Новые герои

Непейвода Софья Николаевна

— Простите, — прогнусавил я, зажимая кровоточащий нос. — Я дечаяддо.

— Ух ты! Народ, смотрите, — привлек в это время внимание своих самый молодой из монахов, собирая листки, рассыпавшиеся по земле.

— Круто! Смотри, этот на нашего настоятеля похож! А этот на Лектора, чтоб он провалился!

— Да, вот бы у Лектора такие рога отросли, не бегал бы больше с шипастыми наручниками…

— Э! Это мое!

— Раздаешь?

— Продаю!

С тех пор от монахов отбою не было. Им вообще нравились Васины чертики, но особой популярностью пользовались

похожие на инквизиторов, святых отцов и друзей. Так что я подговорил Васю рисовать их… не с натуры, но с характерными чертами представителей святой церкви.

Но однажды лафе пришел конец. Разрушил мои торговые планы наглый инквизитор, незаметно подошедший сзади, как раз в самый разгар спора.

— Что там у вас? Это еще что такое?! — грозно спросил он, помахивая чертиком в инквизиторской броне и с мечом.

— Ничего… Ну, до встречи, — бросил я монахам и попытался незаметно улизнуть. Но не тут то было! Видимо я слишком выделялся из толпы, потому что умотав на достаточно, по-моему мнению, большое расстояние, оглянувшись, заметил спешащего следом инквизитора.

— Стой!

— Зачем? — я еще ускорился.

— Стой, кому говорю! Ты арестован!

— Сначала догони, а потом докажи вину!

— Твоя вина у меня в руках! Стой, кому говорю! — и инквизитор помахал шипастыми наручниками. Это придало мне сил, и я сумел, наконец, оторваться от этого извращенца.

— Ты с ним осторожней, теперь он тебя в покое не оставит, — предупредили меня монахи, когда мы увиделись в следующий раз. — А с Лектором шутки плохи…

— Что он за садист вообще, бегать с шипастыми наручниками! Бегал бы с обычными… Кто, вообще, придумал шипастые?

— Инквизиторы, кто же еще! Это специальные, для некоторой нечисти и магов.

— Бедные маги! Несчастная нечисть! Эй, но я-то не нечисть, а обычный человек! Он что, меня за волосы в нечисть записал?

— Да Лектор вечно с шипастыми бегает. Вот если бы догнал, надел бы обычные. Ты уж поосторожней, если на тебя инквизиторы охоту объявят, можно и в тюрьму угодить… или большой штраф получить.

Несколько дней после этого случая я вообще боялся выходить на улицу, чтоб не вылететь из игрули раньше времени. Потом нужда заставила, но при каждом выходе я подвязывал волосы платком, чтобы не быть рыжим и если замечал инквизитора, сразу прятался в тень. Нервы мои были натянуты до предела. Нет, так это оставлять нельзя, надо что-то делать…

Донгель. Июнь 5374 года

Иногда я бродил по лесу, естественно, весьма осторожно. К счастью, природа дала мне зоркие глаза и быстрые ноги, что часто помогало избежать неприятностей, в прямом смысле этого слова.

Этот лес мне нравился, хотя он совсем не походил на те, которые я видел раньше. Высокие раскидистые деревья практически не задерживают солнечные лучи, и они бросают причудливые блики на цветущих полянах. В совокупности с редкими зарослями кустарников создается впечатление волшебного города… или лесного храма. Трава мягкая, шелковистая, легкий ветер делает ее похожей на зеленое озеро, в котором

плавают разноцветные кувшинки. Цветущие растения выделяют нежнейшие ароматы, от которых проясняется голова и появляется странное ощущение… Иногда они навевают грусть и хочется плакать, но чаще опускают на душу невидимое покрывало покоя и тихого счастья. В таких случаях мне бывало очень трудно заставить себя вернуться в город, эту обитель проблем и голосов.

Где-то в середине июня, в очередной раз прогуливаясь по лесу, я заметил сбоку, в кустах, что-то необычное. Осторожно приблизившись, я разглядел нечто вроде спрута… или скорее сплюснутый с боков мозг на осьминожьих щупальцах и с одним единственным глазом между полушариями.

— Ну, чего смотришь, — неожиданно для меня заговорила мозга высоким тонким голосом. — Подколодного советника никогда не видел?

Сопоставив увиденное и описания изученных мною рас я спросил:

— Ты люзген?

— Да. Учти, меня бить нельзя, я охраняюсь законом, — опасливо предупредил он, на всякий случай, залезая поглубже в заросли.

Уверившись в своей правоте, я мигом успокоился. Эти создания были на редкость безобидны: сил в них было мало, способностями к магии практически не обладали, да и максимальная их скорость была не быстрее спокойно идущего человека.

— Это инквизиторы тебя охраняют, что ли? — поинтересовался я со смешком (мне вспомнился мой прежний мир — в нем несчастного сожгли бы в ближайшие сутки).

— А что? Я ничего плохого не делаю…

— Кстати, чем ты тут, в лесу, занимаешься?

— Подколодный советник я. Это профессия такая, исключительно для нашей расы, — ответил люзген. — Сижу и дельные советы даю. За денюшки. Или яички. Или молочко. Или червячков.

— И насколько же полезны твои советы? — заинтересовался я.

— А ты сам подумай. Что мы еще можем в мире с такой гигантской гравитацией? Приходиться умом зарабатывать. Жить-то хочется.

— Ладно… Задам я тебе пожалуй, несколько вопросов…

— А чем заплатишь? — Оглядев меня, люзген добавил. — Пятьдесят копеек.

— А ты не боишься, что потом я их обратно отберу?

— Ну, хорошо, — сдался советник. — Заплатишь после вопросов. Что с вас взять, эгоистов…

— Итак, — я сел на густую траву. — С чего бы начать… Кто разрушает Мироград?

— Боги. Три бога разрушают Мироград, когда там нарушается баланс, установленный Эльдилом.

— Почему?

— Этим они помогают восстановить равновесие.

— Подробнее, пожалуйста.

— Мироград живет взаимопомощью. Определенные трудности объединяют. Сменяются поколения, приезжают чужаки, вываливаются новые герои. Единство распадается. Чтобы его восстановить, город разрушают, лишних убирают. Трудности и общее дело по восстановлению города сближает оставшихся.

— Так кроме разрушения эти гады еще и народ губят?! — возмутился я.

— Не прямым воздействием. Лишние переносятся в другие места. Если они там выживут — останутся жить.

— Значит, боги восстанавливают нарушенный Эльдиловский баланс?