О любви

Гичко Екатерина

– Что угодно господам?
– живо поинтересовался он.

Дарилла осмотрелась. На стенах висели различные орудия труда, которые были так необходимы в быту: молотки, топоры, ножи, кастрюли и сковороды, металлические подносы... Всё выглядело очень прилично и невинно. Даже остро заточенное лезвие топора было похоже на радушную улыбку. Но ощущение опасности всё равно не покинуло девушку, а хозяин лавки и вовсе показался ей неприятным типом.

– Мы по рекомендации Рхева, - Низкан обратился по-давридански и назвал имя хозяина таверны,

который и указал им путь сюда.

Доброжелательная улыбка торговца покривела и превратилась в ухмылку.

– О-о-о, - многозначительно протянул он и тоже перешёл на давриданский.
– Так что надобно господину и его... спутнице?

Хозяину лавки даже принюхиваться не понадобилось, хватило одного взгляда, чтобы понять, что один из посетителей - девушка.

Низкан выпустил руку Дариллы и подошёл ближе. Оборотень, пристально за ним наблюдающий, удивлённо вскинул брови. Его цепкий взгляд помечал все мелочи, и мужчина обратил внимание на то, как осторожно ступает посетитель.

– Господин слеп?
– поинтересовался он.

– Любопытство - пагубный порок, - с намёком ответил Низкан.
– Мне нужна взрывная смесь и увеличивающее стекло.

Дарилла с удивлением посмотрела на него. Стекло? Зачем?

– И ещё моток тонкой верёвки и маленькая лопата.

Хозяин кивнул и скрылся в другой комнате. Отсутствовал он достаточно долго. Зверёныш успел окончательно потерять терпение и теперь орал в голос. Дарилле его рёв напоминал ор кота, поющего серенады кошке.

Вернулся торговец с мешком в руках, который водрузил на стойку. Низкан знаком подозвал Дариллу.

– Проверь, - велел бывший вольный.

Девушка заглянула в мешок. Там обнаружилась и небольшая лопатка, и моток верёвки, и кожаный чехол, в котором лежало увеличивающее стекло, и весьма увесистый мешок с каким-то порошком. Порошок Низкан проверил сам. Понюхал и пощупал, после чего удовлетворённо кивнул и забрал у девушки свой кошель.

От торговой лавки парочка удалялась чуть ли не бегом. На руках у Дариллы беспокойно возился зверёныш, которого всё же пришлось выпустить, а Низкан на ходу запихивал купленное в свой вместительный вещевой мешок.

– Низкан, я могу понять, зачем нам взрывная смесь. Да и лопата с верёвкой тоже. Но зачем стекло?
– поинтересовалась запыхавшаяся Дарилла.

– Увидишь, - ушёл от ответа мужчина.

Девушку это не удовлетворило. Она вообще переживала, что затея Низкана взломать тюрьму выльется в большие проблемы.

– Как ты вообще её взламывать собрался?
– Дарилла спросила это шёпотом, предварительно осмотревшись по сторонам.
– Если бы это было так легко, то она давно бы была пустой.

– А это и не легко, - Низкан пожал плечами.
– Но у меня есть одно несомненное преимущество.

– Какое же?

На губах мужчины появилась улыбка.

– Я сквозь стены вижу.

– Ну?
– Миссэ вопросительно посмотрел на наагасаха.
– Что делать будем?

Они

только что закончили исследовать темницу и пришли к выводу, что тюрьма построена добротно. Всё же строили её оборотни и для оборотней, поэтому стены были крепкими, двери - тяжёлыми, а оконная решётка вмурована в кладку почти намертво. У нагов сил было побольше, чем у оборотней, и втроём Миссэ, Доаш и Риалаш могли бы вынести дверь. Но шуму от этого будет...

Ерха к ним не лез, мудро решив, что тут и без него справятся.

– Может, пол?
– предложил Доаш, но тут же скривился и сам отверг собственное предложение: - Под нами наверняка будет другая камера, опять же придётся дверь выламывать.

– Наагасах, а у них нет каких-нибудь особенностей в охране тюрем?
– обратился к Риалашу Миссэ.
– Вы же как-то сидели...

Ерха удивлённо воззрился на наследника. Тот скривился и недовольно взглянул на охранника. Упомянутый Миссэ случай произошёл, когда Риалашу едва перевалило за триста лет. В том возрасте он был очень несдержан и вспыльчив. И, путешествуя через Салею, в одном из городов сцепился с нагрубившим ему стражником, за что и угодил в местную тюрьму, из которой сбежал на второй день.

– А то вы мне тогда не помогли, - ядовито процедил наагасах.

Миссэ и Доаш одновременно отрицательно замотали головами.

– Не, мы ничего не делали, - постарался заверить господина Миссэ.

– Это действительно так, - поддержал его Доаш.
– Если бы вы на четвёртый день не выбрались, то мы бы помогли. Но вы и сами слиняли.

Риалаш поморщился.

– Ничего особенного я тогда не делал. Просто вынес дверь, раскидал стражу, выскочил в окно и тут же покинул город. Вот и всё.

– Давайте и мы так сделаем, - загорелся Доаш, которого сильно вывело из себя поведение городской стражи. У нага кулаки чесались рассказать им, насколько они неправы.

– И сразу из города?
– наагасах недовольно посмотрел на него.
– А Дарилла и Низкан?

– И вещи!
– поддержал его Ерха.

– Без шума всё равно не получится, - заметил Миссэ.
– Нам остаётся либо ждать этого сына консера и надеяться на его разумность, либо ломать дверь.

Наступила тишина. Наконец, заговорил Риалаш.

– Будем ломать ближе к утру, - решил он.
– Миссэ, сиди у двери и слушай. Нам нужно узнать, когда будет смена стражи. Ломать начнём за два часа до неё. Охрана как раз в полудрёме будет.

Наг кивнул и, усевшись на полу, прижался ухом к двери.

Риалаш тоже расположился на полу у стены и тихо пробормотал:

– А все остальные пока отдыхают.

Ерха и Доаш переглянулись и тоже устроились на полу.

На некоторое время в камере воцарилась тишина, нарушаемая только голосами оборотней, которые доносились из коридора. Через некоторое время тоскливо вздохнул Ерха. Старик поёрзал на месте, почесал бороду, а потом опасливо взглянул на наагасаха.