Ноги из глины
Шрифт:
Решив, что дым более-менее рассеялся, Шельма вернулась в свою кладовку.
И еще. Учебники по алхимии буквально потрясают воображение, каждая страница в них — как произведение искусства гравировки, но там ты не найдешь инструкций типа: «Перед опытом не забудь открыть окно». Зато в них было полным-полно инструкций типа: «Паливай Цинк Вадой Щиботанской, пака Не Палучишь Дастаточно Газа». Однако нигде не говорилось о том, что «Нивкоим Случае Не Пытайся Провисти Опыт в Дамашних Условиях». Или хотя бы: «Перед Опытом Не Забудь Папращаться с Бравями».
Итак,
На стекле выпал темно-коричневый осадок, который, согласно «Алхимическим Единениям», являлся индикатором присутствия в образце мышьяка. Она проверила всю еду и все напитки, что нашла в кладовой дворца, и задействовала в опытах все бутылки и кувшины, которые только отыскала в штаб-квартире Стражи.
Шельма еще раз внимательно осмотрела пакетик, на котором красовалась надпись «Образец №2». Очень похоже на раздавленный сыр. Сыр? Наполняющие комнатку дурманящие ароматы мешали сосредоточиться. Она и в самом деле брала образцы какого-то сыра. К примеру, образец №17 совершенно точно был сыром — ланкрским синежильным. Он еще очень бурно взаимодействовал с кислотой, в результате чего на потолке образовалась маленькая дырочка, а половина лабораторного стола покрылась темно-зеленой субстанцией, тягучей, как деготь.
Она повторила опыт с образцом №2.
Опять немного подумала. После чего принялась с яростью листать свой блокнот. Ага, вот.
Первый образец, который она добыла во дворце патриция (порция паштета из утки), был занесен в реестр под номером три. А откуда тогда взялись образцы №1 и №2? Так, №1 — это белая глина с моста Призрения. Но тогда что такое №2?
Наконец она нашла ответ на свой вопрос.
Но этого не может быть!
Шельма посмотрела на пробирку. Мышьяк ответил ей наглой металлической улыбочкой.
Она использовала только часть образца. Можно, конечно, проверить и в третий раз, но… наверное, лучше рассказать кому-нибудь.
Шельма выбежала в холл, где сидел дежурный тролль.
— Где командор Ваймс?
Тролль оскалился.
— В «Ведре»… Задранец.
— БОЛЬШОЕ спасибо…
Тролль снова повернулся к испугано выглядящему монаху в коричневой сутане.
— Ну и? — спросил он.
— Лучше он сам это расскажет, — ответил монах. — Я просто работал рядом.
С этими словами он поставил на стол маленькую банку с прахом. На горлышке у банки красовался галстук-бабочка.
— Я хочу выразить свое ГЛУБОЧАЙШЕЕ ВОЗМУЩЕНИЕ, — писклявым голоском объявил прах. — Я проработал там всего пять минут, и вдруг — пшик! Я теперь целый месяц буду восставать из праха!
— Проработал где? — уточнил тролль.
— В «Ничегоподобных Святых Товарах», — с готовностью откликнулся испуганный монах.
— В цехе святой воды, — добавил вампир.
— Стало быть, ты обнаружил мышьяк? — переспросил Ваймс.
— О да, сэр. Много. В образце очень много мышьяка. Вот только…
— Что?
Шельма
— Образец проверялся дважды, у меня нет никаких сомнений, что все правильно…
— Да-да, я понял. Так в чем же дело?
— А в том, сэр, что… Этот образец не из дворца. Вышел небольшой конфуз, и реакция на мышьяк была обнаружена в массе, извлеченной из-под ногтей отца Трубчека, сэр.
— ЧТО?
— У него под ногтями была какая-то масса, и мне в голову пришла мысль, что это может иметь какое-то отношение к убийце. Ну, может, он был в каком-то фартуке, а отец Трубчек его царапал… У меня еще осталось немножко образца, и, если вы захотите пригласить стороннего эксперта, я не буду за это вас осуждать…
— Но откуда у старика под ногтями взялся яд? — недоуменно покачал головой Моркоу.
— Возможно, хватался за убийцу, — предположила Шельма. — Ну, во время драки…
— Хочешь сказать, его убило какое-то мышьячное чудовище? — фыркнула Ангва.
— О, черт! — вдруг воскликнул Ваймс. — Сколько времени?
— Дзынь-дзынь, дзынь-подзынь!
— О, черт…
— Девять часов, — сообщил организованный бесенок, высунув голову из кармана Ваймса. — Я был бос и оттого ощущал себя крайне несчастным, пока не повстречал безногого.
Стражники переглянулись.
— Что-что? — очень осторожно уточнил Ваймс.
— Людям нравится, когда я время от времени изрекаю некий афоризм. Он же Совет Дня, — с гордостью откликнулся бесенок.
— И где же ты умудрился встретить безногого? — спросил Ваймс.
— Ну, я не совсем ВСТРЕТИЛ его, — объяснил бес. — Эта такая метамфора.
— Тогда вот тебе другая метамфора, — ответил Ваймс. — Безногим обувь уже ни к чему, мог бы разжиться у него ботинками.
И он запихнул возмущенно пискнувшего бесенка обратно в карман.
— Есть еще кое-что, сэр, — сказала Шельма.
— Продолжай, — устало кивнул Ваймс.
— Глина, которую мы нашли на месте убийства, — начала докладывать Шельма. — Вулкан сказал, что она содержит добавки, старые черепки и так далее. И я… взял с Дорфла соскреб для сравнения. Полной уверенности, конечно, нет, но бес из иконографа прорисовал ОЧЕНЬ МЕЛКИЕ детали… Так вот, глина, обнаруженная на месте преступления, и глина Дорфла очень похожи. В обеих присутствует железо.
Ваймс вздохнул. Люди вокруг него пили разной степени крепости алкогольные напитки. Одна-единственная стопка все мгновенно прояснила бы…
— Кто-нибудь понимает, что все это значит? — спросил он.
Моркоу и Ангва покачали головами.
— Может, мы просто не понимаем, как сложить все эти кусочки воедино? — спросил Ваймс, повышая голос.
— Вы имеете в виду, как кусочки мозаики, сэр? — уточнила Шельма.
— Да! — выкрикнул Ваймс. Все в зале резко затихли. — И теперь, чтобы сложить картинку, нам не хватает всего-навсего кусочка с небом и листиками!