Новые герои
Шрифт:
— Я не голубой, — возразил на мои невысказанные мысли юноша.
Я испугался. Неужели он читает мои мысли?
— Нет, но вижу их ауру. Ты впечатлительный, поэтому создаваемые тобой образы очень четкие, — пояснил Ирлорин.
— Но почему тогда…
— Почему я тянусь к Дириту? Это ты хочешь спросить?
— Да.
— Все просто. Он мне вместо отца… Давно погибшего отца. Идем, найдем для тебя какую-нибудь комнатку.
Я покорно последовал за звездным.
Выйдя из зала, мы оказались в широком хорошо освещенном коридоре.
— Ирлорин, кого это ты привел? — когда я, наконец, открыл глаза, то увидел перед собой эльфа, его золотые волосы слегка отливали зеленью, а глаза сияли бирюзой.
— Донгель, Гаэргиль, — представил нас юноша.
— Ты болен? — спросил эльф, кладя мне руку на плечо.
— Нет, — я тоскливо разглядывал удивительную пальму, рядом с которой мы стояли.
— Почему тогда ты весь сжался? Тебя много наказывали?
Я вздрогнул.
— Не бойся, здесь никто не собирается тебя обижать. Ты завтракал?
— Нет.
— Тогда идем.
Гаэргиль привел меня к длинному столу у стены, на котором стояли многочисленные вазы с ароматными фруктами, соки, молоко, сладости и легкое золотистое вино.
— Если тебе надо что-нибудь попитательнее, могу проводить в столовую, — жестом приглашая меня приступать, сказал эльф.
— Спасибо, не надо.
Фрукты оказались настолько аппетитными… Я так соскучился по их нежному вкусу, по блаженству, которое дарят плоды солнца… Лоск никогда не давал нам их, считая слишком большим лакомством и предпочитая пичкать нас витаминизированными таблетками.
— Почему ты плачешь?
— Я не плачу, тебе показалось, — я незаметно смахнул слезу, выступившую в уголке глаза.
— Ну, я тогда пойду? — нетерпеливо спросил Ирлорин. — Я его тебе передал… Ты позаботишься?
— Не беспокойся, все будет в порядке. Иди.
Звездный убежал, а Гаэргиль сел в кресло, ожидая, пока я закончу.
— Наверное, тебя интересуют наши правила?
Я кивнул.
— Мы не должны выходить за границы отведенных нам помещений без разрешения. Ну и буянить запрещено. Подчиняться принцу, мне кажется, ты будешь и сам. Что там еще?
— Кто ты?
— Раб. Морской эльф.
— У тебя есть… т'тага? — я поежился.
— Да. Здесь у всех есть т'тага. Хотя часто в этом нет необходимости.
— Почему?
— Многие из нас и добровольно остались бы у принца Дирита.
— Почему? Он же дроу…
— Он лучше многих, как подземных, так и наземных эльфов. А какая разница, дроу он или нет? — пожал плечами Гаэргиль.
— Но… Он ведь дроу! — от непривычной пищи меня слегка замутило.
— Я не понимаю, почему он приобрел тебя, если ты так агрессивно относишься
Когда я вспомнил обстоятельства, при которых я перешел к новому владельцу, меня пробила дрожь.
— Что случилось?
— Можно мне побыть одному? — попросил я.
— Ладно. Идем, я покажу тебе твою спальню.
Эльф провел меня боковым коридором и открыл дверь.
Комната была большой и светлой. Широкая мягкая кровать, занавешенная золотистым пологом, гарнитур с тремя зеркалами, мягкий половик и изящные гобелены, покрывающие стены… Я нерешительно оглянулся.
— Иди, — улыбнувшись, подтолкнул меня Гаэргиль.
— Но…
— Я тоже не сразу привык. У Дирита ты будешь жить здесь. Моя спальня третья направо, можешь заходить, если что.
— Спасибо, — сказал я в пустоту, потому что эльф уже ушел.
Закрыв дверь, я снова оглядел комнату. Мраморные стены, высокий потолок, великолепие во всем…
Нерешительно сев на кровать, я погладил большую пуховую подушку, покрытую нежнейшим шелком. Вышитая на ней белая роза слегка отливала золотом в свете нескольких магических светящихся шаров, висевших под потолком. Бархатное покрывало ласкало кожу рук, вызывая такие далекие и такие счастливые воспоминания…
Все это совсем не походило на то, что мне приходилось видеть у Лоска… И было так похоже на мою прежнюю жизнь, когда я еще был принцем…
Но ведь никто не лишал меня этого звания. Я и сейчас принц… Только нищий принц, без государства и власти.
— Принц рабов, — я горько усмехнулся, произнеся последнюю мысль вслух.
На мгновение мне показалось, что я дома…
Потом я вспомнил, как сильно истязал меня Лоск, и в каких ужасных условиях мне приходилось у него жить. Что же потребует от меня дроу, если позволил поселиться в такой обстановке?
Представив себе его требования, я заплакал, уткнувшись в подушку. Мне больше никогда не быть свободным. Даже умереть не смогу. Мысли о смерти повергли меня в панику. Слишком сильной тогда была боль наказания, и одно воспоминание о ней заставило меня свернуться в калачик.
— Ты бы хоть разделся, что ли, — потрясли меня за плечо.
Я вздрогнул и вскочил. Как я мог так незаметно заснуть?
— Не бойся, — рассмеялся Дирит. — Как ты?
— Хорошо, — я все еще дрожал.
— Успокойся. Идем, подберем тебе домашнюю одежду.
— Какую? — спросил я по пути.
— Штуки две пижамы, несколько халатов и костюмов, обувь… И нормальные заколки.
Я вновь представил, чем мне придется платить за все это, и резко остановился.
— Что случилось? — обернулся дроу. — Что ты так побледнел? Я сказал что-то не то?
— Не надо, — я попятился.
— Чего не надо?
— Ничего… Я… Мне… Пожалуйста, не надо мне одежды, — я прижался к стене.
— Голым что ли ходить собираешься? — улыбнулся Дирит. — Хватит выдумывать глупости. Идем.