Обломок империи
Шрифт:
— У тебя были большие неприятности. Хочешь рассказать?
Она вздохнула, закинула ногу на ногу и стала задумчиво глядеть в чашку со своим чоклетом.
— Нечего рассказывать.
Но он знал, что это не так. Однако молчал, не сбивая ее с настроения. Поначалу медленно, с запинками, но потом все больше и больше загораясь, она поведала ему свою историю. Синклер сидел напротив, слушал, то и дело кивая и порой перебивая ее вопросами.
Закончила она словами:
— Сны не отпускают, Синклер. Стоит мне закрыть глаза, как я тут же начинаю чувствовать дыхание Микки, его лапающие руки… — Пауза.. — Я убила его, понимаете? Я била его тем металлическим стержнем до тех пор, пока
В течение двух дней я даже не имела возможности смыть с себя его кровь! Воды не было… Кровь засохла у меня под ногтями, и я никак не могла привести руки в порядок…
Она пристально оглядела свои руки.
— Даже после того, как меня вымыли в больнице, я через каждые пять минут бегала в душевую… Его кровь все еще не смыта до конца. Она здесь, у меня на руках. Просто ее уже не видно.
— Ты никому не могла рассказать об этом? Как насчет Вета?
Она раздраженно отмахнулась.
— Когда пробудешь там, на холоде… Многое меняется. Разве можно что-нибудь сравнить с ощущением загнанной дичи, до предела испуганного человека? И тогда начинаешь понимать: то, что раньше казалось тебе самым важным, оказывается, ничего не стоит. Если бы я рассказала Вету о том, что убила мужчину, который пытался изнасиловать меня, он бы просто посмотрел на меня круглыми глазами. Он не смог бы понять.., мою душу.
Подумав, Синклер наконец кивнул и потер рукой затекшую шею.
— Да, могу себе представить. Вот ты говоришь, что на тебе остались его кровавые пятна… На мне тоже есть пятна. Мои кошмары не слаще твоих. В этом одно из объяснений моей ночной прогулки под дождем.
Ее лицо медленно расплывалось в улыбке.
— Эй, хотелось бы мне пойти на военную службу! Вот было бы здорово!
— Хочешь быть сержантом?
— Только не надо шутить.
— Я не шучу. Можно попробовать. Сначала испытательный срок, как у всех, чтобы проверить, годитесь ли вы, леди, на эту должность. Но я уверен, что тебя не забракуют. Если серьезно, я могу назначить любого человека на любую должность, какую мне захочется. Это, пожалуй, одна из приятных сторон жизни командира. Ну, а теперь давай поговорим подробнее о твоей программе. Итак, ты утверждаешь, что Балинт и Таня не являются моими родителями. Что все это значит?
Она перестала улыбаться, выпрямилась на кресле и серьезно взглянула на Синка.
— Какие у вас познания в генетике?
— Достаточные. Кажется, я тебе уже об этом говорил.
— Значит, вы слышали, что при наличии необходимого опыта можно без труда выделить специфические генетические группы при внимательном наблюдении за рядами ДНК?.. Главное: четко представить себе, что ты ищешь. Это поможет уловить крохотные дискретные различия. Компьютер способен составить фактический молекулярный каталог, но образы, появляющиеся на мониторе, похожи на фенотип. Определять процентность я, разумеется, сейчас не буду. С самого начала лишь немногие группы крови соответствуют друг другу… Это если брать статистически случайный ассортимент. Но главные группы полностью исключают Таню и некоторые подгруппы забраковывают Балинта. Я пошла дальше, и меня ждали новые выводы. Наконец, я занялась ДНК. Балинт происходит с Тарги. Таня с Этарии. Ваша ДНК, однако же, указывает на то, что ваша мать происходит с Эштана. Это факт, подтвержденный митохондрической ДНК, которую можно унаследовать только от матери. Не надо на меня так смотреть. Мы можем вернуться в лабораторию, и вы сами прочитаете все файлы.
— А другой родитель? Насколько я понимаю, с ним как раз и связаны ваши сомнения о моем земном происхождении,
— Она прикусила губу и опустила глаза.
— Синклер, что вы помните о детстве?
— Немного. Смутные картинки… Места… Огромные люди. Но так бывает с каждым ребенком. Все кажутся большими, когда твой рост равняет тебя с коленными чашечками. Ну я помню еще свою игрушку… Помню, как чего-то сильно испугался…
— Никого из особенных людей не припоминаете?
Синклер покачал головой.
— Вообще, ни одного лица. А что?
Анатолия стала выписывать руками нервные круги.
— Дело в том, что у нас в каталоге собраны все основные ряды земных ДНК. Я уверена в том, что ваша мать с Эштана. Что касается отца… Его ДНК не содержится в нашем каталоге. Это потрясло меня. Это подтолкнуло меня на дополнительные занятия и опыты. Я узнала из области генетики столько, сколько никогда не планировала. Я разработала специальные программы смешивания сегментов с шаблонными нормами. Это нужно было для того, чтобы выяснить, в чем я имею дело: со статистической аномалией или с чем-нибудь другим. Я обнаружила редкую черту, которая может сочетаться с ДНК Миклены, Тарги или Риги. Или с ДНК других мест в свободном космосе. Но ДНК вашего отца…
— Так что же все-таки ты нашла? Откуда я появился? Из сборочного цеха?
Она невозмутимо покачала головой.
— Если бы, Синклер, все было так просто. Генетический образец, унаследованный вами от отца, принадлежит такому далекому месту, что не подлежит объяснению посредством стандартных эволюционных механизмов. Я перепробовала все возможное. И эффект оседания, и генетическую пассивность, и рекомбинацию, и точечную мутацию, и репликативную погрешность. Словом, все. Даже если перед тобой возникнет какая-нибудь совершенно дикая комбинация, всегда можно отследить ее назад на пару поколений и в результате совместить с тем или иным известным нам пунктом каталога… Синклер, вы обращали внимание на свои глаза когда-нибудь? Такое впечатление, будто ваш отец.., был искусственно составлен ген за геном для того, чтобы отличаться от людей.
Осознание ледяным порывом ветра прокатилось по его душе.
— Проклятие!
— Что, Синклер?
— Этого не может быть!
— Что не может быть?
Он отчаянно закачал головой.
— Может, мы поговорим о чем-нибудь другом?
— Нет. О чем вы? Если вы знаете что-нибудь, что могло бы объяснить мои данные, я хочу тоже знать.
— Ты слишком любопытна!
— Я упорна! Да и времени совсем не остается. В один из ближайших дней профессор Адам вызовет на свой монитор мою программу и мне придется объяснять ему, что человек, стоящий во главе имперской властной пирамиды, имеет генетическую структуру, которая не подлежит классификации по всем известным земным меркам! Поэтому я так осторожна в обращении с этим ключом. — Она со значительным видом похлопала себя по нагрудному карману. — Кроме того, Вет, Грин и остальные умирают от любопытства: что же находится в файле за номером семь тысяч триста пятьдесят пять? А там вы, Синклер! Вы!
— Ну, хорошо! — Он покорно поднял руки. — Какая проблема? Я конфискую твой файл, и на этом все закончится. Даже профессор Адам не сможет возразить мне.
Она смерила его тяжелым взглядом.
— Возможно, для вас это выход и конец дела. Для меня это только начало. Я готова пойти на все сейчас, лишь бы узнать: кто вы и что вы? В прошлый раз вы говорили, что стали третьим на межпланетных экзаменах. Вы покинули Ригу рядовым, а вернулись командиром. Ни больше ни меньше! Первым человеком в империи. — Ее голос упал. Она покачала головой. Потом подняла на него пронзительный взгляд и горячо воскликнула: