Ноги из глины
Шрифт:
— Где? — нахмурился Ваймс, хлопая себя по карманам.
— У вас на подносе, сэр, — указал Моркоу. И добавил с некоторым упреком: — Лежат под письмами, на которые вы так и не удосужились ответить.
Ваймс схватил пачку и извлек сигару.
— Спасибо, — поблагодарил он. — Ха! Я совсем забыл спросить у Милдред Ветерок, что еще, кроме еды, она брала! Небольшая прибавка к жалованью — тут чуть-чуть, там чуть-чуть! А старая госпожа Ветерок была швеей, НАСТОЯЩЕЙ швеей! А сейчас осень! Оно
Моркоу нагнулся и уставился на крышку стола.
— Не вижу, сэр, — ответил он.
— И это понятно, — ухмыльнулся Ваймс. — Потому что видеть нечего. Этого не видишь. Когда оно здесь. А вот если б этого не было, вы бы сразу заметили! — Он улыбнулся улыбкой маньяка. — Но не увидели бы! Понятно?
— С вами все в порядке, сэр? — участливо осведомился Моркоу. — Я знаю, последние несколько дней вы перерабатывали…
— Наоборот, я НЕДОРАБАТЫВАЛ! — воскликнул Ваймс. — Бегал вокруг да около в поисках проклятых улик, вместо того чтобы сесть и подумать пять минут! Что я обычно всем говорю?
— Э-э… Никогда никому не доверяй, сэр?
— Нет, не то.
— Э-э… Невиновных не бывает?
— Тоже не то.
— Э-э… Если кто-то относится к представителям видового меньшинства, это вовсе не значит, что он не может быть мелким, тупоголовым, зловредным засранцем?
— Не… Когда это я такое говорил?
— На прошлой неделе, сэр. Когда к нам заявились представители Комитета «Гномы на высоте», сэр.
— Нет, тоже не то. Я имею в виду… Нет, я абсолютно уверен, что всегда говорю что-то еще, очень подходящее к данному моменту. Что-то о сущности работы стражника.
— Не могу ничего больше вспомнить, сэр.
— Ладно, черт побери, тогда я придумаю что-нибудь подходящее и, начиная с сегодняшнего вечера, буду беспрестанно твердить это.
— Отлично, сэр, — просиял Моркоу. — Рад видеть вас в прежней форме, сэр. Горящего желанием надрать чью-нибудь… надавать кому-нибудь пинков, сэр. Э-э… Ну так что вы увидели, сэр?
— Скоро узнаешь! А сейчас немедленно во дворец. И разыщи Ангву. Она может нам понадобиться. И захватите ордер на обыск.
— То есть молот брать побольше, сэр?
— Именно. И где шляется этот Колон?
— Он еще не появлялся, сэр, — ответила Шелли. — Хотя его дежурство должно было закончиться час назад.
— Наверное, прячется от неприятностей, — недовольно пробурчал Ваймс. — Завис где-нибудь…
Двинутый Крошка Артур перегнулся через край стены. Откуда-то из под Колона на него таращились два красных глаза.
— Тяжелый, наверное?
— Ош'н.
— Пни его второй ногой!
Раздался странный сосущий звук. Лицо Колона исказилось. Потом послышался звучный «чпок», на секунду воцарилась тишина, а затем снизу донесся грохот, как будто вдребезги разбился огромный горшок.
— Он с моим башмаком улетел, — простонал
— Как это случилось?
— С ноги… соскользнул.
Двинутый Крошка Артур дернул его за палец.
— Ладно, залазь.
— Не могу.
— Почему? Он же больше не висит на тебе.
— Руки ослабели. Еще десять секунд — и меня можно будет обрисовывать мелком…
— Не, ни у кого нет столько мела. — Двинутый Крошка Артур нагнулся так, так что его маленькая голова очутилась на одном уровне с глазами Колона. — Слушай, раз ты умираешь, ты не мог бы подписать расписку, что ты обещал мне доллар?
Снизу донеслось громкое бряканье глиняных черепков.
— Что такое? — удивился Колон. — Я думал, этот проклятый голем разбился…
Двинутый Крошка Артур посмотрел вниз.
— Сержант, ты в реинкарнацию веришь? — спросил он.
— Я всякими заграничными штуками не пользуюсь, — огрызнулся Колон.
— Он там весь собирается. Ну, как мозаика, из кусочков.
— Неплохо придумано, Двинутый Крошка Артур, — усмехнулся Колон. — Но я-то знаю, ты говоришь, это, чтобы я испугался и выскочил на крышу, правильно? Разбитые статуи не могут сами собираться.
— Ты только глянь. Уже почти всю ногу собрал.
Колон скосил глаз в узкую и вонючую щелку между стеной и собственной подмышкой, но все, что он увидел, это лишь клубы тумана и слабое свечение.
— Ты уверен? — спросил он.
— Если бы ты бегал по крысиным норам столько, сколько я, ты бы тоже научился видеть в темноте, — пожал плечами Двинутый Крошка Артур. — Иначе бы очень быстро двинул кони.
Что-то громко зашипело внизу, под ногами Колона.
Башмаком и пальцами ноги сержант яростно заскреб по кирпичной стене.
— Ха, у него, похоже, маленькая проблемка, — продолжал комментировать Двинутый Крошка Артур. — Он коленки не на ту сторону вывернул.
Дорфл, сгорбившись, сидел в том самом заброшенном подвале, где некогда проходили собрания големов. Периодически он вскидывал голову и шипел. Из его глаз лился красный свет. И если нырнуть в это сияние, проникнуть сквозь глазницы в алые небеса, скрывающиеся внутри, то можно было увидеть…
Тяжесть, обрушившаяся на Дорфла, была неимоверной. Вокруг него бормотала вселенная, но ее шум был далеким, приглушенным, ничего не значащим для Дорфла.
А на горизонте стояли Слова, достигающие небес.
— Ты принадлежишь сам себе, — тихо повторил голос.
Дорфл раз за разом видел эту сцену, видел заботливое лицо, поднимающуюся руку, заполнившую весь вид, чувствовал неожиданное леденящее знание.
— …Ты сам себе хозяин.
Эта фраза налетела на стену из Слов, отскочила эхом и с нарастающей громкостью принялась летать туда-сюда, пока не заполнила весь крошечный, окруженный Словами мирок.
У ГОЛЕМА ДОЛЖЕН БЫТЬ ХОЗЯИН