Обходной путь героя
Шрифт:
Безошибочно нацелив взгляд на Светлана, парламентер слегка поклонился и произнес:
– Меня послали говорить с тобой, чужеземец.
Вежливо, но без всякого пиетета. И звучит впрямь бесстрашно.
– А каких ты чинов, позволь узнать? – справился богатырь.
Дескать, еще неизвестно, захочу ли с тобой объясняться.
– Я лишь рупор Избранника Господа, – объявил гость.
Впрочем, и «рупор» мог быть с прописной буквы – просто на это слово монах напирал меньше. Сокращенно, выходит, РИГ. Что ж, вполне сойдет за кликуху. Раз не соизволил назваться.
–
– Благодарю, – сухо отказался РИГ. – Меня согревает вера.
– Надо же, – подивился богатырь. – Полезная, оказывается, штука. А вот я больше полагаюсь на камин.
– Наш магистр предлагает встречу, – сообщил монах без лишней дипломатии. – Место и условия назначай сам – Избранник заранее согласен.
– С чего вдруг? – поинтересовался Светлан. – Он настолько мне доверяет?
– Ему было послание от Господа нашего.
– И что ж тот напел аббату?
– Что ты не станешь вредить Избраннику, – невозмутимо ответил парламентер. – Что ты опасен лишь в бою и сражаешься без подлости.
– М-да? Во всяком случае, ваш бог не глуп. В кого только он такой умник?
Секунду подумав, богатырь сказал:
– В городе я не смогу гарантировать Дори безопасность. Черт знает, кому здесь и что взбредет.
– Господь не позволит причинить вред Избраннику.
– Этого тоже опасаюсь: как бы ваш бог не превысил необходимую оборону. Ладно, – решил он. – Я сам к вам приду. На ваше доверие отвечу своим.
– Мы тоже воюем без уловок, – сухо заверил посланник. – Господь возбраняет коварство – даже против врагов.
– Как вам просто, – позавидовал Светлан. – Всё за вас решают. А шаг в сторону, стало быть… Что ж, передай Дори, что я скоро буду.
– Мы скоро будем, – вдруг подала голос Инесса, строго посмотрев на меченосца. – Ты ведь знаешь меня.
Дважды поклонившись – сперва святой, затем богатырю – парламентер повернулся к выходу.
– Да, и прихвати вашего соглядатая, – вспомнил Светлан. – Нам от него только лишние хлопоты. А кадры – самое ценное, что у вас есть.
– Все мы – лишь песчинки в мировой пустыне, – пожал плечами РИГ. – А наши жизни в руках Господа. Но если ты того желаешь…
Он сделал знак связанному монаху и, не оглядываясь, направился к лестнице. Пленник вопросительно поглядел на богатыря – кажись, беднягу вполне устраивал его нынешний статус.
– Давай-давай, – подстегнул Светлан. – Go! Если уж выбрал сторону, нечего метаться. И отлежаться на нейтральной полосе не выйдет.
– Я бы тоже хотел присутствовать на встрече, – произнес д'Адуи, как только парламентер и соглядатай убрались. – Обещаю помалкивать.
– И я пойду с тобой, – сейчас же вскинулась Мишка. – Такое знаменательное событие! Я не могу пропустить.
Светлан поглядел на Лору, но та лишь усмехнулась краем рта.
– Может, и всю армию заодно прихватить? – проворчал он. – Предполагалось, что мы будем говорить тет-а-тет.
– Конечно, тет-а-тет, – подтвердила ведьма. – Но при публике. Как шахматисты.
Вздохнув,
– Ты пока займись обороной, – попросил он Лору. – Говорят: хочешь мира… Тут ведь сплошные любители, а на одном энтузиазме не уедешь далеко.
– Ты вправду рассчитываешь на мир? – поинтересовалась она.
– А за каким бесом, по-твоему, я попрусь к магистру? Да еще в такой милой компании.
– Из любопытства, – ответила дева.
– Ну и это тоже, – признал Светлан. – Но тогда я не стал бы брать с собой женщин и… э-э…
– Вот только скажи про детей! – пригрозила Мишка.
– …тинэйджеров. Тебе ведь еще не исполнилось двадцать?
Ведьма ухмыльнулась.
– Ты что-то разглядел в парне, верно? – снова спросила Лора.
– Ну, вообще-то… да, – подтвердил он. – Похоже, в наши построения придется вносить коррективы. То есть это виртуал, безусловно… но какой-то странный. У него четкие принципы, увязанные в цельную систему. И они настолько близки к воззрениям среднего нордийца, что эта лавина увлечет многих… хотя данный бог не порождение масс – явно. Он слишком… э-э… законченный, непротиворечивый. Продукт коллективного творчества таким просто не бывает, там обычно такой клубок!.. А здесь – ну прямо шедевр. Даже не знаю, возникало ли такое прежде. Может, и было – если вспомнить истоки некоторых мировых религий… чьи воды, увы, быстро замутились. И устроено-то как – залюбуешься. Наверху как бы аккумулируется мудрость, а затем сливается на головы верующих, озаряя светом божьей истины. Еще одна попытка выстроить государство на принципах утопии.
Помолчав, богатырь прибавил:
– Он не так плох, этот бог, а своим поднадзорным, видимо, не желает зла. Он даже готов вести их по проверенной тропе, обозначив ее флажками и оберегая от превратностей пути. Но… я его не люблю. А больше всего мне не нравится, что свои замечательные принципы новый Господь станет утверждать с помощью клинков… пусть и без коварства. Отсюда меченосцы начнут строить новую державу, захватывая провинцию за провинцией, – как когда-то распространялось мусульманство. Добро с кулаками – это мы уже проходили. А уж куда оно приводит…
– Выходит, их нужно остановить, – заключила силачка.
– Придержать – скажем так, – поправил Светлан. – Очень уж они резво рванули. За неимением морали сгодятся и принципы – только не надо их навязывать силой.
– Слишком ты мягок, – проворчала она. – И слишком спешишь верить. Тебя не переделать, верно?
Встречу с новым магистром, конечно, не стали откладывать. Выйдя из крепостных ворот, богатырь и его маленькая свита зашагали по дороге, мощенной гранитным булыжником, к лагерю меченосцев, видневшемуся в отдалении. На угрюмых всадников, мокнущих по обеим сторонам тракта, ходоки не обращали внимания, да и те будто не замечали странную компанию, выказывая удивительную дисциплину. По крайней мере у здешнего Господа хватало силы на ее поддержание. Кстати, чем дальше в рай, тем больше неразберихи: оказывается, Господь-то – не один. Пронумеровать их, что ли?