему его задерживают, и, не получив ответа, упрямо замолкает. За руль его белых «Жигулей» садится Саша.
— Знакомое здание? — спрашиваю я его, когда мы останавливаемся возле управления милиции.
— Не имел чести бывать здесь.
Саша с Вилманисом покидают нас — им надо хоть немного вздремнуть. Потом они позвонят Спулле и начнут подготовку к обыску на хуторе «Ценас». Тянуть с этим нельзя. Нетрудно догадаться, что оттуда придется везти много всего, поэтому надо позаботиться о транспорте и помещении, чтобы все это разместилось более или менее наглядно. Ивар тоже отпрашивается на полчаса.