Новичок
Шрифт:
Вода вокруг словно замерла.
Шухер! Сейчас ливанёт! А вот и широкий дощатый настил, притянутый к корпусу и закреплённый тросом. Туда! Очень хорошо придумано, береговой песок наверняка вязкий, топкий… Я, прихватив увесистый рюкзак, куртку и оружие, торопливо выскочил на деревянный щит импровизированного причала и начал тащить лодку наверх. Крепче вяжи, Дар, крепче, чтобы ни стихия, ни тварь зловредная не могла утащить!
На корме баржи громоздилось странного вида бревенчатое сооружение. Входная дверь на внешней щеколде. Сверху наблюдать за округой очевидно лучше.
— Ключ?! — бляха медная, и тут замок!
— Указание?!
Надпись на двух языках краской… В редукторе он спрятан, где-то на палубе! Громко и беззастенчиво матерясь, я быстро огляделся, увидел и помчался на нос. Нашёл достаточно быстро. Уф-ф…
Только зашёл внутрь, как по крыше глухо застучали тяжёлые капли дождя. Падая со свесов крыши, они быстро переросли в струйки, потом в струи и, наконец, в сплошной ревущий поток воды. Пошла дискотека!
Тропические ливни, доложу я вам, — охренеть какое впечатляющее зрелище!
Почти сразу вокруг заполыхали чудовищной яркости молнии, воздух разорвали раскаты оглушающего грома.
— Ни хрена себе…
С неба лилась почти сплошная стена воды, быстро поднимающая уровень реки. Райский мир, если смотреть на открытку, конечно, явно не был готов противостоять такому натиску.
А если так сутки лить будет? Не везёт мне, опять тормознулся.
— Ну, что тут за избушка?
Некогда на этом месте стояла кормовая рубка или вспомогательное помещение для обслуживающего персонала. Однако позже поняли, что погорячились, и поставили на выброшенной барже нормальную избушку! Очень и очень хитрую.
Собранная из толстых брёвен, она была надёжно прикручена к палубе арматурными прутами, которые гнули и вбивали в отверстия кувалдой. От кого такие предосторожности? Достаточно было приварить пару уголков, даже ураганный ветер не снесёт.
— Грёбаный Каларгон, те самые зорги! Чтобы не приподняли!
Да не, скорее всего, просто с металлическими уголками у них тут тоже реальный напряг. Со всем напряг.
Внутри было просторно и уютно, я начал раскладывать вещи, продолжая осматривать доставшееся мне помещение, в котором, возможно, придётся пересидеть несколько часов, если не целые сутки.
— А ведь скоро стемнеет.
В избе четыре узких вытянутых окошка — на все стороны. Стёкол нет, а вот толстые железные прутья, врезанные в дерево ещё при монтаже, присутствуют. Чем-то похожа на таёжные избы охотников… Да почти такая же! Вот нары друг над другом, плетёные тростниковые матрацы, маленький столик возле окна, что выходит на корму, два чурбачка вместо стульев. Но особенно меня умилила печка-буржуйка, сварганенная из небольшой железной бочки и грамотно обложенная булыганами. Наверху вырезано отверстие, на которое можно ставить сковороду или чайник. На верхних полках — минимально необходимый запас посуды, в основном глиняной. Имеется масляная лампа. Нары широкие, пригодны для комфортного ночлега четырёх человек. Наверх выходит железная труба со шляпой почти такого же размера, как моя, только из жести, под такую никакой дождь не попадёт.
Тут уютно!
На барже было обустроено
Что сказать, это самый натуральный дальний кордон. Настоящих зим тут нет, значит, не зимовье, некорректно звучит. Летовка. Найдя посуду, снова высунулся и, стараясь не попасть под струи, подставил объёмы. Уж эта вода будет гарантированно экологически чистой.
Пару раз зигзаги молний ударили по левому берегу, где деревья особенно высоки.
А в баржу не ударит? Огромный кусман железа посреди реки…
На всякий случай я забрался на нары, чтобы не стоять на железной палубе. Потом растопил печку, надо просушить одежду. По старой северной традиции под нарами хранился большой запас сухих колотых плашек, милое дело. Жадничать не буду, ибо потраченные дрова возместить мне будет нечем.
Собака, всё льёт и льёт! Мне горе — задержка в пути. Природе — лафа.
Во время такого ливня речная вода обильно насыщается нужным рыбе кислородом и гуминовыми веществами, одновременно несколько понижается её температура. По идее, после дождя будет самая рыбалка… Если окончательно станет понятно, что по нехитрому маршруту сегодня мне не пройти, то не удержусь, попробую, уже из спортивного интереса. Пока что не высунешься. Никакая одежда не спасёт, ничего не поможет, поскольку ливень не просто мощный, а какой-то сумасшедший! Льёт так, словно на облаках сидят тысячи бригад пожарных и хреначат вниз струями брандспойтов. Барабанят с такой силой и частотой, что будь у меня собеседник, разговаривать было бы совершенно невозможно без громкого крика.
Через час дождь начал стихать.
Ещё накрапывало, но, кроме лёгкой ряби на поверхности Аракары и возросшей влажности, никаких видимых последствий не наблюдалось. Теперь-то я знаю, что такое настоящий тропический ливень! Грозный, мощный и очень шумный. И всё-таки он тёплый, особенно для неизбалованного высокими температурами северянина.
— Ну что, выходим?
Жаль, попугая рядом нет! Как ты там, Кеша?
Придётся говорить с самим собой. Так легче. Мысли быстрей устаканиваются.
Ого! Низко над водой пролетела стая жирных уток! Нормальные, без оранжевых перьев и уродливых клювов, почти как наши.
— Уточку добыть не помешало бы…
Но сначала надо осмотреть судно.
Стараясь ступать по скользкой палубе осторожно, я приступил к исследованиям. Хорошо, что не забыл поменять сандалии на родные ботинки.
Это была наливная баржа.
Лишь ближний грузовой отсек, закрытый тяжёлой откидной крышкой, которую невозможно поднять в одиночку, был предназначен для перевозки других грузов, весь оставшийся объём занимали топливные танки. Все на висячих замках. От этих кладовочек ключей мне точно не найти, они предназначены не для спасшихся. Ну и чёрт с вами, не очень-то и хотелось.