Шрифт:
– Марина Геннадьевна, Вы очень интересная женщина. Можно, я Вам стихи писать буду? – и дальше безвкусица голимая: про хрупкую и ранимую, на плечах которой весь мир держится.
Совершенно ответственно заявляю – держать никого не намерена!
Ольга прыснула со смеху, пряча аккуратный, немного вздернутый носик в белую салфетку. Из хитро сощуренных синих глаз потекли слезы. Почти минуту она беззвучно сотрясалась всем своим роскошным
– Марина, это любовь! – истерично смеющаяся женщина едва нашла в себе силы произнести пару слов и снова заржала, как молодая кобылка, теперь уже во весь голос.
– Чего ржете? – заглянула к нам любопытная Наталья Степановна, пожилая медсестра из соседнего кабинета, ощупывая приемную цепким взглядом, – Пьете что ль? – она принюхалась.
– Ой, иди уже! – невежливо выставила ту моя бойкая на язык Ольга Васильевна, бережно утираясь, – Тебя спросить забыли. Иди работай. Марина Геннадьевна на работе не употребляет!
– Прям уж. Употребляю я все, – ершисто отозвалась я, когда голова вражеского лазутчика скрылась из вида, и невольно улыбнулась, – Не, ну кто это? Как думаешь? – я внимательно вгляделась в неразборчивое фото, явно содранное из интернета, с надписью «Ванюшка Прижимистый» возле.
– Ясное дело – пациент, – пожала плечами верная помощница, показывая жестом, что тоже хочет посмотреть, – Дай гляну, – я протянула ей свой телефон, – При-, при-, фу ты, черт.
– Прижимистый. Да там все равно не видно ничего. Но судя потому, что из Одноклассников, пацан очень взрослый, «сорокет» – не меньше. А то и все «писят», – я разочарованно вздохнула.
– А меня вот нет ни в каких Одноклассниках, я время свое берегу.
– Просто ты, Ольга Васильевна, прошлого пережиток. А там, в Одноклассниках, вон как интересно.
– Мне и так интересно.
– Ну, хорошо, – я поспешила перевести разговор ближе к теме, опасаясь зацепить эмоциональную и обидчивую Ольгу за живое, – Как думаешь, кто? Ширяев приятный парнишка, но молодой слишком. Тот, скорее из ВК.
– ВК? Врачебная комиссия что ли? – наморщила лоб сбитая с толку Ольга Васильевна, женщина симпатичная и умная, но со Всемирной компьютерной сетью никаких, так сказать, сношений, прости господи, не поддерживающая.
– В Контакте, – попыталась объясниться я, стараясь не хихикать. Все-таки медсестра моя мне в матери вполне сгодится, не обязана с ВК дружить, так что субординацию соблюдать просто необходимо.
– Контактный?
– Не, не надо, Ольга Васильевна, – согласилась я покладисто, решив пощадить нежные Ольгины уши и лишней информацией ее не грузить, – Петренко, конечно, мне вчера подмигивал, зараза такой, но тот для стихов не годится. Тот и в прозе-то не очень.
– Эт да! – снова рассмеялась Ольга, запрокидывая коротко стриженную светлую голову, – Петренко тупой какой-то. Не пара тебе точно.
– Кто-то тонкочувствующий, нервный.
– Два варианта: Зайцев и Мальцев. Оба того-этого.
– Ну да – ну да.
Домой я шла в отрешенной задумчивости, поэтому не сразу заметила, как ноги сами свернули в довольно густой лесок, где ближе к закату, вот досада, частенько тусовались разнообразные, не всегда приятные личности. Но не поворачивать же обратно в самом деле? Пара минут беспросветного ужаса и здравствуй-здравствуй, милый дом.
– Девочка, э, смотри, что у меня есть, – неторопливо вывалился из кустов сирени молодой черноволосый амбал, гордо потрясая передо мной маленьким и вялым розовым писюльком.
– Фимоз у Вас там что ли? – деловито присмотрелась я к несчастному мужичку с профессиональным интересом, – Вы лучше на прием ко мне приходите. В поликлинику.
– Дура, – разозлился тот, прекращая мастурбировать и попятился назад.
– Такие вещи нельзя игнорировать, мой хороший.
– Отбитая.
Зазвонил телефон.
– Да.
– Марина Геннадьевна?
– Да.
– Не будете сильно ругаться, если я Ваш номер своему брату дам? Точнее, я уже дала. Простите.
– Наташ, ты? У него проблемы со здоровьем? Конечно, пусть приходит.
– Ну. Нет. У него с личной жизнью проблемы. А Вы же свободная теперь?
– Наташ, ты зря это. Я уж как-нибудь… сама.
– Ну, Мариночка Геннадьевна. У меня такой брат классный. Сами потом спасибо скажете.
– Все.
Около полугода назад я развелась, и с той поры наши сотрудницы просто сдурели. Мало того, что каждая норовит влезть в душу со своими ненужными советами, так еще и познакомить хотят. Не могут наши глупые девки успокоиться и понять, что я сейчас счастлива. Впервые за несколько суматошных лет я, наконец-то, могу жить спокойно и неспешно, занимаясь только тем, что интересно мне самой.
Конец ознакомительного фрагмента.