О, Мари!
Шрифт:
– Кажется, да, знаю такого.
– Ну вот, взяли его, он тут же в штаны и наложил. Это тебе не ворюги и бандиты. Фарцовщики ребята хрупкие, у них девиз: дал, взял, выгоду получил. Чего ему скрывать? Но пока держим в отделении, чтобы вдруг не предупредил Бифа. Не беги так резво, спокойно.
– Раф, у тебя оружие есть?
– Какое тебе дело?
– Дай, я проверю.
– Пошли, пошли. Быстрее надо заканчивать твою прогулку. Надеюсь, ты когда-нибудь оценишь мою дружбу. Представь: тепленькую Гаяне в два часа ночи оставил, тащусь с недобитым
– Конечно, оценю. Порекомендую тебя в ряды КПСС, великой, светлой и гуманной организации передового отряда советских людей – сразу станешь лучшим.
– Ну спасибо. Чего еще ожидать от прокурорского халявщика, все деньги на нижнее белье и духи спускает. Кстати, хороший анекдот на эту тему вспомнил…
– Перестань, Рафа, – мы вошли в подъезд и стали пешком подниматься по лестнице.
– Дав, надень галоши, чтобы шума не было. Вот сволочь, забрался на седьмой этаж. Говорить будешь ты, он мой голос хорошо знает. Представишься дежурным водопроводчиком из домоуправления.
– Знаю, знаю, скажу, что заливает соседа этажом ниже. Да, как договорились – веду я и никакого оружия.
– А ты что-нибудь взял с собой?
– Тупой кастет, без острых граней.
– В любом случае, надень перчатку. А то сделаешь рассечение, крови будет много, забрызгаемся.
– Да, я уже все предусмотрел.
– В голову не бей, а то может насовсем отрубиться. Коридоры узкие, стой левым боком, чтобы хорошо замахнуться. Помни, трус стреляет сразу, без предупреждения. То, что у него пушка есть, даже не сомневаюсь. Он и дверь может пойти открывать с пушкой… Первым же ударом гаси его. У меня ствол наготове, мало ли что может случиться, – шепотом инструктировал меня Рафа.
– Не учи попа молиться.
– Слушай, поп, самое неожиданное случается именно тогда, когда ничего не ждешь. Пошли, гаси свет в подъезде…
– Вот молодец, и кто сказал, что милиционеры тупые?..
Пару минут тихо постояли у двери. Все вокруг было спокойно. Конец февраля, темнеет рано, на улице сыро, холодно и неуютно, все нормальные люди давно спят. Я постучал в дверь – ни звука. Через полминуты – еще раз, более громко. Послышались приближающиеся шаги.
– Кто там, – услышал я недовольный голос Бифштекса, – чего надо?
– Открой, друг, это водопроводчик Карлен из домоуправления! Сильно течет на соседа, он нас позвал.
– Как течет? У нас все выключено.
– Может, скрытая течь? Извини, открой, проверю за минутку и уйду.
Послышались звуки открывающегося замка. Как только дверь чуть приотворилась, мы с Рафой вдвоем навалились на нее. Бифштекс отскочил, мы вошли в коридор. На всякий случай я без замаха ударил кастетом ему в грудь. В этот самый момент фарцовщик нагнулся, и удар пришелся ему по горлу. Бифштекс рухнул на пол и страшно захрипел от удушья.
– Давид, Рафа, я ожидал, что вы придете, не убивайте, все скажу, – еле выговорил он.
– Дав,
– Пей, тварь, твоя черная кровь нам не нужна. Верни ворованное.
– Давид, конечно, верну, куда денусь! Я просто ждал, когда Монстр мне их вернет…
– Надо же, я так и знал, что этот сукин сын какой-нибудь фокус выкинет! – сильным ударом ноги в грудь Рафа свалил сидящего на полу Бифштекса на спину, нагнулся и вытащил из кармана его халата пистолет. – Видишь? А говоришь, без оружия, безобидный фарцовщик… Минуту бы промедлили – и застрелил бы он нас без размышлений о ценностях гуманизма.
– Вставай, мразь, не прикидывайся мертвым! Ну что, Рафа, начни, пожалуй, с пальцев рук, он же не пианист какой-нибудь. Зачем ему пальцы? Деньги что ли, пересчитывать?
– Не надо, ребята, я все отдам, когда Монстр вернет! Еще пять тысяч баксов сверху, – Бифштекс с большим трудом выговаривал слова. Видно было, что ему на самом деле плохо.
– Что ты врешь, гнида, Монстр уже четыре месяца, как сидит в Риге, а ты деньги взял у Варужана от силы сорок дней назад. Зачем врешь? Ты же не дебил, понимаешь, что мы так легко тебя не отпустим.
– Було от имени Монстра приехал, сказал, что деньги нужны для освобождения, если не дам, зарежет!
– Откуда Було знал, что у тебя такая большая сумма? Это во-первых. Во-вторых, это же не твои деньги. И, наконец, я с тобой останусь, а Рафа поедет и привезет Було сюда. Понятно, что ты врешь. И я заставлю Було собственными руками утопить тебя в ванной. Полминуты на размышление!
– Дав, ты только посмотри, кто у нас в комнате! Бифа не оставляй одного, тащи тоже сюда.
– Було?
– Какой Було?! Приятное знакомство приготовил для нас, мерзавец. Глянь, какая молодуха! Беленькая, чистенькая, да еще и сисястая!
– Рафа, не дури, мы сюда не за этим приехали.
– Ты займись своими делами, а в мои не лезь. Я с девушкой поведу светский флирт, она, правда, пока онемела от радости, увидев такого джентльмена, как я.
– Биф, лучше отвечай. Ты же понимаешь, если Було приведем, у нас выхода не останется, как тебя выбросить с седьмого этажа. Шансов даже для такой живучей мрази, как ты, никаких. Или утопим в ванной, или тихонько через подушку пристрелим из твоего же пистолета. Форменное самоубийство. Но тогда придется пристрелить и девушку, и Було, а как-то не особо хочется. Не тяни, тварь, отвечай. Не пытайся падать в обморок, пой, птичка!
– Дав, ты же знаешь, как я тебя уважаю…
– Докажи, и я тебе отвечу взаимностью.
– У меня … у меня… шесть тысяч фунтов…
– И где они?
– Ты не найдешь… проводи меня в ванную, я не могу ходить, ноги подкашиваются.
– Дав, я слышал, что он говорит, сейчас подойду, – сияющий Рафа вернулся из спальни, в руках – несколько галстуков Бифштекса. – Смотри, какие шикарные галстуки, жаль, придется их использовать не по назначению.
Своими могучими руками он перевернул Бифштекса и крепко связал ему сзади руки.