Обход

Эфенди Энджи

Мара поднял руку, успокаивая толпу, но кирина мать продолжила движение, муж уже помогал ей забраться на сцену.

– Обход! – снова закричал Киря. – Я согласен на обход!

В голове мелькнуло, что надо сказать про Марфино, чем бы оно ни было, и про куклу, которую он спрятал, но он себя оборвал. Не было времени раздумывать, но почему-то открыть эту правду было бы сейчас неправильным.

– Ты понимаешь, что если ты будешь совершать Обход, но твой отец всё-таки виновен, ты погибнешь?

Мара смотрела прямо на Кирю.

– Отец невиновен! Что надо делать? – заорал он, даже не очень понимая смысла обращённого к нему вопроса.

– Совершить

Обход, связать свою кровь. Времени до первого августа. Иначе приговор вступит в силу.

Мара обернулась к отцу.

– Если ты виновен и солгал, то совершив Обход, твой сын погибнет. Надеюсь, эта мысль будет мучить тебя.

Чёрная тень стала чуть выше, Мара направилась в неё. Снова вспыхнул и погас прожектор. Отец и мать попытались соскочить со сцены, потом схватились за шеи, их тянули словно на верёвке. Свита Мары уходила в тень. И родители Кири вместе с ними.

Не зная, что делать, Киря обернулся, пытаясь понять, стоит ли бежать ему самому в тень-дверь или выйти из торгового центра. Но центр вокруг уже растаял. Киря стоял на парковке, залитой самым обычным, хотя и аномально жарким июньским солнцем.

Глава 4

Первое, что поразило Кирю, был шум. В том дворце, где он был и который притворялся торговым центром, тоже было шумно, но это был какой-то неправильный шум, более эпичный, имеющей нечто, похожее на эхо. А вокруг него теперь стоял самый обычный бытовой шум, который складывался из шума моторов, громкой болтовни и где-то, совсем на заднем фоне – звука природы, которая продолжала жить, невзирая на все усилия человека подчинить её себе. Перед Кирей открывался вид на стоянку машин, он поискал глазами, но их фольксвагена видно не было, должно быть, он остался в ином мире. На углу стоянки располагался киоск, где торговали кофе и пирожками, рядом разноцветный магазин, большие стилизованные петарды на крыше которого не оставляли сомнений в том, чем там торгуют. Киря сделал несколько шагов вперёд и обернулся. Да, это тоже был торговый центр, но совсем иной. Облицовочная плитка сделала его верхнюю часть изломанной, а наличие лампочек указывало, что вечерами здесь немало подсветки. Над входом также был телеэкран, но на нём шла иная реклама – магазина «Книжный лабиринт», «Пятёрочки».

Кире засигналили, он не заметил, что оказался на той дорожке, по которой выезжали автомобили, а также сворачивали другие, с трассы, чтобы завернуть за угол под вывеску «МакАвто». Словно проверяя сам себя, Киря зашёл в этот ТЦ, только для того, чтобы убедиться: странный дворец исчез.

Он машинально залез в рюкзак и сжал деревянную коробку, но не решился вытаскивать, не был уверен, что за ним никто не наблюдает, а вещь ему отдали тайно. Следовало использовать другой подарок – слово. Он снова обвёл глазами стоянку. Семья из четырёх человек, кажется, собиралась выезжать. Отец за рулём уже заводил мотор. Киря махнул рукой и подбежал к водительскому сиденью.

– Извините, пожалуйста, отсюда до Марфино далеко?

Водитель был в очках, высокий лоб с залысинами. Ему явно не нравилось, что подбежавший мальчишка хочет о чём-то попросить. Прежде, чем ответить, он издал полузаметный вздох.

– Минут двадцать. Тебе туда зачем?

На пару секунд Киря потерял нить разговора. Он ожидал вопроса «На какую тебе там улицу?». Трасса, они были где-то около Икши, это минут сорок от Москвы. Что-то всё равно было неправильным.

– Меня там папа ждёт, – выдал он заготовленную ложь и помахал в воздухе телефоном

как бы в подтверждение.

– Ну, это на автобус тебе надо, там дальше остановка. Тебе ведь в усадьбу Марфино, так? – вмешалась в разговор женщина.

– Да, – Киря тупо кивнул. Застывший мозг медленно снова начинал работу. Не район Москвы Марфино, а какое-то топографическое название, конкретная усадьба, вот, куда его позвали.

Мужчина и женщина на передних сиденьях тихо переговаривались, Киря посмотрел вглубь машины, где на задних сиденьях располагались мальчик и девочка лет десяти. Они сами с интересом рассматривала Кирю, из-за чего тот ощутил какую-то неловкость и сильнее вцепился в лямку рюкзака. Девочка ела мороженное в вафельном конусе и одна белая капля уже ползла по рожку, рискуя упасть и запачкать её синие шорты.

– А отец тебя встретить не может? – снова обратился к нему водитель.

– Не-а, сейчас позвонил, сказал, что машина сломалась. Чтобы я сам доехал, только не садился бы в машину, к кому попало. Я заплачу.

– Ладно, садись, – водитель кивнул головой в сторону заднего сиденья, – небольшой крюк сделаем. Деньги платить не надо.

Мальчишка на заднем сиденье сдвинулся ближе к сестре. Детских сидений в машине не было. Киря нырнул на сиденье, устроился на краешке, вжавшись в дверцу и успев пробормотать «спасибо».

Так как он был вжат в левое сиденье, то мог смотреть над плечом водителя, глядя, как тот разворачивает машину на одной из развязок, видимо, семье действительно пришлось сделать крюк, чтобы помочь незнакомому мальчишке.

– Тебя как зовут? – раздалось с переднего сиденья.

– Кирилл. Кирилл Овсянников.

Бонд. Джеймс Бонд.

– Тебе хоть двенадцать есть?

– У меня просто рост небольшой, мне четырнадцать. У меня даже паспорт с собой.

Он даже успел залезть в рюкзак, вдруг при этом осознав, что все остальные его вещи остались в машине, машина в ином мире.

– Тебя часто так отец бросает?

– Вроде нет. Он сегодня вообще меня с собой впервые взял.

– А вы там отдыхаете в Марфино?

– Нет, отец там встречается с кем-то по работе, меня оставил в торговом центре подождать. А теперь позвонил, сказал, что машина сломалась, мне к нему приехать надо, – ложь давалась ему на редкость легко.

– Сам он не захотел такси взять и тебя забрать?

Киря пожал плечами.

– Нет, не захотел.

Лица мужчины за рулём он не видел, его жена не обернулась к Кире, он видел только профиль, и даже так на её лице читалось недовольство.

Отец забрал бы меня, если бы случилась такая ситуация, или велел бы разбираться самому?

У тебя паршивые отношения с родителями.

Машина минут пять петляла по тому, что сам Киря назвал бы улицами городка или посёлка, наконец, остановилась около больших распахнутых ворот, преграждённых шлагбаумом.

– Приехали.

Киря снова пробормотал слова благодарности, потянулся в карман джинсов, чтобы отдать деньги (у него была только одна пятисотка), но ему было достаточно взгляда на лицо мужчины, чтобы большим пальцем просто пихнуть купюру глубже в карман. Девочка уже доела мороженное, а её шорты украшало несколько пятен. Её брат сразу занял освободившееся место, когда Киря вышел. Мужчина развернул машину, слегка взвизгнув шинами по асфальту, машина уехала, Киря неуверенно поднял руку вслед автомобилю. Внезапно на него навалилось сознание того, что он один, что ему надо решать свои проблемы самостоятельно.