Обними
Шрифт:
Пусть проваливает.
Но…
Ниже локтя сомкнулись горячие пальцы. Риту несильно дёрнуло назад, развернуло на полпути, и она оказалась снова прихлопнутой к широкой твёрдой груди в футболке. Одна мужская рука переместилась на спину, вторая без спроса проложила дорожку по бедру и резко вдавила Риту в ширинку джинсов. И в тот же момент губы запечатали губы.
Цунами с запахом мужского геля для душа накрыло с головой.
Всё-таки хочет. Ошибки не было.
Рита конвульсивно вцепилась в стальные плечи, разомкнула губы навстречу, и пожар затопил всё внутри. Пульс забился где-то в горле. Крепкое, твёрдое
Бам! Она оказалась вжатой в стену.
Господи…Тот самый случай, когда в спокойных волнах таится непредсказуемое, и в них хочется утонуть. Губы исчезли с губ, лоб ткнулся в лоб, исступленно потёрся о него. Кончик носа мягко прошел по ее носу. Почерневшие глаза с голубой окантовкой по краю радужки заглянули в её карие.
— Напомни мне тот пункт контракта, — выдохнул Мэтт.
Его тихий голос пером прошёл по позвоночнику. Засранец!
— Сожги его, — прошипела Рита.
Русая голова склонилась, по шее вниз к плечу пролегла дорожка из горячих поцелуев. Не отрывистых, а тех, когда губы скользят, а зубы до дрожи царапают кожу. Рита откинула голову назад, открывая шею, позволяя всё. Резкие вдох ворвался в лёгкие. Она подцепила пальцами край синей футболки и стремительно потянула вверх.
Мэтт отстранился всего на мгновение. Выбрался из ткани. Тряпка осталась у Риты в кулаке, в ямку между шеей и плечом вернулись мягкие губы. Будто там всегда и были. Будто там им и положено быть всегда. Клеймо, ожег. Мужские руки легли на поясницу, пальцы легко нашли молнию юбки. Прекрасная-прекрасная профессия: раздевать людей. Рита запустила пальцы в короткие русые волосы, и Мэтт шумно выдохнул, прямо по коже.
Двумя невесомыми движениями он столкнул юбку вниз, ткань тихо прошуршала по ногам и кольцом легла на пол. Из одежды остались белая рубашка и чулки.
Отличное сочетание.
На бёдрах снова оказались горячие ладони. Мэтт без усилий поднял Риту в воздух, и она по инерции обхватила его ногами. Только бы не рухнуть вниз. Но ронять ее никто не собирался. Он оторвал её от стены и не глядя двинулся в сторону спален, продолжая целовать шею, ключицы в вырезе рубашки, захватывая мочку уха зубами и тут же зализывая укус…
Бам! Спина влетела в дверной откос. Тихий океан Мэттью Ройса начал выходить из берегов. Рита кончиками пальцев провела по жилистой шее сзади: Мэтта снова тряхнуло. Она лбом боднула красивый профиль, заставила повернуться к себе, и он с готовностью нетерпеливо смял её губы, врываясь, проникая дальше. Рита задохнулась, легкие сдавило, неясный стон вырвался из груди.
Откос остался позади, путь вслепую продолжился. Шаг, второй, грубые джинсы, трущиеся о кожу… Её качнуло вниз, линия горизонта сместилась, спина ощутила под собой мягкость одеяла. Сверху в потёмках нависло мужское тело. Капкан сомкнулся, жар от обнаженной груди опалил даже через остатки одежды. Одна горячая ладонь оказались на внутренней поверхности бёдра и заскользила вниз. Пальцы задели край чулка, подцепили его, Мэтт оттолкнулся от кровати и, стоя на коленях, выпрямился.
Идеальный. Просто идеальный. Тусклого отблеска фонарей в окне хватило, чтобы рассмотреть совершенство. Тени, создаваемые рельефом рук, плеч, груди и косых мышц живота, заставили губы пересохнуть. Взгляд столкнулся со взглядом. Удержался, примагнитил. В некогда голубых глазах плеснулись тёмные воды океана. Этот океан
Вторая сильная рука подхватила ногу Риты под голенью, подняла и уложила на обнаженное каменное плечо. Чулок поехал с бедра, за ним по коже пролегла выжженная полоса от раскаленных пальцев. Мэтт сорвал невесомую паутину со стопы. Обхватил её ладонями за подъем…
Продолжая смотреть прямо в глаза, прижался губами к щиколотке.
Миллионы игл закололи в центр поясницы. Рита мелко задрожала, дрожь родилась в центре солнечного сплетения, пошла волной по телу, передалась в ноги. Уголок прижатых к щиколотке губ приподнялся в хищной ухмылке. Кто бы знал, что скрыто в этих тихих водах… В следующую секунду он отпустил её голень, одним точным движением перевернул на живот, выбивая из легких весь воздух, и припечатал сверху. Легко задрал вверх рубашку и протянул полосу поцелуев вдоль позвоночника, разбрасывая по коже миллионы искр…
* * *
Что это было?
Что это, чёрт возьми, было?
Сложно сказать. Фейерверк, взрыв, нечто необъяснимое.
Мэтт уронил руку на лицо и закрыл глаза. Дыхание уже выровнялось, всё тело отяжелело от усталости.
Она. Его. Раскатала. Вымотала так, как не выматывала ни одна смена на «скорой». Хотя сравнение спорное. Сравнивать женщину-вулкан и будни парамедика некорректно, однако… однако…
Нужно немного полежать и подышать. А потом притянуть к себе дикую кошку, свернуть в мягкий пушистый ком и проспать до утра. Плевать на оставленный в куртке мобильник, на Иэна, который, возможно, будет задаваться вопросами. Всё, что сейчас нужно — уткнуться носом в оливковую кожу шеи и уснуть. А утром завернуть кошку в тёплые вещи, заставить обуть что-то приличное и вытащить из дома на кофе. У неё же должны быть хотя бы кроссовки? У всех есть кроссовки.
Слева на подушке произошло движение. Небольшое, тихое. Будто Амрита повернула голову или что-то вроде того. Ожила. Быстро, в отличие от Мэтта, всё еще лежащего, не в силах оторвать руку от лица.
Вообще-то он собирался позвать её куда-нибудь, как только закончатся эти идиотские товарно-денежные отношения. А это примерно через час. Чтобы контракт потерял силу и друг напротив друга остались двое свободных людей. Но… огонь Индии немного опередил британскую сдержанность. Амрита одним лёгким движением вплеснула в спокойную воду бензин и бросила спичку.
Потрясающая способность.
На соседней подушке раздался вздох. Потом очередное движение, более ощутимое. Мэтт чуть сдвинул руку с глаз: Амрита села, сбросила ноги с кровати, тёмные длинные волосы завесили спину с самым шикарным, точеным позвоночником в мире. Затем она склонилась, начала искать что-то на полу, и спина изогнулась. Она будто прямо сейчас сошла с чёрно-белой фотографии в стиле «ню».
Мэтт глупо улыбнулся этому наблюдению. Идиот…
— Тебе пора, — вдруг прорезал тишину решительный голос.
Он застыл. Тело на секунду окаменело. Отреагировало раньше мозга.
Что?
Амрита разогнулась, в пальцах у нее показалась невесомая ткань.
— Прости, что?
— Тебе пора, — просто повторила она.
Даже не обернулась. Контраст между холодным голосом и её силуэтом, подсвеченным тёплым фонарным светом, резко ударил под дых. Мастер класс на тему «Как быстро отменить все планы». Вот так? Просто «тебе пора»?
— Ты ненормальная, — из лёгких Мэтта вырвался оглушающий выдох.