Нун
Шрифт:
– Мертвые маги? – неверяще спросил Пашка.
– Тени теней. Луг поднял их из древних могил совсем ненадолго. Однако они могут захотеть существовать в таком обличье всегда – не жизнь, но и не полная смерть. Это опасно даже для некроманта.
– А разве для вас это сюрприз, господа? – спросил Имс, широко ухмыляясь. – То, что Луг – не только величайший колдун, не только разъяренный король эльфов, но еще и некромант? То есть, он может махнуть рукой, и любое кладбище поднимется как армия. И где были твои мозги, о великий
– Когда-то он поднимал мертвых и для наших битв, – тихо сказал Мерлин.
Все снова замолчали, но это было уже молчание другого рода – озабоченное. Хилл, к слову, подозревал что-то подобное последним новостям, память его получила отголоски общей памяти оборотней, служивших Лугу долгие века. Но даже волки Луга многого не знали о своем господине. Им незачем было знать – их вел вечный обет верности, а когда он был получен, никто уже не помнил. Или это было стерто из памяти.
– Вот поэтому, – мягко попросил Мерлин, – я говорю вам пока не покидать квартиры. Никто не может сейчас выйти в полной уверенности, что вернется.
– Я могу выйти, – хмуро сказал Хилл. – Что надо сделать, Миррдин?
Мерлин прямо посмотрел на него и сказал:
– Ты должен помочь Имсу. Должен помочь разобраться ему в себе.
– Нет, спасибо, – сразу же сказал Имс. – Премного благодарен, но, пожалуй, откажусь.
– А зря, – оскалил клыки Хилл. – Ты огорчил меня до глубины души, я-то думал – мы друзья. Успел привязаться к тебе.
– Если не хочешь стать изгоем для всех, то послушаешь Хилла, – холодно сказал Мерлин, и впервые за время этой безобразной свары Тайлер услышал в его голосе металл.
Все остальные тоже его услышали, и даже Имс на этот раз только молча усмехнулся и снова принялся за крольчатину.
А еще Хилл никак не мог отделаться от одного звука – сердце этого паренька, Пашки, судя по тахикардии, билось где-то в горле. Вообще, от Имсова сынка так разило ненавистью и яростью, не страхом даже, а каким-то совершенно безобразным отчаянием, что Тайлер впервые мрачно подумал – это может стать проблемой.
Хотя уже спустя минуту он понял, что всякая проблема выглядит воздушно по сравнению с огромным вороном, что долбился железным клювом в стекло.
Мерлин встал, тщательно затушил в пепельнице сигарету и с какой-то совершенно новой, гибкой легкостью поднялся со стула, подошел к окну и открыл створку. Он действительно все это время ждал. И дождался.
Ворон уронил на ладонь Мерлину круглую блестящую штуку и был таков. Тайлер подошел и заглянул магу за плечо. Штука оказалась медальоном на цепочке с изображением той же птицы, попирающей когтистой лапой чей-то бедный череп. Не медальон, а целая картина. Очевидно, когда-то фоморские мастера славились виртуозной работой.
Мерлин некоторое время рассматривал медальон, а потом повернулся к Имсу.
–
Имс мрачно, но повиновался, стащил блестящую цепочку через голову, не расстегивая, и теперь пальцы Мерлина сжимали сразу два королевских оберега. Наверное, еще ни одному магу такого испытать не довелось, но это же был Мерлин, единственный и неповторимый. Вот только гордым и тем более счастливым он не выглядел, а выглядел, скорее, как человек, которому осталось дописать последнюю страницу в книге.
– Ты куда это собрался? – спросил Тайлер. – Я тебя одного не отпущу.
– У тебя же другой господин сейчас, Тайлер? – спросил Мерлин. – Ты можешь не беспокоиться обо мне. И о нем тебе не стоит беспокоиться – Луг всегда выходил сухим из воды.
– Мы все будем сопровождать тебя, потому что вид у тебя как у человека, который может наделать глупостей, – нахмурил брови Хилл.
– Так вы моя стража? – улыбнулся Мерлин. – Или все-таки конвой?
Он поднял голову и обежал взглядом их всех – поневоле они притянулись и окружили его, мрачные, не осмеливавшиеся столкнуться с ним взглядом.
– Я и для вас предатель? – горько спросил Мерлин. – Впрочем, ответ содержится в самом вопросе. Что же, я не мог ожидать другого. Это справедливо.
– Мы хотим, чтобы ты был в безопасности, – сказал Джим и первым поднял глаза – голубые, пронзительные. – И мы хотим знать, что происходит. Куда ты идешь, Мерлин, что ты делаешь, чего ты ждал.
– Ты хочешь опять в одиночку решить судьбу целого мира, но в прошлый раз вышло у тебя так себе, – поддержал его Имс.
– Смирись уже, – подытожил Тайлер. – Мы идем с тобой.
Глава 11
Крутой подъем на холм Круа-Русс начинался от площади Терро. Раньше здесь извивалась кривая улочка Монте-де-ля-Гранд-Кот, которая кое-где переходила в скверы-террасы. Вела она к руинам римского амфитеатра, паре милых барочных церквей и Музею старых телефонов, которым раньше очень интересовались туристы. Из церковного сада открывалась прекрасная панорама на город. Теперь руины скрыли заросли вереска, церкви и музей зеленым неводом оплел хмель, кое-где их стены разрезали огромные щели, штукатурка местами намокла и обвалилась, а вместо сада шелестел густой лес.
И по мере того, как Мерлин и сопровождавшие его люди продвигались вглубь этого леса по тропинке, он становился все гуще, деревья смыкали за спинами свои зеленые лапы с бессовестным шорохом. Но никто даже не оглянулся.
Мерлин остановился на плато на верху холма, где еще сохранились камни одной из церквей, вынул из-под темного плаща с капюшоном, который неожиданно возник на нем поверх хипстерской одежонки, клинок с золотой рукоятью, опустился на колени и принялся чертить на земле, на слегка сырой глине, сложный рисунок.