Новичок
Шрифт:
Бонц!
Верная «мосинка» вьетнамца внушительно рявкнула, и рулевой лодки схватился за плечо, разворачиваясь набок. Румпель перевалился, перекидывая и сам мотор — катер на хорошей скорости полетел на наш берег.
— Лёша, ещё пугани!
Да-да-дам! Да-да-дам!
С правой стороны катера опять взвились в воздух зелёные брызги. Чтобы не дёргались сдуру.
На реке ревел мотор третьей лодки.
«Так мы всю рыбу распугаем», — не к месту подумал я, хватая карабин.
Катер со скрежетом выскочил
По мосту раздался топот, я быстро кинул взгляд.
Лёшка мчался с автоматом наперевес, чисто молния! Вот он подлетел к нам и, почти не сбив дыхания, не по-мальчишечьи заорал во всю глотку:
— Всем лежать мордой в грязь, руки на голову, падла, работает спецназ!!!
— У кого только научился? — прокряхтел охотник, вставая.
— Пошли, посмотрим на вражину, — предложил я и выстрелил для острастки в песок. Пусть ещё погрохочет.
Самым странным образом драпальщики отчасти восприняли яростную команду юнца, отданную на русском: вылетевший неудачник без сознания лежал почти у травы лицом вниз, тёмно-зелёного цвета винтовка с необычно изогнутым прикладом, из которой он так успешно пострелял по «Баджеру», находилась рядом… Вот он заворочался, застонал, и я тут же воткнул ещё одну пулю поближе к нему.
Раненый выл лёжа и хватался за пробитую руку. Оказывается, не в плечо попало. Ну, Винни, однако, и стреляет… Из лодки с поднятыми руками торопливо лез последний, этот был без оружия. Лёшка, обогнав нас, спустился под мост первым, подбежал к катеру, автоматом решительно указал последнему на землю, и тут же начал пинками раздвигать в стороны ноги пленных.
Винни подошёл, сначала внимательно посмотрел на всех, присел на корточки, доставая из кармана штанов тонкие кожаные ремешки — вот ведь предусмотрительный чувак! — и сноровисто связал двоим руки, после чего подошёл к раненому, который голосил всё громче и громче.
— Бицепс пробил, — удовлетворённо произнёс охотник, повернувшись ко мне. — Не ори, дурачок! Лежи спокойно! Повернись ко мне!
Тот послушно перекатился — английский на Лете все знают. Вьетнамец неторопливо ощупал плечо двумя руками и резко нажал куда-то растопыренными пальцами. Голландец тут же прекратил орать, с изумлением уставившись на Винни.
Я тоже офонарел, впервые такое вижу! Думал, врут люди про восточные фокусы с секретными точками…
— Лёша, сбегай к моему квадру, принеси аптечку из прицепа, большую, — попросил охотник.
По берегу, с треском продираясь сквозь кусты, в нашу сторону медленно шёл громко матерящийся боцман. За ним следовал матрос — тоже не без матов. Долго им так идти придётся…
С воды
Возле раненого Винни уже возился с бинтами.
Я поднял трофейную винтовку.
Ух ты! Нам досталась снайперская финская «Sako TRG-21» — очень серьёзное оружие, военная шняга, однако и гражданским купить можно, даже в России. Если денег навалом, конечно. Мне такая игрушка точно не по карману… Тяжёленькая. Модель под натовский калибр «308 Win.», десятиместный магазин, оптика, сошки, дульный тормоз. Это хорошо, не люблю, когда при стрельбе через пару десятков выстрелов начинаешь ощущать свои внутренности. Сокровище!
Я кое-как отряхнул её от песка и сказал:
— Винни, забирай трофей себе.
— Ты что, Дар! — растерялся он. — Оружие не для меня, ты торопишься! Это очень дорого! Я охотник, мне волне подойдёт чего-нибудь попроще.
— Забирай-забирай, говорю! Кому, как не тебе, прирождённому снайперу, такую красавицу заиметь? И мне спокойней будет.
Вьетнамец словно в каком-то сомнении качнул головой, закинул «мосинку» за спину и бережно принял трофей.
— Правильно решил, командир! — поддержал меня Лёха, вытягивая вперёд кисти рук, на указательных пальцах которых небрежно висели два пистолета. — Тем более что и нам с тобой есть, чем поживиться. «Глоки» семнадцатые, круть, всё по-взрослому! И один дробовик итальянский, так, ерунда… Вот он.
Когда он всё успевает, поросёнок?
Услышав, как юнец обзывает полуавтоматическую «Беретту» ерундой, охотник осуждающе кхекнул.
— Выбирай любой!
— Да какая разница, я их в жизни в руках не держал…
— Подержим! А то ходишь со своей «гусиной лапой»!
— Я с ней не хожу, как с ней ходить? Я её вожу.
Диковинный четырёхствольный пистолет лежит в кожаном чехле, прикрученном к левому краю кенгурятника.
— Всё уже обшмонал?
— Ага! Почти, — улыбнулся неунывающий пацан. — А что не так? С боя взято, значит, свято! Патроны собрал, кобуры открытые снял. Модные, я знаю.
«Кайман» подходил. Рулевой матрос с опаской посмотрел на мель, заглушил мотор, поднял сапог, огляделся, опустил в воду алюминиевые весла и сделал несколько табанных гребков, чтобы поставить лодку в нужном месте. Мужики пристроились почти рядом с катером, на берег выскочили боцман и Игорь.
— У, сучары голландские… Шмалять начали! Первыми! Сломать бы вам рёбра и утопить, да Герман потом разорётся как резаный, они ему живые нужны! — зло бросил Чубко, проходя мимо крайнего пленного.