Нумерос 78

Raavasta .

В дверях я едва не столкнулся нос к носу с Вегой, тоже явно направлявшимся на "курс лечения". Впрочем, выглядел Джио в целом не так удручающе, как остальные. Зато под левым глазом арранкара красовался свеженький налитой лиловый фингал. Но страшно довольная улыбка на хитрой роже свидетельствовала, что понесенные вчерашним вечером "потери" вполне себя оправдали.

– Веселая ночь, Вега-сан?

Оскал полосатика стал еще шире.

– И еще какая, Нацу-кун!

– Мои поздравления, - и, уже выскочив за порог, я бросил через

плечо вдогонку, заставив Джио споткнуться.
– Мила-Розе тоже привет передавайте...

* * *

Декада Эспада с огромным усилием медленно открыл глаза, но темнота так и не ушла. Не ушла никуда и жуткая головная боль, и ощущение скованности во всем теле. Несколько попыток пошевелиться не увенчались успехом, и это начало приводить Ямми в состояние бешенства. Туша арранкара была плотно зажата между каких-то каменных плит, плотно подступавших со всех сторон. В любых подобных ситуациях Ларго не привык рассуждать подолгу и поэтому с глухим рычанием просто активировал серо, чтобы разнести все препятствия, оказавшиеся вокруг.

От взрыва камень разлетелся пылью и крошевом, а Декада издал торжествующий рев, быстро сменившийся недоуменным восклицанием. Два громадных блока, прикованных к ногам Ямми толстыми цепями, сразу же потащили арранкара рывком за собой прямо по направлению ко дну Леса Меносов, лежащему где-то очень-очень далеко внизу. Остатки наблюдательной площадки Лас Ночес, почти полностью уничтоженной энергетической атакой пустого, начали стремительно удаляться. Зрелище в виде стремительно падающего и страшно матерящегося арраканара на несколько минут разнообразило унылое топтание многочисленных гилианов, ошивавшихся поблизости. Гулкий звук тяжелого удара оземь завершил представление.

* * *

– Доброе утро, Джиданбо-сан!

Вздрогнув всем телом от этого до боли знакомого голоса, раздавшегося откуда-то снизу, великан-привратник с нешуточным опасением скосил глаза в ту сторону, где находился источник звука. Полтора улыбающихся метра рафинированного оптимизма и неуемной жизнерадостности, облаченные в темно-фиолетовое парадное кимоно и круглую шляпу, помахали шинигами рукой.

– Как ваше ничего?

Тяжело вздохнув, Джиданбо поднял взгляд и уставился в стену ближайшего здания. Нацу удивленно хмыкнул.

– Джиданбо-сан, у меня почему-то начинает складываться впечатление, что вы пытаетесь меня игнорировать?

– Нацу, видишь ли, - ответил гигант, тщательно подбирая слова.
– Все дело в том, что мне запретили с тобой разговаривать.

– Что?!
– брови под платиновыми вихрами взлетели вверх.

– Точнее, мне настоятельно не рекомендовали этого делать.

– Не рекомендовали?
– нахмурился парень.
– И кому же это я так насолил?

– Это непосредственный приказ капитана Фон, - сознался стражник.

– Хм, - выражение лица Нацу стало еще более пугающим.
– Вот, значит как. Ладно, с этим мы разберемся... А теперь, я могу пройти?

–

Вообще-то нет, - с тяжкой обреченностью "сознался" Джиданбо.

– Но если вы меня не пустите, я не смогу, ведь, тогда доставить вовремя эту посылку для капитана Кёраку?
– полное и искренне непонимание в голосе паренька кольнуло великана болезненным чувством дежавю.

Помимо привычной сумы с какими-то свертками у Нацу подмышкой и вправду сейчас был большой и, судя по виду, увесистый ящик.

– А то, что находится в посылке - это опять секрет?

– Не, - улыбнулся мелкий.
– Тут никаких секретов, - и встряхнул свою ношу так, что из короба раздался отчетливый перезвон бутылок.
– Все банально, Джиданбо-сан. Так что, пустите меня в Сейретей?

– Я не могу, Нацу.

– Да нет, можете, я помню, у вас получалось, - ободряюще воскликнул блондин.
– Честно-честно! Давайте, еще раз попробуем! Это не страшно, Джиданбо-сан! Я вам даже буду помогать, если что...

* * *

Выслушав утренний доклад своего лейтенанта, Ямамото уже собирался кивком отпустить Сасакибе и вернуться к просмотру донесений от экспедиционного корпуса, но Чоджиро неуверенно откашлялся в кулак, привлекая к себе внимание начальства.

– Что-то еще?

– Да, Ямамото-сама, - лейтенант выдернул нижний лист из папки и, бросив мимолетный взгляд на текст, продолжил.
– От капитана Хицугаи поступило заявление, составленное в ультимативном тоне.

– Неужели?
– хмыкнул Шикекуни.
– И чего же он хочет?

– Капитан Хицугая в жесткой форме требует, чтобы его как можно быстрее и минимум на две недели отправили на патрулирование мира живых в район...
– Чоджиро подсмотрел в листок, - в район города Нагано.

– Нагано?
– переспросил старейшин капитан Готей-13, как будто бы пробуя это название на вкус.
– И почему же именно Нагано?

– Понятия не имею, Ямамото-сама. Но в случае отказа капитан Хицугая грозится устроить очередной дебош, равнозначный предыдущему случаю.

Сасакибе выжидающе посмотрел на командира. Учитывая обстоятельства упомянутых событий, в которых так до сих пор еще и не разобрались следователи ритейтай, угрозы от капитана десятого отряда были более чем реальны. И весьма серьезны.

– Ну, Нагано, так Нагано, - пожал плечами Шикекуни.
– Не будем доводить ситуацию до очередного нервного срыва.

Удивленный Чоджиро уже открыл рот, чтобы задать вопрос, но Ямамото опередил его.

– Только после отбытия Тоширо, доведите информацию о его новом месте нахождения до всего личного состава Готея. Остальные же капитаны пусть предоставят внеочередной отпуск всем девушкам, которые этого пожелают. И право беспрепятственного прохода через врата Секаймон сроком на четырнадцать дней, - добродушная улыбка, появившаяся на лице Ямамото, совсем не вязалась с хитрыми огоньками в глубине стариковских глаз.