Шрифт:
Пролог.
Солнце, скрываясь за горизонтом, яркими мазками озаряло небо, опуская ночной сумрак на маленький пригородный город. Воздух был разряжен и чувствовалась свежесть от прошедшей первой весенней грозы, которая принесла облегчение для жителей маленького городка и его гостей. Трасса, опоясывающая город, словно змея свою добычу, была практически пуста.
Стрелка спидометра показывала сто шестьдесят два километра в час, тело гонщика было напряжено до придела и плотно прижималось
Свобода, что дарила скорость и верный друг приносили гонщику чувство наслаждения жизнью. Такого чувства он не испытывал никогда. Мимо, размазанными тенями мелькал пейзаж свойственный загородным трассам, утопающий в надвигающихся сумерках, но байкер не замечал ничего. Сейчас был лишь он и свобода.
Свобода... как много сейчас в этом слове для гонщика. Сейчас, здесь на этой дороге, он был свободен от всего: от проблем, что как снежный ком свалились на него, от обязательств перед самыми дорогими людьми, свобода от той жизни. Именно в этот момент, момент единения байкера со свободой жизнь делилась на три части: до, сейчас и после. Именно это после он жаждал ощутить как можно скорее.
И вот впереди стал виднеться въезд в город и, тот глоток свободы, который гонщик получил за эту поездку, иссяк, растворился. Байкер сбросил скорость и, въехав на нужную улицу, проехал пару кварталов, и припарковался у одного из одноэтажных домиков, окруженного вьющимися растениями, оплетающие фасад здания словно зеленый ковер, развешанный матерью природой.
Сняв перчатки и шлем гонщик поспешил в дом, ведь именно там было его "после". Мужчина хотел открыть калитку, но едва расслышал, после скоростной поездки в ушах звенело, шум со стороны открытых ворот направился стремительным шагом к источнику шума.
Дойдя до открытых ворот он огляделся увидев перед собой небольшой дворик частного домика, с ухоженным огородиком, на котором росла какая-то зелень и стояло пару теплиц. Шум, который он с трудом расслышал сначала раздавался от гаража, примыкающего к маленькому домику. Сделав пару шагов по направлению к гаражу гонщик остановился, замерев, глядя на открывшуюся перед ним картину. Девушка, стоявшая к нему спиной, пыхтя и что-то бормоча себе под нос, ковырялась в движке байка, вокруг нее лежали различные запчасти и корпуса авто и мототехники.
Она была одета в большую, видимо мужскую, футболку, черные брюки спортивного кроя с множеством карманов, и темные кроссовки. Волосы ее были завязаны в хвост и, вместо ободка была повязана бандана. Присутствие мужчины она не заметила, продолжая возиться с неподдающейся деталью. Только сейчас мужчина расслышал, что она говорила.
– Давай, родной мой, - пыхтя приговаривала она, - еще немножко. Да где запропастился этот ключ?!
Невольно на лице мужчины возникла теплая улыбка и он, не желая больше скрывать своего присутствия, поднял ключ, который по-видимому девушка сама же и обронила, и направился к ней.
– Держи, - сказал улыбающийся гонщик девушке, что была перед ним, протягивая ей так необходимый инструмент.
Буркнув спасибо и, не отвлекаясь
– Ты?! Живой?!
– Живой,- подтвердил мужчина, смотря в любимые глаза.
– А у меня это...холодильник пустой...- произнесла девушка, все еще не веря своим глазам,- я тут... ну ты видишь...
– Вижу, - хмыкнул мужчина.
– Помощь нужна?
– Д-да. А ты на долго?
– Навсегда.
Глава первая.
Ядвига Одинцова
Сегодня был замечательный день. Погода порадовала. Солнце, такое редкое за последний месяц, светило ярко, согревая своими лучиками все вокруг. Воздух стал прогреваться, и ветер сменил свое направление - из холодного, а парой ледяного, стал теплым. Все были в ожидании весны, но она упорно не хотела приходить, предоставляя зиме заменить себя. Наконец, видимо все-таки сжалившись, решила вернуться. И меня, как и всех вокруг, это радовало.
В институте все тоже было хорошо. Последнюю пару отменили, что несказанно порадовало всю группу. Еще бы! Нас две недели мучили изнуряющими лекциями. Было чувство, что кто-то из учителей решил над нами поиздеваться - нашей группе, единственной ставили по четыре, а то и по пять пар. Поэтому, счастливые, мы все быстренько разбежались.
– Яд, постой!
– окрик заставил меня остановиться у раздевалки. Поискав источник звуковых колебаний, обнаружила одногруппницу. Опа! Уже заметила. А я уж хотела по-быстрому уехать домой.
Ко мне уверенным шагом направлялась Алёна. Внешне девушка была красива: миниатюрная платиновая блондинка, милое личико с большими голубыми глазами и пухлыми губками. На ней было платье темно-синего цвета с баской на талии. Платье удачно подчеркивает ее стройную фигурку. Она шла, на высоких каблуках, громко цокая. Девушка была из числа элиты. Так сказать "барби".
Все, кто знал Алю, после часового общения понимали, что начинают деградировать рядом с ней. Она вечно расписывала все тенденции моды и прочую ерунду, из-за этого многие спешили поскорее покинуть ее общество не успев толком пообщаться с девушкой. Она неизменно была в окружении своих девочек на побегушках, подружек по блондинистому несчастью. Не спорю, возле нее всегда вились парни, которым хотелось похвалиться перед друзьями новой милой девушкой. Только эта девушка никогда больше месяца ни с кем не встречалась. Может ее не выдерживал больше никто, может она сама так привыкла. Я не вникала, да и не собиралась.
Мы с ней никогда не общались. Даже не здоровались. Сейчас же, мне было интересно, что ей от меня нужно.
– Аль, что тебе надо?- не церемонясь заявила я. У меня не было желания с ней общаться.
– Мы всей группой собираемся на даче у Ильина. Будет вечеринка. Должны быть все. Мы надеемся ты придешь?
– Приду, - буркнула я, не имея ни какого желания продолжать беседу.
Девушки чему-то улыбнувшись ушли, а я поразмыслив на тему: "С чего это элита снизошла до нас?" повернулась, забрала куртку и пошла на выход.