О боли
Шрифт:
– Сынок, у тебя есть к нам вопросы?
– Да, есть. Но вы мне все планы разрушили тем, что собрались здесь все вместе.
– Он планировал нас по отдельности вопросами замучить, а мы взяли и объединились. Теперь и не знает, что с нами делать со всеми, – говорит деда Коля, как всегда в своем репертуаре. И, улыбаясь, замолкает.
– Я не знаю, что с вами делать, а не знаю, с чего начать!!! Меня интересует вопрос: как природа показывает своими стихиями, что с нами происходит?! С бабой Альфией мы разобрали, что за стихия камнепад, и что природа показывает человеку
– Ну, об этом разом не расскажешь, – говорит баба Соня.
А деда Коля предлагает:
– А давайте разделимся? Я стану рассказывать про вулканы и пожары, баба Соня – про землетрясения и ураганы, баба Гуля – про наводнения и транспортные происшествия, тетя Наиля и баба Матрена – про тому подобное в жизни.
Старики смеются, но на это соглашаются, и разом начинают рассказывать каждый свое. Я как слышу это, аж вскакиваю от их выходки и ору им:
– Не так!!! Не так!!!
– А как? – спрашивает деда Коля. – Мы каждый сделали так, как ты нас просил. Задал нам вопрос, мы и отвечаем.
– По одному надо отвечать. Я же не вундеркинд какой-нибудь, чтобы разом слышать и понять каждого.
Старики опять разом смеются, а баба Гуля поясняет:
– Каков вопрос – таков ответ.
Тогда я предлагаю им:
– Давайте станем рассказывать по порядку. Дедуля, ты вызвался рассказать о вулканах. Вот и рассказывай, что происходит с человеком точно так же, как извергается вулкан?
– Хороший вопрос… – подключается к разговору деда Коля и тут же спрашивает меня: А на что похож вулкан?
– На гневный выплеск грязи из человека.
– В этом случае лава – это что?
– Злость, обида, гнев, ненависть, обвинения, поиск козла отпущения, выгораживание самих себя…
– Молодец! – хвалит меня дедуля и продолжает спрашивать меня дальше: А вулкан что делает?
– Выжигает себя и все, что его окружает.
– А что делает человек, который сбрасывает злость на других?
– Выжигает себя, сбрасывая силы, направленные на удержание в себе злости, – не задумываясь, отвечаю я.
– А что происходит с людьми, на которых сбрасывается эта злость?
– Вышедшая злость этого человека выжигает и их, вытаскивая их боль и подпитывая ее силой.
– А как увидеть, что человек выжигает себя и людей?
– Злость – это разрушительный внутренний огонь. Ею управлять невозможно. И когда она выходит, подобно вулкану, извергая лаву, человек выжигает в себе жизнь и мир, в котором он живет. Этим выжигает и жизнь людей, на которых выливается злость.
– По-другому говоря, злость – это неуправляемая сила и внутренний огонь, которые, выливаясь, выжигают то, что попадает на их пути, как разбушевавшаяся стихия. Так?
– Да.
– А
– Не знаю.
– Хорошо, – говорит деда Коля и предлагает мне следующее: Давай этот вопрос разберем на твоем примере.
Я охотно соглашаюсь и спрашиваю:
– А на каком?
Деда Коля, долго не думая, предлагает:
– А хоть на том, когда ты орал на ребят, когда они обидели соседскую девчонку Венеру. Скажи, что с тобой произошло, когда ребята обидели Венеру?
И я вспоминаю, что в этой ситуации со мной тогда происходило:
– Я разозлился на ребят, что они обидели Венеру. Да еще ни за что. Налетели на нее на одну все разом. Да еще парни от мала до велика! Да на девчонку!!! – говорю я, и меня еще пуще прежнего злость разбирает на поведение парней.
И продолжаю возмущенно:
– Ну, ты деда выбрал же пример: здесь уже не вулкан, а катастрофа.
На что старики смеются, а деда Коля продолжает:
– И что ты тогда сделал с ребятами?
– Я на них налетел, как угорелый! Наорал! Обвинил их во всех грехах! Застыдил!
– А что ты именно в этот момент делал?
– Я сильно злился на ребят, тогда их возненавидел. Да Венеру выгораживал, жалея ее.
– И что с тобой происходило в этот момент? – неугомонно продолжает задавать вопросы деда Коля.
– Как что?! Я горел от злости и ненависти на ребят. Я готов был с ними все что угодно сделать, чтобы защитить Венеру.
– И что ты в этот момент делал с собой?
– Выжигал себя злостью и ненавистью к ребятам.
И вдруг я начинаю видеть себя со стороны в этой ситуации бешеной собакой, у которой из ноздрей и ушей валил дым, как из заводских доменных печей. И мне, глядя на себя со стороны, становится смешно и больно от того, что я могу быть таким. После этого чувствую в своей груди обжигающий жар, словно я резко выпил большую кружку крутого кипятка.
На что деда Коля говорит мне:
– Молодец, сынок. А что это за дым, который валил из тебя?
– Это то, что я делал сам с собой.
– И что же ты делал сам с собой? – не снижая напора, с ехидством спрашивает меня деда.
Я вхожу в замешательство и отвечаю:
– … не знаю.
– Дак что это за дым, который валил из тебя?
– Моя злость и ненависть к ребятам.
– А что ты делал с собой, когда злился и ненавидел ребят?
– Я убивал себя, – вылетают из меня слова мне на удивление.
– А как ты убивал себя, злясь и ненавидя?
– Злость – это огонь, – начинаю я размышлять логически, – и когда я злился и обвинял ребят, то выжигал свое горло и грудь.
– Сейчас это твои домыслы. А что происходило с тобой на самом деле? – стоит на своем деда Коля.
– Я наносил себе урон.
– Это ясно, а как?
– Разбрасывая свои силы направо и налево, – говорю я, вспоминая ранние разборы тем жизни со стариками.
– Это тоже ясно, но КАК это происходило?
– Я злился и этим наносил себе новую боль. У меня шел поток разных разрушительных мыслей, и я в этот момент принимал разные разрушительные решения для себя.