Новобранец
Шрифт:
Распорядок в «Херувиме» был суровым, но не оставлял времени на скуку.
На уроках зевать не давали. В каждом классе было не больше десяти ребят, так что как только ты переставал работать, учитель тотчас же оказывался за твоей спиной и интересовался, в чём дело. Учеников подбирали не по возрасту, а по способностям. В некоторых классах, например в математическом, где учился Джеймс, было несколько пятнадцати- и шестнадцатилетних парней. А на испанском, русском и уроках самообороны он сидел рядом с шести- и девятилетками.
Наказания
Уроки физкультуры были почти каждый день. После базового курса Джеймс набрал хорошую спортивную форму. Двухчасовой бег воспринимался как легкая разминка. Каждый урок начинался с тренировки в гимнастическом зале. Потом играли в футбол или регби. Джеймсу особенно нравилось, когда мальчишки играли против девчонок — рубка шла сумасшедшая. Отовсюду сыпались неожиданные тычки и удары. Девчонки уступали в силе, но с лихвой наверстывали это хитростью и командной тактикой. Пацаны обычно вели в счете, но девчонки устраивали им настоящее побоище.
После уроков у Джеймса был часовой отдых перед обедом, потом приходилось делать домашнюю работу, а после этого идти на дополнительные занятия по боевым искусствам. Джеймс добровольно записался на них, так как ему было стыдно, что добрая половина девятилетних «Херувимовцев» способна одолеть его одной левой. А в те вечера, когда боевых искусств не было, он отправлялся в детский корпус и проводил время с Лорин.
К концу каждого дня Джеймс буквально валился с ног от усталости. Он залезал в горячую ванну и через приоткрытую дверь смотрел телевизор, потом вытирался и без сил падал в кровать.
ГЛАВА 28.ЗАДАНИЕ
После окончания базового курса прошло два месяца. Керри слетала на задание, вернулась, уехала еще на одно. Она так задирала нос, что у Джеймса руки чесались отлупить ее. Габриэль улетела на Ямайку. Коннор исчез вместе с Шакилем. Брюс то и дело пропадал на несколько дней подряд. Однажды утром Кайл отправился на задание, которое, по его словам, должно было принести ему синюю футболку. Только Джеймс безвылазно торчал в «Херувиме» и сгорал от зависти.
Единственной, кто никуда не уезжал, была Эмми. Она целыми часами просиживала на восьмом этаже в штабе по подготовке операций. Джеймс по-прежнему четыре раза в неделю учился у нее плаванию. У него получалось всё лучше и лучше. Четыреста метров кролем на груди, держа туловище под водой и поворачивая голову набок, чтобы вдохнуть. Он ни разу не захлебнулся, и Эмми говорила, что техника у него почти идеальная.
Однажды после урока — они несколько раз проплыли бассейн в длину, потом немного посидели на бортике и поболтали — Джеймс и Эмми надевали униформу.
—
Джеймс понимал, что рано или поздно уроки плавания окончатся, но всё равно ему стало немножко грустно. Ему нравилось быть рядом с Эмми. Она была веселая и всегда могла дать дельный совет.
— Ты отправляешься на задание? — спросил Джеймс, завязывая ботинок.
— Через пару недель, — ответила Эмми. — Нужно уделить много времени подготовке.
— Я буду скучать по тебе. Ты отличная учительница.
— Спасибо, Джеймс, ты очень любезен. Когда вернется Керри, будешь плавать с ней. Теперь ты плаваешь так же хорошо, как и она, может, даже лучше.
— Она слишком рвется утереть мне нос. Вчера я поговорил с Мерил Спенсер, она сказала, что для меня заданий пока нет.
— Должна признаться, — сказала Эмми, — это я удерживала тебя от заданий.
— Из-за плавания? — спросил Джеймс.
Вместо ответа Эмми достала из спортивной сумки пластиковую карточку и протянула Джеймсу. Джеймс видел такие карточки в лифте — их предъявляли, чтобы попасть в засекреченную часть главного корпуса, где планировались операции.
— Это тебе, — сказала Эмми.
Джеймс расплылся в улыбке.
— Я поеду на задание с тобой?!
— Да, — ответила Эмми. — Я начала работать над этой операцией еще до того, как появился ты. А когда увидела тебя, поняла, что мы очень похожи. Волосы одного цвета, сходное телосложение. Ты мог бы сойти за моего младшего брата. Мы поставили тебя в пару с Керри, чтобы ты смог пройти базовый курс. Я ужасно огорчилась, когда услышала, что ты подрался с ней и чуть было не провалился.
— Лучше не напоминай, — взмолился Джеймс. — Я был дурак...
— Тебе повезло, что Керри не стала мстить. Ей ничего не стоило сломать тебе руку, и ты бы вылетел с обучения. И никто бы ее винить не стал.
— Я был сверху, — возразил Джеймс. — Она не могла встать.
Эмми рассмеялась.
— Если ты оказался сверху, то только потому, что Керри это допустила. Она, если бы захотела, могла расплющить тебя одним ударом кулака.