Обитель Варн
Шрифт:
задание? На этот раз горы, судя по альпинистскому снаряжению. Если ты думаешь,
что я куда-то пойду, то глубоко ошибаешься. Больше ни одного задания. Ни единого.
Все, капитан, агент Лиса службу лично Игнату Гнездевскому закончила.
— Куда ты денешься? — отмахнулся Игнат, продолжая осматривать оружие,
перебирать приготовленное.
— Хочешь узнать? — села в кресло девушка.
— Так, благочестивая мадонна, отставить сентенции.
карту следования и задание!
— Ага, сейчас, ботинки только поглажу и каску отполирую, — усмехнулась Алиса и
потянулась к вазе на столе за фруктами: пора завтракать.
— Ты меня достала, Сталеску, — качнул головой Гнездевский, откинул рожок для
короткоствольного автомата и сложил руки на коленях. — Я тебя под трибунал
отдам.
— За что? За то, что я не желаю множить трупы на твое благо, бравый капитан?
–
бросила презрительно. — Хватит меня трибуналом страшить. Смени флешку — заело.
— Ночью пришел приказ от полковника Горловского: найти и ликвидировать графа
Рицу. А ты его упустила, дура!
— Оскорбил, да? — хохотнула девушка, поедая виноград. — Дезу о приказе
Горловского на ходу выдумал или всю ночь мучил зачатки мозга?
Игнат без лишних слов вытащил из внутреннего кармана куртки синий конверт и
выставил его на обозрение Лисе так, чтоб было видно личную печать и роспись
полковника. Девушка посмотрела на него, глянула на вазу и отодвинула ее на место:
есть больше не хотелось. Как и выполнять приказ. Но одно противиться капитану,
другое полковнику. Служить Гнездевскому она не нанималась, а вот от службы
Родине ее не освобождали.
— Что вам этот граф? — качнула головой Лесс, решительно не понимая, за что
нужно лишать жизни неглупого, неплохого, и, в общем-то, приятного во всех
отношениях человека?
— Второй раз повторить?
— Да, не вампир он, Игнат, не вампир! Кому в голову столь бредовая идея пришла?
Обычный аристократ, немного избалованный, изнеженный, но абсолютно вменяемый и
лояльный к власти.
— Влюбилась, кошка? — прищурился мужчина.
— Других версий нет? — скривилась Лиса.
— Нет. По глазам вижу — упырь произвел на тебя неизгладимое впечатление. Чем же
он вас, баб, берет, не поведаешь? Рожей, манерами….
— Вот последнее. В точку. Манеры у него не чета твоим.
— Все?
— Кому как, мне и этого довольно.
— Ну, извини, милочка,
благородных детей, голубого колера в крови было недостаточно. Хватит болтать.
Слушай меня и запоминай. Рицу выписался из номера на рассвете. В городе его нет.
Но ни одним транспортом он не воспользовался. Отсюда вывод — ушел в горы. Иначе
ему не выскользнуть, все перекрыто наглухо. Спугнула его?
— Хотела в постель затащить, да он не дался. Девственник, наверное, —
покаялась с ехидством.
Игнат поморщился: резвишься? Давай, перед смертью положено радости вкусить.
— Еще что-нибудь скажешь или разрешишь продолжить?
Девушка милостиво кивнула.
— Спасибо, государыня-матушка.
— Без сарказма, капитан. Не вспугивала я его. Прощупала на предмет…
вампиризма. Бред, доложу, полный. Обычный мужчина. Правда, рангом значительно
выше среднестатистического провинциального мачо. Ни тебе сигареты в зубах, пива
в руке и сальных шуток на закате. Эстет, кстати. Любит классическую музыку.
Поклонник живописи и ценитель красоты…
— Женской?
— А у тебя комплекс рогоносца, капитан. Давно психологам показывался?
— Через тридцать минут тебе выступать в горы. Им расскажешь все достоинства
ублюдка и расспросишь о моем психическом здоровье. Короче: ты должна его найти и
уничтожить любыми средствами. И не забывай, он вампир…
— Да, да, — закивала девушка, не скрывая насмешки.
— Сколько ты будешь охотиться за Рицу, мне без разницы, но пока не принесешь
его голову полковнику, не возвращайся.
— Ничего, если к пенсии явлюсь?
— Пожалуйста. Но если на рассвете пятого дня ты не появишься в заброшенном доме
на хребте, буду считать тебя дезертиром и отменю эвакуацию. Выбирайся, как
знаешь.
`Весело', - прищурилась Лесс.
— Есть еще вариант. Ты упускаешь его второй раз, без разницы, с умыслом или без,
и встаешь к стенке. Ночью, милая, вместо того, чтоб предаваться плотским утехам
с тем же милым графом или спать, как нормальный солдат, ты светилась в секретных
секторах и копала под меня. По всему видать, накопала. На себя. Думаешь, я под
трибунал один пойду? Не-е-ет. Вместе, лапочка. Двадцать два трупа на тебе,
несанкционированные начальством. Мою причастность к ним тебе доказать будет
сложно, а вот мне твою — легко. Все, от первой леди, матери двух детей, до