Обещание горца
Шрифт:
Эрик рассмеялся, садясь рядом с ней, наливая себе вина и целуя ее надутые губки.
– Ты выглядишь ошеломленной, милая.
– Я совершенно растерялась. Не успела я войти и поздороваться, как меня увлекли в спальню с такой скоростью. – Бетия покачала головой. – Конечно, я оглушена. Я никогда нигде не была до того, как познакомилась с тобой.
– Да, все было проделано очень быстро. Даже я потрясен. Я отправил человека вперед – предупредить о нашем приезде, сказать, что мы продрогли после трех дней и ночей пути: Думаю, понимая, как мы, должно
– Жизель, беременная жена Найджела, – пробормотала Бетия и спросила: – Она родня Мэдди?
– Нет. Похожая внешность объясняется тем, что когда-то Найджел вообразил, что влюблен в Мэлди. Он уехал на целых семь лет, а когда вернулся – привез Жизель.
– О Боже!
– Вот именно. О Боже.
– Здесь очень мило. – Бетия скинула башмачки и поставила ноги на мягкую овечью шкуру, расстеленную перед камином.
– Я хочу, чтобы в Дублине было также.
Бетия оглядела гобелены, украшавшие стены, огромный камин и многочисленные коврики на полу. В комнате было тепло и уютно. Она повернулась к Эрику:
– Я знаю, что ты не нищий, но хватит ли у тебя денег?
– Нет, но только потому, что я рассчитываю потратить большую часть денег на крыши домов, плуги, зерно и другие нужды. Все остальное приложится.
– Да, конечно. Если бы отец не был таким скупым! Мое приданое могло бы облегчить твою задачу.
– Ты мне поможешь. Больше мне ничего не нужно.
– Ты уже рассказал родным нашу историю?
Эрик кивнул, встал и поднял Бетию на ноги.
– Здесь нет необходимости юлить и изворачиваться, как при дворе.
– Та история, что мы рассказали при дворе, показывала нас в более выгодном свете. Не так уж это было плохо.
– Тебе не нужно бояться, что тебе поставят в вину обстоятельства нашей свадьбы. Верь мне, когда я говорю, что история нашего знакомства вполне тривиальна по сравнению с прочими.
Бетия не была в этом уверена, но спорить не стала. Она держала Эрика за руку, когда он вел ее в большой зал, где, если обоняние ее не обманывало, был накрыт стол в честь их приезда. В животе забурчало, Бетия вспыхнула, хихикнула, и. Эрик рассмеялся вместе с ней.
Когда начался обед, первое время все были слишком поглощены трапезой, чтобы тратить время на разговоры. Настоящая беседа началась, только когда все поели и по кубкам было разлито горячее, сдобренное пряностями вино. Бетия сидела, потягивая вино и наслаждаясь сладким, запеченным в меду яблоком, пока Эрик рассказывал семье о своих приключениях.
Он лишь вкратце упомянул то, о чем часто писал им, после чего в подробностях изложил все, что касается Уильяма и Битона. Охота на Уильяма должна продолжаться. Бетии хотелось надеяться, что его скоро найдут. Но в этом деле было слишком много неудач и оплошностей, причем со стороны умных, способных и сообразительных людей. Девушка уже ни в чем не была уверена. Рассчитывать, что Уильяма поймают, означало признать, что она хочет видеть его мертвым. Но у нее не
Когда мужчины начали обсуждать предстоящую битву, Бетии расхотелось есть. Опять она слушала, как хорошие, не кровожадные и не алчные люди рассуждают о том, как будут сражаться за кусок земли. В их речах проскальзывало предвкушение битвы, оживление, вызванное возможностью подраться, когда правда на их стороне.
– Будь я на вашем месте, я бы не слушала, – сказала Мэлди, после того как Жизель тихо встала и ушла в спальню. – Я собираюсь оставить их одних.
– Это хороший совет, миледи. Я не понимаю таких вещей.
– Пожалуйста, зови меня Мэлди. Мы ведь теперь сестры.
– Спасибо, Мэлди. Ты понимаешь все, о чем они говорят?
Мэлди пожала худенькими плечами:
– Дублин должен быть освобожден от господства Битонов. Почему мужчины кажутся довольными оттого, что сэр Грэм Битон вынуждает их идти на него войной, – для меня такая же загадка. Это заложено в мужской природе. Они, наверное, удивляются, как я могу так радоваться хорошо проведенному обеду или новому снадобью, которое мне удастся приготовить. Думаю, мужчины и женщины созданы для того, чтобы смущать друг друга время от времени.
– Я не хочу, чтобы они воевали. Не хочу, чтобы люди погибали за кусок земли.
– Ничего не поделаешь, Бетия, это в природе вещей. Решив, что даже эта милая женщина не может понять ее чувства, Бетия сменила тему.
– Эрик сказал мне, что ты – целительница.
– Я делаю, что могу. Не хочу казаться тщеславной, но я накопила богатые знания и опыт.
– Это не тщеславие – знать, чего стоишь. Я сама только начала это понимать. Старая Хельда, целительница из Данби, немного учила меня, но я хотела бы учиться дальше. Я начинаю думать, что Дублин придется полностью восстанавливать и там пригодятся любые навыки.
– Я буду рада обучить тебя всему, что умею, прежде чем ты уедешь в новый дом.
Было уже поздно, когда Эрик отвел ее в спальню. Несмотря на беседу с Мэдди, Бетия не смогла полностью отвлечься от разговоров о войне. Наблюдая, как Эрик снимает одежду, она вдруг задумалась о том, как уязвимо его тело и что раны могут оказаться смертельными. Бетия одернула себя и забралась в постель. Когда Эрик скользнул под одеяло и прижал ее к себе, девушка хотела отстраниться, но тепло его тела и собственный отклик быстро расслабили ее.
– Похоже, у вас с Мэлди нашлось о чем поговорить, – сказал Эрик, поглаживая жену по спине и размышляя, почему она кажется печальной и отрешенной.
– Она будет учить меня целительству. Думаю, в Дублине это пригодится.
– А, Дублин! Бетия, я не хочу войны, – начал он.
– Помолчи, – поцеловала его Бетия, – с меня довольно разговоров о Дублине, сэре Грэме и вашем праве сражаться против него. Мы не спали в одной постели три долгие холодные ночи. У нас есть чем заняться, не правда ли?