Обещание горца
Шрифт:
– Езжайте ко двору. Мы защитим малыша от Уильяма и хозяев замка, – поклялся Боуэн. – Увези девушку отсюда. Ей будет полезно вырваться из-под пяты родителей хоть ненадолго.
Эрик подозревал, что Боуэн прав. Направляясь в спальню, он обдумывал, как лучше сказать жене о своих планах, чтобы заручиться ее согласием. Но когда вошел в комнату, увидел, что она клюет носом у камина. Тихо, чтобы не испугать Бетию, он подошел и легко дотронулся до ее плеча.
– Эрик, это ты? – Бетия широко зевнула, прикрыв рот рукой.
– Пойдем в постель, моя милая женушка, пока ты не свалилась
Бетия стянула сорочку и забралась в постель. Наблюдая, как Эрик снимает одежду и умывается, она решила, что ей пока не следует засыпать. Она скучала по нему и его ласкам. После встречи со смертью она нуждалась в его поддержке, ей хотелось, чтобы он заставил ее сердце биться быстрее, а кровь течь по венам жаркой волной, заставил ее осознать, что она действительно спасена.
Когда Эрик лег рядом и обнял ее, Бетия крепко прижалась к нему. Эрик запечатлел поцелуй на ее лбу и чуть отстранился. После стольких одиноких ночей Бетия ожидала более теплого приема. На мгновение она испугалась, что он растратил всю свою силу на женщин в Билахане, и на нее его уже не хватало. Потом напомнила себе, что клялась доверять ему. Шевельнув бедром, она коснулась его достояния и обнаружила твердое доказательство его желания.
«Так почему же он лежит как бревно?» – размышляла она. Поняв, что с нарастающим раздражением барабанит кончиками пальцев по его груди, Бетия усилием воли заставила себя остановиться. Она глубоко вдохнула и загнала поглубже терзавших ее демонов. По какой-то причине Эрик решил не давать воли своей страсти. Бетия вспомнила, что ей пришлось пережить, и чуть не рассмеялась. Эрик, наверное, просто решил, что ей нужна не страсть, а отдых и забота. Она начала обдумывать, как ей переубедить его.
Эрик стиснул зубы, не давая желанию вырваться наружу, когда Бетия нежно провела рукой по его животу. Желание было столь велико, что болела каждая клеточка тела. Его любимая была избита, похищена, она чудом избежала гибели. Она нуждалась в отдыхе, а не в свихнувшемся от вожделения дураке, овладевающем ею в попытке утолить голод, терзавший его в течение двух недель. «Самое время обсудить поездку ко двору», – решил он.
– Я решил, что представлю тебя ко двору через пару дней, – вдруг объявил он, сжимая в ладони ее руку, чтобы остановить ее движение к его бедру.
Бетия немедленно отвлеклась от попыток соблазнить мужа:
– Так скоро?
– Да. Макмилланы признали меня.
Она прильнула к нему и поцеловала в губы.
– Я так рада за тебя, Эрик.
Он подавил желание притянуть ее ближе и поцеловать всерьез.
– Хорошо, что они приняли меня. Я считаю себя Мюрреем. Меня любят в Донкойле, но часть моей души всегда страдала оттого, что кровные родичи отвернулись от меня. Когда я прибыл в Билахан и стражник спросил меня, действительно ли я Мюррей, а не Макмиллан, я понял, что зря не приехал туда раньше. Лэрду было достаточно посмотреть на меня. Он узнал во мне свою сестру. Он был введен в заблуждение Битонами, солгавшими ему, что я просто очередной любитель легкой наживы. Макмилланы даже не читали мои
– Если человек любил свою сестру, ему могло быть очень больно думать о такого рода делах.
– Он так и сказал. Его жена также добавила, что Битоны угрожали им разрывом отношений, если они примут меня.
– Умно.
– Битоны вряд ли когда-либо были умны. Теперь Макмилланы признали меня, они поверили моей истории и готовы помочь, когда я заявлю свои права на Дублин. Они отправили королю послание, где сообщают, что поддерживают меня. Я чувствую, что пора ехать ко двору и ковать железо, пока горячо.
Эрик решил до времени не говорить жене, что Макмилланы также предложили ему людей и оружие на случай, если придется отвоевывать Дублин силой. Бетия, кажется, согласилась с тем, что он имеет право на наследство отца и матери, но ее пугала предстоящая битва. Сейчас он расскажет ей только о переговорах. Эрик мог лишь надеяться, что к тому времени, как придет пора воевать, – а он был уверен, что она придет – Бетия поймет, что не жадность заставляет его браться за меч.
– Я училась придворному этикету, – пробормотала она. – Так что я, наверное, не буду там белой вороной. – В ответ на смех Эрика она слабо улыбнулась. – Не забудь, что я никогда не уезжала из Данби, только к сестре, и у меня не было случая попрактиковаться.
– Ты будешь великолепна. – Эрик глубоко вдохнул, приготовившись к новому спору, и продолжил: – Я думаю, нам следует оставить Джеймса здесь.
Бетия приподнялась на локтях и слегка нахмурилась.
– Ты считаешь, дорога может быть опасна?
– Нет, путешествие обещает быть вполне безопасным, да и Уильям все еще скрывается. Будет сложно присматривать за малышом среди толпы народа, может случиться конфуз. Здесь его будут охранять день и ночь, никто не подберется к нему незамеченным.
– Верно, – Бетия вздохнула. – Мне только не хочется надолго оставлять его на попечении родителей. Они, возможно, до сих пор горюют по Сорче, и им будет тяжело возиться с ее сыном. – Бетия увидела боковым зрением, как Эрик округлил глаза. – Они не будут обращать на него внимания, а это плохо отразится на Джеймсе. Он ласковый и общительный малыш, ему нужны любовь и внимание.
– Я уже обсуждал это с Боуэном и поговорю с Гризеллой. Боуэн и Уоллес поклялись позаботиться о парнишке и не допустить, чтобы он попал под влияние твоих родителей.
– Кажется, ты все предусмотрел.
– Я старался. Когда я почувствовал, что ты можешь не согласиться с моими словами, я начал думать об этом. Так как я не хотел ссоры, я предусмотрел все возражения и приготовился к ним.
– Ты начал рассуждать, как надменный лорд, разбивающий в пух и прах своего противника, – криво улыбнулась Бетия. – Особенно если учесть, что этот противник – женщина. Полагаю, ты научился этому за те годы, что был бродягой.
– На самом деле я научился этому, глядя, как мои братья обращаются со своими женами. Наблюдая со стороны их споры, я понял, почему это происходит. Я подумал, что ссор можно избежать, если только предугадывать желания и вопросы любимой. Женщина, у которой есть и ум, и сила духа, заслуживает этого.