О любви
Шрифт:
– Мой брат не выбирал, кем родиться, - помедлив, добавила: - Но мужчина из него получился очень достойный.
– О да!
– с жаром согласилась Вианиша, чем вызвала подозрительные взгляды кузенов.
– Вы можете судить о своём брате как о мужчине?
– тот, кого Дарилла назвала Увашаром, насмешливо вскинул брови.
– Не думал, что сёстры могут смотреть на своих братьев так...
– А стоило бы!
– Вианиша сердито взглянула на него.
– Если брат не мужик, а засранец, это сразу видно!
Видимо, этот король мира не понравился не только Дарилле. Вианиша
Увашар взглянул на сестру с яростью и презрительным снисхождением, как на городскую дурочку, и процедил сквозь зубы:
– Выбирай выражения. Я тебе не папа, терпеть не буду.
– Да и не надо! Давай сразимся, и я точно тебя порву.
Девушка приподнялась на месте, но была остановлена своим самым вежливым кузеном. Так его для себя обозначила Дарилла.
– Вианиша! Увашар! Где ваши манеры? Не смейте грызться при гостье!
О! Да она угадала! У Дариллы даже настроение приподнялось. Что ж, гаду гадкое имя!
Вианиша и Увашар сжали губы и отвели глаза. Но чувствовалось, что они готовы сцепиться языками в любое мгновение.
На почти полминуты наступила тишина. Вежливый кузен внимательно осмотрел своих склочных родственников и, решив, что они вполне успокоились, вернул своё внимание гостье.
– Прошу прощения, у этих двоих весьма туго с манерами, - оборотень ослепительно улыбнулся.
Ответная улыбка Дариллы была куда сдержаннее. Почему-то ей казалось, что эти мужчины воспринимают её как легкомысленную девчонку, которой можно легко запудрить мозги. Поэтому она старалась не давать ни малейшего повода для возникновения у них подозрений в её расположенности.
– Не мне судить кого-то за отсутствие манер, - отмахнулась девушка.
– Да?
– в разговор вступил кузен, до этого момента в основном молчавший. Он был самым красивым из всех и явно был избалован вниманием женщин. На Дариллу он смотрел без интереса, взгляд его казался скучающим. В момент знакомства заинтересованность он проявил, только рассматривая грудь гостьи.
– А я слышал, что в Нордасе отсутствие манер у девушки воспринимается как отсутствие девственности.
Воцарилась напряжённая тишина. Вианиша с возмущением уставилась на брата. Тот же с ленивым интересом глядел на Дариллу, видимо, ожидая смущения. Но девушка рассмеялась.
– Боги, какая чушь!
– выдохнула она, заставив брови мужчины изумлённо изогнуться.
– Я, конечно, слышала многое про нордасское ханжество, но подобное впервые. Весьма забавно!
– Викан, не стоит пересказывать все странные слухи, что когда-то доходили до тебя, - укорил его вежливый кузен.
Ага, Викан. Значит вежливый - Леахаш. Дарилла почувствовала себя увереннее.
– Вы так говорите, словно типично нордасское воспитание вас не коснулось, - в глазах красавца-кузена появилось любопытство, и он ещё раз осмотрел фигуру Дариллы. Она еле сдержала желание прикрыть грудь руками.
–
– Неужели?
– глаза Викана прищурились, как у кота, и он медленно растянул губы в улыбке, которая явно была призвана похищать женские сердца.
Дарилла чуть вслух не застонала, когда сообразила, что всё же допустила двусмысленность. На помощь ей пришёл Леахаш.
– У вас прекрасное произношение. Видимо, вы получили замечательное образование, - заметил он.
– Моя матушка постаралась найти нам лучших учителей.
Разговор явно не клеился. Одна тема сменялась другой, и каждый раз беседа заходила в тупик. Вот как сейчас. В комнате в очередной раз повисло молчание. Вианиша расстроенно посматривала на Дариллу. Девушке было очень неловко за поведение кузенов перед гостьей, и она теперь опасалась, что Дарилла больше не захочется общаться с ней после такого знакомства.
– А как много языков ты знаешь?
– робко поинтересовалась оборотница.
Дарилла открыла было рот, чтобы ответить, но замерла. Брови её слегка приподнялись в удивлении, а губы зашевелились, словно она что-то считала.
– Помимо родного, я неплохо говорю на пяти языках, - девушка сделала паузу, размышляя, стоит ли продолжать дальше, и всё же продолжила: - И ещё на примерно семи я более-менее сносно могу изъясняться, но весьма просторечными выражениями.
Эти семь или более языков - Дарилла точно припомнить не смогла - девушка выучила уже в странствиях по необходимости. Но выражения действительно были очень просторечными. А если точнее, то в основном это были площадная брань и забористая ругань речников.
– Ого, - завистливо протянула Вианиша.
– Я тоже хочу путешествовать.
– И думать нечего!
– оборвал её мечтания Увашар.
Хоть Дарилле и было неприятно признавать, что она хоть в чём-то сходится во мнении с этим оборотнем, мысленно она его поддержала.
– Очень странно, что ваши родители отпустили вас, - заметил Викан.
– Может быть...
– он сделал многозначительную паузу и приподнял брови, - вы сбежали?
– Что вы, - Дарилла легко и неожиданно чарующе рассмеялась.
– Я пустилась в путь с полного одобрения моей матушки, - и, задорно прищурившись, вдруг призналась: - Правда, папенька уверен, что я прохожу обучение в монастыре.
– Женское коварство, - презрительно бросил Увашар.
– Вот так они и обманывают своих мужей!
– Некоторые мужья так не хотят нагружать себя проблемами, что с радостью обманываются, - парировала девушка.
И тут же поняла, что сказала что-то не то. Лицо Увашара застыло, став похожим на восковую маску. Его кузены нахмурились и отвели взгляды. Даже Вианиша как-то смутилась.
– Хотя, возможно, я излишне резка в своих суждениях, - медленно протянула Дарилла.
Леахаш бросил на неё благодарный взгляд. Увашар же стиснул губы и ничего не ответил. Даже равнодушный Викан как-то напрягся и попытался сменить тему разговора.