Носорог
Шрифт:
Нет, не похоже!
Успокаивается, закрывает окно, ощупывает через повязку лоб, идет к дивану, ложится и как будто засыпает. На верхних ступеньках лестницы появляется Дюдар. Он поднимается на площадку и стучит в дверь Беранже.
Беранже (вскакивая). Что, что такое?
Дюдар. Я пришел вас проведать, Беранже, пришел проведать.
Беранже. Кто там?
Дюдар.
Беранже. Кто это я?
Дюдар. Я, Дюдар.
Беранже. Ах, это вы, входите.
Дюдар. Я вам не помешаю? (Пытается открыть дверь). У вас заперто.
Беранже. Сию минуту. Иду! (Отпирает, входит Дюдар).
Дюдар. Здравствуйте, Беранже.
Беранже. Здравствуйте, Дюдар. Который сейчас час?
Дюдар. А вы что же это, забаррикадировались и так и сидите, не выходя? Как вы себя чувствуете, дорогой? Получше немножко?
Беранже. Простите, я не узнал вашего голоса. (Подходит к окну, открывает). Да-да, как будто получше.
Дюдар. По-моему, у меня все такой же голос, ничуть он не изменился. А я ваш сразу узнал.
Беранже. Простите, мне показалось, будто... нет, правда, у вас все тот же голос. И у меня тоже не изменился, да?
Дюдар. А почему он должен меняться?
Беранже. Может быть, я чуточку охрип, как, по-вашему?
Дюдар. Да нет... по-моему, нисколько не охрипли.
Беранже. Вот спасибо... Вы меня успокоили.
Дюдар. Да что такое с вами?
Беранже. Не знаю. Ну, мало ли что может быть. И голос может измениться: к несчастью, это бывает.
Дюдар. А вы разве тоже простудились?
Беранже. Надеюсь, что нет... Надеюсь, что нет. Да вы садитесь, Дюдар, устраивайтесь поудобнее. Садитесь вон в кресло.
Дюдар (усаживается в кресло). Вы все еще себя неважно чувствуете? И голова все по-прежнему болит? (Показывает на повязку).
Беранже. Да, голова все еще болит. Но шишки у меня нет, я ни обо что не стукался... а? Как, по-вашему? (Приподняв повязку, показывает Дюдару лоб).
Дюдар. Нет у вас никакой шишки. Ничего не видно.
Беранже. И я надеюсь, не будет, никогда не будет.
Дюдар. Если вы обо что-нибудь не стукнетесь, откуда же у вас будет шишка?
Беранже. Кто не хочет стукнуться, тот и не стукнется!
Дюдар.
Беранже. Мигрень? Не говорите мне про мигрень! Не надо, прошу вас.
Дюдар. А что удивительного, если у вас мигрень после такого потрясения?
Беранже. Я все еще никак в себя не приду.
Дюдар. Еще бы! Поэтому у вас и голова болит.
Беранже (бросается к зеркалу и приподнимает повязку). Нет, ничего нет... А вы знаете, ведь так оно и начинается.
Дюдар. Что начинается?
Беранже. Я боюсь стать... другим.
Дюдар. Да вы успокойтесь, сядьте. Ну что вы все из угла в угол мечетесь — вы так себя еще больше взвинчиваете.
Беранже. Вы правы, конечно, надо ко всему относиться спокойней. (Садится). А я, знаете, до сих пор опомниться не могу.
Дюдар. Да я знаю, знаю, из-за Жана.
Беранже. Именно. Из-за Жана — и из-за других тоже.
Дюдар. Я понимаю, это вас не могло не потрясти.
Беранже. Еще бы!
Дюдар. Но, в конце концов, все-таки не стоит так уж преувеличивать, это еще не причина, чтобы...
Беранже. Хотел бы я на вас посмотреть на моем месте! Жан был моим лучшим другом. И вдруг это превращение у меня на глазах и такая ярость...
Дюдар. Конечно, я понимаю. Так обмануться в человеке! Но больше не надо об этом думать.
Беранже. Как же я могу об этом не думать? Такая человеческая натура, ярый поборник гуманизма! Кто бы мог поверить! И это он-то, он! Мы с ним дружили... с незапамятных времен. Вот уж я никак не думал, что он... и вдруг такая неожиданная эволюция! Я верил ему больше, чем самому себе, я на него полагался больше, чем на самого себя... И так поступить со мной!
Дюдар. Но ведь он же сделал это не назло вам!
Беранже. Во всяком случае, очень похоже на то. Если бы вы видели, до чего он дошел... а выражение лица!..
Дюдар. Да просто потому, что вы в тот момент случайно оказались там. А будь на вашем месте кто-нибудь другой, было бы то же самое.
Беранже. Но при мне-то, при мне, помня все наше прошлое, мог бы он сдержаться!
Дюдар. Вы, видимо, считаете себя центром вселенной! Вы думаете, все, что происходит, касается вас лично. Точно все только вокруг вас и вертится.