Новый Рим
Шрифт:
– Ну… скорее все-таки любовью к жене, - смутился Фань.
– А родина… родина лишила меня работы, зарплаты и пенсии когда у меня родился второй ребёнок. Я лет 10 назад имел неплохую должность в городской администрации, хороший по нашим меркам заработок, но потом, случайно моя жена забеременела вторым ребенком. Мы любим детей и категорически отказались делать аборт, после чего меня выгнали со службы, заявив 'одна семья - один ребёнок'. Я целый год нигде не мог устроиться и перебивался случайными заработками. Потом занял денег у родителей, открыл свою мастерскую
– Теперь вы можете оторваться по полной и нарожать кучу детей, - сказал Олег.
– Никто Вас пособия не лишит.
– Мы, собственно и собираемся этим заняться. Я думаю, что в нынешних условиях старость нам никто не обеспечит кроме детей. Еще годик мы продержимся, а потом придётся пахать и сеять.
– Нужно учесть один момент, - сказал профессор.
– Мы не сможем в январе проехать через северную часть Тибета, придётся ехать южным путём - через Индию и Афганистан. Но возможно оно и к лучшему - это были густонаселённые земли и, там наверняка выжило много людей.
Больше никто попыток выступить не делал.
– Если желающих высказаться больше нет, - сказал Саша, - то ставлю вопрос на голосование: 'Кто уезжает отсюда в Европу' 10-го января?
Вверх неторопливо поднялось 40 рук.
– Все, - удивлённо сказал Саша.
– Тогда предлагаю продолжить подготовку к новому году, до которого всего неделя, а сразу после празднования начнём готовиться к отъезду.
Новый год прошел весело, некоторая напряженность между русскими и китайцами, желавшими остаться на родине, спала и все вновь были единой командой, готовой к восстановлению власти человека над природой.
Праздновали прямо тут же на берегу залива, расположившись прямо на песке. Зима принесла долгожданный отдых от знойной осени и все отдыхали душой и телом, когда по вечерам столбик термометра опускался до 20 градусов.
В тот вечер отрывались все кроме беременных женщин - им алкоголя не наливали, считая еще не родившихся детей общим достоянием и залогом выживания всего человечества. Остальные же приложили все усилия, чтобы дать выход накопившимся за последний год отрицательным и положительным эмоциям.
Сергею, как и некоторым другим, ускорившийся обмен веществ никак не давал пьянеть. Но он был упорный и его никак не устраивала судьба трезвенника, потому-то после долгих опытов он выяснил, что для того чтобы достичь нужного, хотя и непродолжительного эффекта нужно просто мешать водку с сильной газировкой. Эффект хоть и не мог сравниться с тем, чего раньше удавалось добиться всего парой литров пива, но тем не менее, бутылка водки вперемешку с бутылкой газировки вполне могла опьянить минут на 30-40, а хороший коньяк, так на целый час.
Как только стемнело, устроили огромный фейерверк. Через полчаса запасы огненных развлечений, нашедшиеся в единственном в городе магазине фейерверков, подошли к концу и все перебрались к столу. По случаю праздника мощности генераторов не пожалели и пляж заливал яркий свет прожекторов, неоновой цветомузыки и гирлянд.
– Наверное,
– Ой, а как же космонавты на МКС, - обеспокоилась Света.
– Может они выжили?
– Слишком низка вероятность, - пожал плечами Саша.
– Скорее всего, излучение пришло из космоса и накрыло их первыми. Но если нет, то я им не завидую. Смотреть сверху, как в одно мгновение внизу умерла планета - не самое приятное зрелище. Потом у них наверняка закончился запас воды, продуктов, воздуха, в конце концов. Они сильно зависят от поставок с земли, а спуститься вниз без помощи ЦУПа вряд ли способны.
Новый год сначала встретили по хабаровскому, через час по читинскому, а ещё через час еще и по китайскому времени. К моменту встречи по китайскому времени язык у многих уже ворочался с трудом, чабан и Сыч спали тут же на песочке, а половине беременных девушек надоело смотреть на эти безобразия и они ушли спать в свои дома.
Другая половина женщин осталась контролировать своих благоверных, чтобы те по пьяни не пошли купаться. Впрочем, такой контроль не помог и к часу ночи все направились к тёплой морской воде - кто бегом, а кто и ползком, уже не обращая особого внимания на неприятный нефтяной душок, которым отдавал прибой.
Лу Сюнь меланхолично сидел на травке рядом с берегом, щипал травку и поглядывал на купающихся, очевидно контролируя дочь, чтобы не заплывала слишком далеко. Подошел и сел рядом Семён.
– Мало нас всё же.
– Сказал Лу Сюнь, горестно вздохнув.
– 40 человек - это всего один вагон поезда. У нас в районе самая маленькая деревенька насчитывала полтысячи жителей.
– Подожди, - говорил Семён.
– Может еще кого встретим. В Европу путь неблизкий, наверняка найдутся ещё люди.
– Много не найдём. Если с такой огромной страны, как Китай к нам стеклось всего пара десятков человек, то на что можно надеяться…
– Не переживай, - положил Семён руку на плечо Лу Сюню.
– Я верю, нам должно повезти.
Еще перед новым годом начались роды у овец. За неполную неделю родили все овцы из отары, и перед отъездом отара насчитывала уже 20 овец и 8 баранов.
– Если так дело пойдёт, скоро будем со свежим мясом!
– Радостно потирал руки Саша.
– Думаю да, - пожимал плечами чабан.
– Несколько барашков можно уже к лету забить - ни к чему нам их столько, а овцы вполне способны дважды в год приплод приносить, если за ними хорошо ухаживать.
1 января выдалось, пожалуй, самым тяжелым днём в жизни переселенцев. Жесточайшая головная боль не дала подняться с постелей практически никому. Одни лишь 'изменённые', как их теперь называли соплеменники, чувствовали себя в полном порядке - их хорошему настроению не помешали последствия выпитых накануне нескольких бутылок водки с кока-колой. Да и не было тех последствий.
– Красота!
– Улыбнулся Саша, глядя на опухшего Олега, выползающего из своего бунгало.
– Если после мутации можно бухать без последствий, то я за такие мутации.