Обними
Шрифт:
Сколько удивления в голосе! Будто она совершенно случайно наткнулась на фильм. Рита медленно прошла к дивану, влезла на него с ногами. Отобрала один конец пледа и натянула до колен. Голени в вязаных носках переплелись с материнскими. Даже как-то по-семейному.
— Ты принципиально не хочешь посмотреть что-нибудь английское? — Рита приподняла уголок губ в ухмылке.
Выражение лица Дивьи сделалось возмущенным.
— Но оно само бросилось в глаза! Я не виновата, — она цокнула и качнула головой. — Понятия не имею, что еще можно смотреть на этом телевизоре.
Рита
— Обычный телевизор, у тебя такой же.
— Но каналы другие, — возразила та. — А ты хочешь переключить?
— Нет. Смотри, что хочешь, мне всё равно.
Каждый раз, возвращаясь из поездки домой, ей приходилось перестраиваться с одной волны на другую. Родной акцент, родная жестикуляция прочно цеплялись к Рите и не хотели отлипать даже на британской земле. В этот раз будет так же? Она не поехала в Индию, но Индия приехала к ней. Самая настоящая. Разноцветная, шумная, эмоциональная. Насколько глупо будет, идя по улице рядом с родителями, мимикрировать под местную?
— А чем ты занимаешься обычно в свободное время? — ворвался в размышления вопрос.
Неожиданно. Рита открыла рот для ответа, но так и зависла.
— А-а-а… — рот на секунду закрылся. А чем она занимается? — Не знаю… Ничем. Сплю, читаю… — она невыразительно повела плечом. — У меня мало свободного времени вообще-то.
— А выходные? — скептически проговорила мама. — Что ты ешь? Не могу поверить, что у тебя пустой холодильник! Ты не готовишь? Почему?
Так вот, значит, к чему это было. Уже началось? Так скоро? Рита отвернулась к телевизору, подперла голову ладонью.
— Мама… — пальцы нашли висок и начали незаметно массировать по кругу. — Я заказываю еду, здесь рядом хороший ресторан.
— Зачем заказывать, если можно купить продукты? Я читала про твой район, здесь есть рынок…
Рита подавила вздох. Рано нервничать. Это только первый день родительского визита, может ей удастся не психовать хотя бы дня четыре?
— Мне некогда, — припечатала она. — Я работаю. Много.
Герой Ранвира Сингха на экране за это время внезапно влюбился в другую женщину и задвинул жену на задний план. Мужчины…
— Так много, что некогда купить продукты? И приготовить себе дал, или карри, или… — Дивья же не могла успокоиться после короткого тяжелого ответа. — И квартиру обставить некогда?
Рита закатила глаза.
— Она обставлена.
— Да-а, но…
На что она рассчитывала? Эта женщина живёт с невозможным человеком больше тридцати лет. Она умеет пропускать мимо ушей все точки в разговорах.
— Мама, — Рита отвернулась от экрана и в упор заглянула в карие глаза. — Мне нравится моя квартира. Я сама выбирала мебель и отделку. Жаль, что ты не оценила, но другого здесь не будет.
И это на самом деле так. Но сколько бы времени ни прошло, родители не примут это до конца.
Мама
Почему так сложно принять действительность, которой уже столько лет? Несмотря на то, что иногда появляется тоска по дому, Лондон для Риты тоже стал домом. И если где-то в душе и живёт Амрития, с индийским английским, жестикуляцией, любовью к пёстрым вещам, то есть еще и вторая её половина, которую лет с десяти тянуло в британский холод. Она была готова поступить в любой университет, даже в еще более холодной Шотландии, если бы не осталось вариантов. Ей нравились английские книги, английские фильмы и даже просто флаг. И все об этом знали. Но никто не сознавал, насколько увлечение серьезное.
До сих пор не сознают.
Рита запустила пальцы в волосы, помассировала голову. Первый день. Только первый день. Надо пережить притирку и дальше они заживут дружно. Заживут же? И молчание нужно нарушить, пока оно не потяжелело на несколько фунтов.
— В самолете правда было всё нормально? — заговорила она.
Боковое зрение уловило, как мать пожала плечами.
— Твой отец сказал бы Мэттью, если бы ему было плохо после перелета, — голос прозвучал важно и надменно.
— Вряд ли, — скептически выронила Рита.
— Он упрямый, но не дурак. Он не в том положении, чтобы пренебрегать помощью, хоть и делает такое лицо…
Рита покосилась на мать. Та сдвинула брови, выпятила челюсть и сузила глаза. Отец делает так же, только не настолько смешно. Рита негромко фыркнула.
— У тебя хорошо получается.
— У тебя получается лучше, — отбила Дивья.
Но уголки её губ всё-таки дрогнули. Она снова замолчала, но в этот раз без напряжения. Один острый момент вроде бы миновал, но мама, конечно, сделала для себя какие-то выводы. Хорошие или не очень — это уже тайна.
Фильм продолжался. Музыка, душещипательные диалоги влюблённых, слёзы брошенной жены… всё это увлекло Дивью. Кажется. Она пританцовывала на диване, охала, ахала, возмущалась. Будто смотрит в первый раз, а не в десятый или даже сотый. Рита на экран почти не смотрела. Её начало клонить в сон. Тяжелая ночь с переездом не прошла бесследно. Голова начала опадать на подлокотник, глаза — закрываться. Спать нельзя, всё равно скоро приедет доставка и полетит новая порция упрёков в адрес обеда. Рита сильно стянула волосы на затылке, заставляя себя проснуться.
— А ты давно знаешь Мэттью? — раздался вопрос.
Внутри всё похолодело.
— Мне показалось, вы хорошо знакомы… — продолжила мама, отрываясь от просмотра фильма и как бы без интереса заглядывая в её лицо.
Без интереса, как же… Следовало ожидать этого вопроса. Следовало. Какого чёрта она расслабилась? Рита незаметно сглотнула. Она слишком свободно общается с человеком, с которым по идее должна быть знакома не больше суток.
Пауза начала затягиваться.
— Мы… приятели, — выронила она.