Няня
Шрифт:
— Алло?
— Элли, ты где?
— Мама? Я у себя в комнате. Ну, в новой комнате, в доме Харперов в Уотермилле.
— Хочешь сказать, ты действительно начала там работать? Я думала, ты шутишь, то есть надеялась, что…
— Да, мама, я решила поработать няней и очень этим довольна. У меня будет чудесное лето.
— Чудесное лето? А как насчет чудесной карьеры?
— Что, мама? Я плохо тебя слышу!
— Ты — нянька? Разве это не работа для школьников? Ты соврала, что тебе пятнадцать
— Ха-ха-ха, мама! Я знаю, ты любишь пошутить. Как Лаки? Ты отдала его Марш?
— Да, я отослала кота вместе с его игрушками. Только не надо менять тему. Что это за семья? Они известны в городе? Может, я слышала о них?
— Вряд ли. Молодые люди. Он — какой-то финансист, а она… Я так и не поняла, чем она занимается. Кажется, она в отпуске этим летом. У них двое детей.
— Не хочу придираться к тебе, Элли, но…
Ох уж эти знаменитые «но».
— …но зачем тебе еще одна бесперспективная работа? Я просто спрашиваю. Могу же я просто спросить?
— Мама, я только что встала, мне сейчас не до разборок.
— Ну, вообще-то у меня хорошие новости.
— Что?
— Стук-стук!
— Мама, — простонала я, — у меня нет времени шутить.
— Стук-стук, Элли! Это не шутка. Это стучится твой шанс!
— Ох-ох! Ты слышишь мой стон? Мне пора идти, мама.
— Послушай. Твоя сестра Венди расширяет свое агентство недвижимости. Мадисон растет с бешеной скоростью. Она хочет взять еще двух сотрудников. Это шанс для тебя, Элли. Прекрасное жалованье плюс пятнадцать процентов комиссионных.
— Мама, ты что, хочешь, чтобы я вернулась в Мадисон? Ты ведь практически вышвырнула меня из дома, помнишь? Ты так радовалась, что я переехала в Нью-Йорк!
— Радовалась? Неправда, Элли! Мне было трудно отпустить свою дочь, но я согласилась. Ты хотела сменить обстановку, завести новых знакомых.
Только все это обернулось очередным провалом, прости за выражение!
— Мама! Это звучит слишком язвительно!
— Язвительно? Язвы появляются от стирального порошка!
— Послушай, мама, я не брошу эту работу и постараюсь извлечь из нее максимум. Можешь считать, что эта работа ниже моего или твоего достоинства, — мне все равно. Мне нужно кое-что доказать самой себе, прежде чем приступить к построению настоящей карьеры. И моя карьера начнется именно здесь! Поэтому мне не нужны подачки ни от Венди, ни от тебя!
— Я просто пытаюсь помочь, — пропищала она невинным, абсолютно фальшивым голоском.
— Пока, мама! — Я отключила телефон и швырнула его на кровать.
Обернувшись, я увидела, что в дверях стоит Брэндон. На нем была полосатая футболка и мешковатые шорты до колен. Скрестив на груди худенькие руки, Брэндон смотрел на меня довольно недружелюбно.
Интересно, давно
— Привет, Брэндон.
Почему он так смотрит на меня, поджав губы?
— Ты выходил на улицу прошлой ночью? Это тебя я видела во дворе прошлой ночью?
Мальчик молча помотал головой.
— Ну же, Брэндон, — настаивала я, — это был ты?
Он снова мотнул головой, а затем покрутил пальцем у виска, показывая, что я сумасшедшая. Продолжать расспросы не имело смысла.
— Послушай, сегодня утром я собираюсь на прогулку. Хочешь со мной?
Брэндон повернулся и бросился прочь.
Эбби увезла детей в город за новой обувью, а я позавтракала шоколадными хлопьями, которые обожали Брэндон и Хизер, с чашкой тепловатого кофе.
Потом надела новые шлепки и пошла осмотреться. Пришло время увидеть окрестности.
Ух! Солнце поднялось высоко в небо, и я почувствовала, как припекает обнаженные плечи, я быстро вернулась в дом и надела темные очки.
Прошлой ночью я так испугалась, что вообще не понимала, где нахожусь. Сегодня же настала пора оглядеться.
Широкий красивый настил из красного дерева огибал дом. С одного конца стоял круглый столик под зонтом, а вокруг — белые металлические стулья, рядом — несколько шезлонгов. На другом конце располагался огромный мангал с грилем.
Всего несколько шагов — и я на небольшом песчаном дворике, огороженном некрашеным покосившимся частоколом. Деревянный настил упирался в высокую стену рододендронов. Весенние цветы выгорели добела, потихоньку сморщивались и осыпались.
Я подняла валявшийся на земле мячик и бросила его к дому. В рододендронах застряли надутый круг и серебристо-синяя летающая тарелка.
Я стала карабкаться вверх по песчаной дюне, шлепки скользили, и горячий песок обжигал пальцы. На вершине росли кривоватые сосны. Я заметила, что они посажены идеально прямым рядом, будто специально для того, чтобы скрыть от посторонних глаз домик для гостей.
Я нырнула в прохладную тень сосен и стала рассматривать домик. Откуда-то сбоку тут же поднялся целый рой насекомых. Мелкие москиты или какие-то мошки вились тучей, издавая громкое, довольно неприятное жужжание.
Домик для гостей был двухэтажным, по размерам — чуть больше сарая. Серая обшивка потемнела от дождей и времени. Маленькие окна покрылись толстым слоем пыли. Сосновые иголки усыпали дом толстым ковром, а у задней стены словно собирались в зеленые сугробы.
Я подошла ближе, и в нос ударил сильный запах плесени и гниения. Я затаила дыхание. Неужели дом так всегда пах? Или внутри что-то гниет?
Я выдохнула с присвистом, и тут в сознании всплыло предупреждение миссис Брикер. Как же сказала та ненормальная?