Ну допустим

Феликс Мухоморов

«Нее… Шмель в супермаркете не купишь и в городе с собой не поносишь…» – возразил задумчиво внутренний, – «у тебя же его не было в кармане?»

«На инсценировку всё это смахивает. Рояль в кустах», – добавил я ему пищи для размышлений.

«Хм… а ведь и правда, странно всё. Постановка какая-то…» – подхватил он.

«Вот если бы узнать секрет, как отучить взяточников взятки брать», – крамольно подумал я уже втайне от внутреннего, – «вот это было бы другое дело».

«Ну здрасте, втайне он подумал! От кого?!» – возмутился мой внутренний, – «ты это!.. давай, поосторожней думай на эту тему. А лучше вообще в том направлении не думай.

А то чайку попьёшь где-нибудь, и всё, конец нам с тобой в этой физической оболочке. За нами ведь никто самолёт с врачами из Берлина не пришлёт, понимаешь?»

«Ну спасибо», – обеспокоился ответно я, – «умеешь ты загрузить меня не на шутку».

Глава 6

Не на шутку высоко кем-либо из родственников или старых сослуживцев поставленным бюрократам, а также их внучатым зятьям, троюродным племянницам одноклассников и прочим ловко примазавшимся, предпочитающим смотреть на мир с высоты донельзя роскошного и немыслимо дорогого частного самолёта, например, Бомбардье²¹, неизвестно кем и за какие такие эфемерные достоинства вышеупомянутых щедро оплаченного, эту главу я рекомендую пропустить.

А нам с Вами, ценимый мной читатель, честно зарабатывающим каждую монетку в нашем кошельке, ехать из находящегося в горной долине Мехико в расположенный на берегу Мексиканского залива Веракрус придётся обычным путём. Способов сделать это относительно легально и безопасно всего три (если не считать автостоп, но здесь не сытая Европа и не гламурная Калифорния, есть кое-какие нюансы), и у каждого из них есть свои положительные и отрицательные моменты.

Путешественник, обладающий не сконцентрированными в чрезмерно узких рамках финансовыми возможностями и быстрым современным автомобилем, наверняка оценит по достоинству возможность комфортно и почти безопасно перемещаться по платной, охраняемой властями Соединённых Штатов Мексики (я не шучу, а лишь привожу официальное название государства, где мы с вами сейчас находимся) автомагистрали, периодически останавливаясь на так называемых «касетас» – пунктах внесения немалой, но далеко не самой высокой на этом материке платы за проезд. Это способ номер один.

Для более экономных автовладельцев существует некоторое количество бесплатных автодорог, не особо широких и ухоженных, но на удивление вполне пригодных для небыстрого перемещения, например, повидавшего на своём веку и не слишком приметного пикапа. С парой небогато одетых, достаточно небритых для этих мест и в меру угрюмых гринго на борту с широкими рубахами навыпуск из плотного неброского материала.

Что может быть скрыто под их свободно свисающими полами? Допустим, учебник физики для средней школы. Может быть, Библия. Или тщательно очищенный, смазанный и неторопливо пристрелянный где-нибудь в дальнем и безлюдном уголке Маркесы²² предмет, всеми своими причиндалами удивительно смахивающий на револьвер.

А можно просто, не мудрствуя лукаво, приобрести самые обычные бумажные билеты в донельзя обыкновенный междугородный автобус, купленный очень недорого местной транспортной компанией у своей североамериканской товарки, списавшей оного трудягу со своего баланса спустя лет двадцать его эксплуатации. В довольно щадящих условиях, надо признать. Не в тех, что приходится переживать старичку сейчас.

Достаточно прийти на посадку в этот покрытый местами шелушащейся бронёй из многочисленных слоёв краски шедевр индустриального ренессанса заблаговременно, пока никто не

успел с милой непосредственностью занять ваше место, усесться в нём насколько возможно удобно, запасшись в путь необходимыми припасами, и неспешно наслаждаться доступной взгляду сквозь мытое только дождями окно экзотикой.

Неравнодушному последователю Марко Поло будут несомненно интересны виды, открывающиеся из автобуса в мир известной своими контрастами, но богатой в действительности не только ими, но и любопытными полутонами мексиканской провинции. Не оставит равнодушным настоящего естествоиспытателя и особая экосистема, образующаяся во время пути внутри этого неторопливо чадящего клубами чёрного дыма транспортного средства.

– Как мы его узнаем? – озабоченно поинтересовался сидящий у окна сухощавого вида подтянутый мужчина более чем средних лет, принадлежащий к той уважаемой женщинами породе сильной половины человечества, представителей которой они безошибочно определяют как достойных доверия, руководствуясь врождённой женской способностью узнавать о мужчине многое и сразу, отнюдь не разглядывая его в упор.

– Предполагается, что это он узнает нас, – вполголоса ответил его коренастый спутник, дружелюбно улыбнувшись смуглому семейству, состоящему из более чем рубенсовских пропорций мамы, четверых детишек мал мала меньше и полудюжины узлов, корзин и сумок.

Невесть как уместившаяся на двух соседних сиденьях ячейка местного общества с нескрываемым любопытством и полным отсутствием стеснения разглядывала двух гринго, сидящих через проход от них, возбуждённо шмыгая носами и разноголосым хором обсуждая всё увиденное и показавшееся им интересным.

– Не слишком ли скоропалительным было решение наших настолько довериться Анчоусу? – продолжал сомневаться первый, – не он ли тогда, на шашлыках, всей Маркесе громогласно вещал, что был тут некогда главным резидентом советской разведки? Про пропавшую бесследно группу спецов на границе со Штатами только ленивый не слышал.

– Когда это было… Просто перебрал маленько человек с устатку, с кем не бывает. Тем более, никто ему особо доверять-то и не собирается. Деньги он получит только после нашего с тобой возвращения с… эмм… артефактом. И адреса его все нам известны, не скроется, если что. Ну он же не дурак, в конце концов. У тебя там печеньица какого или конфет не припасено?

– Неужто у меня да вдруг и не припасено, – сменил наконец хмурость на довольную улыбку сухощавый, – обижать изволите, сударь… – чай, не впервой, – продолжил он, с явным удовольствием доставая из лежащих под сиденьем объёмных чёрных пластиковых пакетов несколько больших прозрачных мешков со всё ещё тёплой, сладко-липкой, щедро сдобренной корицей и издающей умопомрачительный аромат на весь автобус фирменной выпечкой из супермаркета «Superama».

– Давай-ка угостим детвору. Ручонки-то у них немыты… пусть хоть вот этими салфетками, что ли, протрут, – добавил он, передавая содержимое пакетов товарищу.

Весь дальнейший путь до Веракрус двух совсем уже не гринго, а наоборот, очень даже теперь кабальерос²³, был добротно приправлен приятно обволакивающей своей непосредственной искренностью приязнью всех присутствующих в автобусе детей и неназойливо доброжелательным одобрением их взрослых сотоварищей по путешествию.

Зачем так было раскрываться? Для чего им понадобилось становиться заметными и запоминающимися для всех без исключения обитателей автобуса? Не меня спрашивайте.