Новые герои
Шрифт:
В конце октября Лоск сообщил, что он намерен перевезти свое имущество в Островлик по причине «повышенного разгула преступности» (это в Торгограде-то!) и его личного желания переехать в отдельный особняк.
Глава 11. Продвижение по службе
После отъезда моих друзей (тех новых героев, вместе с которыми я появился в Черной дыре), я полностью посвятил себя учению. Арат был мудр и давал мне знания постепенно, чтобы я окончательно в них не запутался. Он учил меня распознавать различные болезни, готовить лекарственные
Хотя Арат все время показывал невероятную скромность почти каждый день стараясь разубедить меня в своей святости, но я все больше убеждался в обратном. Как иначе можно объяснить некоторые его способности? Например то, что он часто знал, чем болен человек, даже еще не осмотрев его. Арат объяснял это тем, что он умеет видеть ауру здоровья, но разве эта способность не прерогатива святых? Хотя учитель даже иногда посмеивался надо мной, я все глубже проникался убеждением, что в этом мире, несмотря на оккупировавшее его зло, осталось еще немало светлых сил, тех, что дарят жизнь, а не отнимают ее.
Однажды, когда мы в очередной раз бродили по лесу в поисках лекарственных трав, Арат начал разговор, показавшийся очень странным и сильно встревоживший меня.
— Ты должен подумать о своем будущем, молодой человек… Рано или поздно каждый вынужден выбирать, чему он посвятит свою жизнь. Так что решай, я не собираюсь держать тебя прислугой вечно… Ты тихий какой-то… Сам думай, не могу же я принуждать тебя… Так как?
— Я хотел бы стать целителем… Как Вы, — покраснев, я опустил глаза к земле и поэтому не сразу заметил, что учитель резко остановился.
— Ты подумай хорошенько, целительство ведь не подразумевает подвигов и геройств всяких, здесь наоборот нужно терпение и снисходительность… Наша работа не всегда приятна… и часто опасна.
— Но я все равно очень хотел бы…
— Дело твое, молодой человек… Но ты должен подумать и о жилье… Так как?
— Я могу снять комнату, — тихо сказал я, подумав, что, наверное, Арат пытается вежливо дать мне понять, что я должен покинуть его. — Пожалуйста, не прогоняйте меня из учеников, я не буду Вам надоедать! — я со слезами на глазах опустился перед ним на колени.
— Ну, хватит, хватит, молодой человек, — проворчал учитель. — Я не собираюсь тебя выгонять… Вставай, ишь, что опять придумал…
Некоторое время мы шли молча.
— Тогда я хочу, чтобы, когда мы расстанемся, ты нашел моего учителя… Он замечательный целитель и может многому тебя научить… Гораздо большему, чем я.
— Но…
— И не спорь со мной, молодой человек! Я так решил и я с ним поговорю… Думаю, он согласиться, тем более, что ему наверняка нужен помощник… Кстати, его зовут Эмиланом…
Я долго переживал после этого разговора, ведь он означал, что Арат не хочет сам учить меня. Наверное, я его недостоин. Но тогда могу ли я учиться у того, кто воспитал святого?
Ровно через три недели после этого разговора, двадцать девятого сентября, мы в очередной раз бродили по лесу. Дело было уже к вечеру, когда Арат прилег отдохнуть, прислонившись спиной к могучему дубу и прикрыв глаза. Я тихо сел сбоку.
Если бы я знал, что моему учителю уже не судьба встать, то, возможно, я и смог бы помочь… хоть чем-нибудь. Но тогда я еще этого не знал. Через полчаса, удивившись, что Арат отдыхает так долго, я слегка тронул его за руку, решив разбудить моего учителя, ведь нам предстоял
Но Арату была не судьба вновь вступить в его пределы. Он спал… спал вечным сном и на его лице застыла та же спокойная, задумчивая улыбка, которая и при жизни никогда не покидала его.
После того, как я прошел начальное обучение, меня стали брать на задания, выполняемые моим отрядом. Хотя обычно на подготовку требуется не менее полугода, я справился всего за два месяца, потому что у меня уже был опыт. Правда, раньше я работал не абджудикумом, но планетным спецназовцем, а большинство требований здесь те же. Только инквизиторы гораздо больше внимания обращали на понимание и осознание ситуаций, на нашу способность самостоятельно принимать решения. За счет этого я уважаю их сильнее, чем моих прошлых начальников.
Задания были в основном совсем простые — ликвидировать распустившегося барда, либо уничтожить мелкую организацию бунтовщиков. В промежутках между ними, кроме дальнейшего обучения, мы порой предпринимали вылазки в лес и патрулирование его наиболее беспокойных участков, снижая, таким образом, общий процент преступности.
Наш начальник, экс абджудикум Элгор, больше всего времени проводил с отрядом днем и вечером, во время индивидуальных тренировок, а, кроме того, практически ежедневно выезжал на ночные патрули, выбирая то одного, то другого напарника и совмещая работу с дальнейшей моральной и физической подготовкой. Ни один из нас не мог даже сравниться с ним в военном искусстве, для него оно не просто работой или стилем жизни… для Элгора это сама жизнь. И он учил нас жить, жить так, чтобы мы при необходимости могли судить сами… и сами же привести приговор в исполнение. На наш вердикт не должны влиять чувства, он должен быть бесстрастным, полностью обоснованным и справедливым. Выше всего ставиться процветание государства, сохранение его строя и порядков, моральных законов и обычаев.
Хотя можно подумать, что из нас воспитывали бесчувственных машин, это не соответствует истине. Мы ценили и уважали и свои и чужие чувства, как привязанности, так и антипатии, просто решения мы должны принимать независимо от них. Так, один мой соратник вынужден был приговорить собственного брата, возглавившего одну из антигосударственных организаций. Закон восторжествовал, но дух абджудикума не выдержал, он начал совершенно по-другому реагировать на самые обычные задания. По приказу Элгора и старшего судьи его перевели… Теперь он работает на кухне. Кстати, большинство из обслуживающего персонала также являлись бывшими инквизиторами и абджудикумами, их переводили туда после серьезных моральных ран, или как не выдерживающих нагрузки. Мы уважали их, хотя почти все они были не ветеранами, а сломавшимися, недостаточно сильными людьми.
Большинство травмированных и ветеранов также продолжали работать. Но они занимали ответственные административные должности, составляли и дополняли наши каталоги, а также являлись тренерами и преподавателями.
Однажды, уже в конце октября, Элгор навестил нас за завтраком, что обычно было для него не свойственно.
— Сегодня ночью мы выходим на непростое задание. Поэтому обычные занятия отменяются, сразу после еды идите в библиотеку и ознакомьтесь с фактами и требованиями.
После того, как мы собрались в специальном кабинете для инструктажей, старший судия посветил нас в подробности этого задания.