О, Солон!
Шрифт:
В этот раз здравый смысл победил и решение о поголовной казни митиленцев было отменено.
Спустя три года после описанных событий военное счастье, наконец, улыбнулось афинянам. Спартанцы опять осаждали их город. В это время стратег Демосфен небольшими силами захватил с моря Пилос — на западном побережье Пелопоннесского полуострова. Этот маленький город был очень важен для Спарты, так как мог стать центром восстания порабощенного коренного населения — илотов. Спартанцы отошли от Афин и атаковали возведенные Демосфеном укрепления с суши. Одновременно спартанская флотилия подошла к городу с моря. Кроме того, спартанцы заняли лесистый островок Сфактерию, расположенный как раз напротив Пилоса.
Демосфен и его люди защищались отчаянно и сумели продержаться
Спарта предложила Афинам почетный мир. В пересказе Фукидида послы обратились к афинскому народу со следующими словами:
"… Лакедемоняне приглашают вас заключить перемирие и кончить войну. Они предлагают мир, союз и возобновление дружеских отношений и взаимных услуг. Взамен они требуют от вас свободы для своих граждан, находящихся на острове… Если вообще нашим городам когда-либо надо примириться, то сделать это следует именно теперь, пока не случится что-либо непоправимое, что сделает нас навсегда не только врагами вашего города, но и личными вашими врагами, вы же лишитесь тех преимуществ, которые мы предлагаем теперь. Пока исход войны еще неясен, вы можете одновременно приобрести себе славу и нашу дружбу, а мы, достигнув соглашения, можем без тяжких жертв избежать позора. Давайте же отныне сами жить в мире друг с другом и положим конец бедствиям остальных эллинов. А эллины именно вам поставят это в заслугу". (IV, 19, 20)
Были спартанцы искренни или их предложение следует рассматривать как уловку с целью выручить своих воинов? Трудно сказать. Я склонен думать, что они действительно хотели мира. Ведь они уже убедились в неуязвимости Афин, неуклонно следовавших оборонительной стратегии Перикла. В пользу такого заключения говорит и их медлительность с помощью Митиленам.
Но афинский демос, подстрекаемый Клеоном, отклонил мирные предложения спартанцев. Афиняне рассчитывали на то, что, захватив в плен запертых на острове воинов из знатных семей, они смогут продиктовать свои, более выгодные условия мира. Послы вернулись ни с чем. Блокада острова Сфактерии возобновилась, а спартанские корабли афиняне (придравшись к будто бы имевшим место нарушениям перемирия) не возвратили. Однако высадиться на остров им в течение почти двух месяцев не удавалось. Под покровом густого леса спартанцы могли маневрировать и действовать из засады. Продовольствие же на Сфактерию доставлялось скрытно от афинского флота — по ночам, на лодках.
Клеон бушевал в Народном собрании, обвиняя стратегов в слабости и малодушии. Его упреки неожиданно обернулись тем, что ему самому пришлось возглавить штурм острова. Вот как описывает Фукидид этот довольно нелепый поворот событий:
"Клеон указал на ненавистного ему Никия, сына Никерата, бывшего тогда стратегом. Упрекая Никия, Клеон говорил, что если бы стратеги были настоящими мужчинами, то, имея достаточно сил, легко покончили бы с осажденными на острове спартанцами, и что будь он сам стратегом, он быстро бы справился с ними". (IV, 27)
Тогда Никий предложил ему возглавить экспедицию. Клеон пошел на попятный, но…
"… чем более Клеон уклонялся от похода, отказываясь от своих собственных слов, с тем большим рвением (как это обычно для толпы) афиняне настаивали, чтобы Никий передал свои полномочия Клеону, и кричали, что именно он должен плыть к Пилосу. Наконец, не зная, как ему отказаться от своих слов, Клеон выразил согласие". (Там же)
Клеон заявил, что он в течение двадцати дней возьмет остров. Легкомыслие народовластия в этом эпизоде выказывает себя со всей очевидностью — Клеон до той поры ни разу не командовал войсками.
Однако Клеон Сфактерию взял! Ему сильно повезло: на острове возник пожар и при сильном ветре лес основательно
Тогда спартанцы последовали совету, который им дали митиленцы, и решили нанести удар по Афинской империи. В 422 г. их полководец Брасид быстрым маршем провел свои войска через всю Грецию и осадил город Амфиполь, расположенный на северном побережьи Эгейского моря. Близ этого города находились золотые россыпи, их утрата должна была весьма ощутимо сказаться на доходах афинян. Находившаяся поблизости афинская эскадра не смогла отстоять город, и его жители приняли сравнительно мягкие условия капитуляции, предложенные Брасидом. Командовавший эскадрой был отстранен от должности и изгнан из Греции. Для нас это обернулось большой удачей. Командующего звали Фукидид. После того, как его военная карьера рухнула, он решил посвятить себя написанию истории Пелопоннесской войны.
Между тем Клеон во главе афинского войска выступил на Север, чтобы сразиться с Брасидом и отвоевать обратно Амфиполь. В состоявшемся сражении спартанцы взяли верх, но и Брасид, и Клеон погибли. В Афинах и Спарте возобладали сторонники мира. В 421 г. был подписан так называемый "Никиев мир" сроком на 50 лет. Он с самого начала имел неустойчивый характер. Союзники Спарты — Коринф, Фивы и Аргос мир не подписали. Кроме того, спартанцы, вопреки условиям мирного договора, Амфиполь не вернули, а афиняне не вернули Пилос.
Пожалуй, единственным залогом сохранения мира (со стороны Афин) были пацифистские настроения уставших от войны крестьян Аттики. Они вернулись на свою разоренную землю и хотели, чтобы их, наконец, оставили в покое. Эти настроения ярко выражены в поставленной в том же 421 году комедии Аристофана "Мир".
Сюжет комедии: Виноградарь Тригей, откормив огромного навозного жука, поднимается на нем на Олимп, чтобы спросить Зевса, когда же кончится истребление Эллады в войне. Оказывается, что богов нет — они удалились на край вселенной. На Олимпе остались только Гермес, который "стережет барахлишко божье: горшочки, ложки, плошки, сковородочки", да Раздор. Последний низверг в пещеру и завалил камнями богиню мира — Ирину. Тригей созывает горожан и поселян Эллады, чтобы освободить богиню. Горожане тянут в разные стороны, Тригей их прогоняет, и крестьяне отваливают камни. Выходит Ирина, а с ней вместе Жатва и Ярмарка. Наступает мир. Жатву Тригей берет себе в жены, а Ярмарку препровождает в Совет пятисот. В финале — свадебное пиршество у Тригея. В начале комедии — диалог Тригея и Гермеса:
"Тригей — Но почему все божества уехали?Гермес — На эллинов озлившись. Поселили здесьОни раздор, чудовищного демона,И все ему на расточенье отдали,А сами удалились в выси горные,Чтобы не видеть ваших непрестанных сварИ жалоб ваших не слыхать назойливых.Тригей — Зачем же боги с нами поступили так?Гермес — За то, что вечно воевать хотели вы,Хоть боги устрояли мир. Удача чутьСклоняется к лаконянам, кричат они:"Уж всыплем мы афинянам, почешутся!"Когда ж победа снова за АфинамиИ просят мира посланцы лаконские,Тут вы орете снова: "Нас надуть хотят!Палладою клянемся мы! Не верьте им!Придут опять. Ведь Пилос — наш. Наплачутся!"Тригей — Все наши разговоры узнаю точь в точь.Гермес — И потому едва ль еще увидитеБогиню мира — Тишину".