Обходной путь героя

Иванов Сергей Григорьевич

– Ведь ваш Творец не пробавляется такими фокусами?

– Это потому, что ему не нужно утверждаться. А вот фальшивка всяко тщится выдать себя за подлинник, ибо от сего зависит ее выживание.

Затылком ощутив пристальный взгляд, Светлан повернул голову и слегка кивнул д'Адуи, приглашая примкнуть. Истомленные монахи уже дрыхли, разлегшись прямо на палубе, – то ли компенсировали прежний недосып, то ли набирали впрок. А вот приору, похоже, заснуть не давали мысли. Причем думать приходилось

за всю команду – его рубаки явно не привыкли себя утруждать.

– Кажется, вы не жалуете мебель, – сказал меченосец, неловко присев напротив Светлана. – Это привычка или традиции?

– Осторожность, – ответил тот. – Когда весишь несколько центнеров, с гарантией тебя выдержит разве трон. Кстати, вам не приходило в голову, что прежде людьми правили гиганты?

– А ныне их сменили карлики, – сонно пробормотала Мишка. – Намекаешь, что уже созрел для престола?

– Еще не хватало!.. Но у нас бытует байка про сошедших с небес исполинов, кои научили людей всему. Представляете, какие им требовались стулья?

– Тебя опять повело в сторону, – заметила Лора. – Мало нынешних проблем?

– Так потому и уводит, что перебор. Прямо косяком идут, одна за другой.

– Тогда уж колонной, – буркнула ведьма.

– Вот за что люблю Анну, – объявил Светлан, – она меня не шпыняет.

– Ну наконец – выяснили, кого любишь! – хмыкнула силачка.

– В краску ее не вгони, – прибавила Мишка, открывая второй глаз. – А то как бы не воспламенилась при такой коже.

– Может, заснешь все-таки? – спросил богатырь. – Ни ночью, ни днем от тебя не отдохнуть.

Белянка улыбнулась, вовсе не собираясь краснеть, – уж собой владеть она научилась, поварившись в придворном котле. А приор слушал их пикировку, удивленно вскинув бровь. Для него такой стиль общения явно был внове.

– Ладно, теперь по делу, – сказал Светлан, принимая серьезный вид. – Этот туман, кто б его ни затеял, сейчас и нам на руку, поскольку позволяет избежать сторонних глаз.

– И чужих ушей, – буркнула ведьма, покосившись на монаха. – Ты уверен, что этот дядя не стукачок?

– Худо-бедно, но я чувствую его, – ответил богатырь. – Не говорю, что перевербовал, – и близко нет. Даже не вижу пока, за что уцепиться.

– Я бы сказала…

– Лучше воздержись, – посоветовал он. – Проблема в том, что Анри на отшибе, – ему все до лампады. С одной стороны, это хорошо, ибо Господь тут не судья и не хозяин – стало быть, не прикажет. Но вот с другой… Возможно, и у душ бывают раны, несовместимые с жизнью, – то есть после таких уже не вернуться к Богу. Хотя даже у д'Адуи бывают высокие порывы – вспомнить хотя бы эпизод с дочерью купца.

– Если он не сочинил.

– Вранье я бы ощутил… Да? – Светлан посмотрел на Лору.

Она

кивнула.

– Правда, это могло быть последним всплеском. А за год человек способен окончательно скурвиться.

– В нелюдь?

– Ну, что-то вроде. Найти бы ту девицу – возможно, она смогла бы излечить. Если еще осталось от чего плясать…

– Надо ли усложнять? – дернула плечиком ведьма. – В сказках ценят определенность. Если уж злодей, так… А ты в самой черной душе пытаешься углядеть проблеск.

– Мало тебе Людвига? – спросил он. – Не говоря уже о Пропащих. Мы сейчас на краю бездны – поневоле станешь разборчивым. К тому ж, богатырь и не вправе гвоздить подряд. Хочешь не хочешь, а приходится вникать в каждого – сила обязывает. Иначе останешься без нее… Кстати, о стукачах. – Светлан перевел взгляд на приора. – Могу обрадовать: один из твоих приставлен следить за тобой – причем, как понимаешь, не магистром.

После недолгой паузы тот спросил:

– Кто-то из тех, кого вы отправили в Эльдинг?

– Вовсе нет. Сейчас он бдит на юте. Это я к тому, чтоб ты меньше болтал, где не надо.

Надо отдать д'Адуи должное: в лице он не изменился и на свою команду не стал оглядываться. Прямо готовый разведчик.

– В любом стаде найдется паршивая овца, – сказал богатырь ему в утешение. – Уж такая это система – стадная. Ваш-то – не из худших, стучит по обязанности. То есть на запросы отвечает, но сам не старается. Может, оттого и выжил сегодня, что Господь спас. Везет ведь не только сильным.

– Пожалуй, я догадываюсь, о ком речь, – произнес д'Адуи, понижая голос. – Но почему вы не изгнали его?

– А что он может настучать Господу? – пожал плечами богатырь. – Разве соглядатай знает, куда мы направляемся, с какой целью? Даже где находимся, он понятия не имеет. Зато благодаря ему нам в точности известно, в какой стороне его хозяин, – идем будто по пеленгу.

– Хорошо быть батыром, – позавидовала Мишка. – Глаз как алмаз – любого проницает до нутра. И ежели внутри гниль…

– Теперь стало проще, – согласился Светлан. – Но и прежде я промахивался редко – просто нужно знать, на что обращать внимание.

– К примеру?

– Ну, скажем, меня настораживают типы, способные часами слушать одну мелодию или по многу раз глазеть на одно действо. Был у нас такой… отец народов… до сорока раз доводил! А в перерывах меж просмотрами уморил людей больше, чем живет во всех здешних королевствах. К счастью, не всякой бодливой корове достаются рога.

– Монсеньор, а вы не считаете, что аббат Дори может оказаться еще опаснее Зодиара? – спросил приор. – Если ваши предположения верны и аббата в самом деле поддерживает Бо… э-э… Господь…