Новичок
Шрифт:
Сходится. Я повернулся к Винни.
— Есть деловые предложения? Тревожно идут.
— Только затаиться.
— Вот и я так думаю: если это чужая война, то она нам совершенно не нужна. Проверь, хорошо ли квадроциклы укрыты.
Между прочим, товарищ командир, наступает время решений.
Затаиться — это, конечно, хорошо. А если нас обнаружат? Если они остановятся здесь? Хотелось бы мирного решения… Подплыли бы, так, мол, и так: «Мы местные рыбаки, промышляем здесь законно, селение неподалёку, а вы кто такие будете,
Только не верится мне в такой исход. Недаром колыхался да на речку посматривал, видать, что-то предчувствовал…
«Надо было тебе вовремя в Диксон доложить о происходящем, оболтус!» — с горечью подумал я, оглядываясь на свой квадр. Теперь уже поздно, оперативная обстановка не позволяет, слишком высока вероятность демаскировки.
— Группа, к бою! Занять позиции! Ирокез — тебе особое… Не вздумай открывать огонь без приказа. Нарушишь — спишу к чёртовой матери обратно на пароход, под розги боцмана. Как понял, приём.
— Да что ж я… Не подведу, командир.
— И спрячься получше!
— Как индеец!
— Тогда чтоб перья не торчали!
Я выбрал себе позицию на самом краю кустарника, рядом с мостом. Винни устроился чуть подальше, возле крайнего камня бордюра ограждения, слева — большой валун, тоже хорошая позиция. Заметил, что хитрый вьетнамец прихватил с прицепа свою куртку и теперь, скатав её в тугую колбасу, пристроил под ствол «мосинки». Учись, Дар, учись… Есть чему, есть у кого.
— В передовой трое, — сообщил нам Лёшка свежие разведданные. — Вижу стволы, пока непонятно какие. Они нас не видят, ускорились, идут точно в средний пролёт. Жестянка, командир, большая.
Лодки уже видно отчётливо, выстроились в кильватер, уверенно прут, не мечутся.
Точно, первая лодка металлическая или пластиковая, пока не уточнить. Корпус — матовое серебро с двойной синей полосой по борту. Скорее, дюралюминий… Размерчик внушительный, настоящий катер! Значит, и двигатель стоит соответствующий, неудивительно, что они отрываются от преследователей! Если это преследователи… Рулевое управление вперёд не вынесено, человек на корме сидит за румпелем, смотрит вперёд. Вот он вскинул голову, посмотрел на мост, ничего угрожающего не заметил и опять уставился на реку, остальные заняты оружием. Одеты по-полевому, на всех старый выцветший камуфляж. Жилетов нет, ни спасательных, ни броников.
Ревность к глазастому пацану, частенько замечающему изменения среды вокруг нас первым, у меня давно пропала — раз дано богом, пусть пользуется нам на радость. Стволов я и сам разобрать не смог.
Пш-шш…
— Командир, вторая лодка — «Баджер» с «Темзы»!
Резкое изменение вводных заставило меня вздрогнуть.
Наши!
— Докажи! — быстро
— Заплата зелёная на левом борту! Овальная. Мы на штырь напоролись у причала в Манаусе, потом варили… Точно говорю! Он! Там боцман!
Вдруг через рёв двигателей послышались резкие хлопки выстрелов из нарезного оружия. Твою ты ж мать, так ещё под классический friendly fire попадёшь!
— Осторожно!
Значит, в переднем катере сидят голландцы, больше некому.
Пш-шш…
— «Баджер» на реке, здесь Техник! Срочный ответ!
Кадры начали подлетать всё быстрей и быстрей. При таких скоростях объекты появляются рядом внезапно, а спокойная вода всегда сглаживает, сокращает расстояния… Ещё немного, и лодки будут у моста.
Выстрелы повторились.
Мои вызовы тоже.
— Дарий, ты что ли, родной?! — раздался хриплый голос Мишки Чубко, боцмана «Темзы» и главного спецназера экипажа. — Вы как там оказались?
— Мы у моста, перестаньте палить, заденете! Это голландцы?
Хлоп! Хлоп! Человек в первом катере вновь вскинул винтовку и выстрелил по преследователям. Третий член экипажа беглецов тем временем перезаряжался.
— Суки они! Помогайте!
— Миша, это цель?
Пш-шш…
— Командир, третья лодка — твой «Кайман», — спокойно доложил Винни.
Хлоп! Хлоп!
— Бляха, мне борт дыранули! — заорал в эфир боцман, перекрывая доносившийся через динамик шум мотора. — Я к берегу, вали их!
В голове поселился странный холод.
Может, вы ещё и мой «Кайман» решили прострелить, сволочи? Валить?
Нет уж, позора, подобного тому, когда мы бездарно утопили два вражеских плавсредства с драгоценным оружием, при этом умудрившись не взять ни одного языка, не будет, больше я подобной лажи не допущу.
Командуй, давай! А глаз отрывать не стоит.
Я отложил «Тигр» на траву, вскинул бинокль и взял рацию поудобней.
«Баджер» боцмана, резко снижая скорость, пошёл к левому берегу, торопясь успеть, пока продырявленный пулей баллон окончательно не обвис в воде. Лодка шла с креном, мужики навалились на уцелевший борт, стараясь как можно дольше не давать пробитому отсеку захватывать воду.
— Винни, после Лёшки подшибай рулевого, но не наглухо. Сможешь?
Тот просто чуть приподнял руку. Верю, сможет.
Лодка голландцев уже подходила, огибая небольшую косу.
«Баджер» уткнулся носом в вязкую траву, боцман вместе со вторым членом экипажа тут же укрылся в кустах по соседству.
— Лёша, очередь перед носом! Напугай! Винни, по готовности!
На другой стороне моста с радостным грохотом заговорил автомат индейца — на полмагазина, не меньше, цепь высоких фонтанчиков красиво взбила воду, проводя перед мчащимся катером страшную предупредительную черту.
Рулевой действительно испугался, нос моторки вильнул, скорость упала.