Обольстить грешника
Шрифт:
Мелисанда бессильно свалилась в его объятия. Он прижал ее к себе и держал, вдыхая апельсиновый аромат ее волос, чувствуя на щеке ее дыхание. Он не скоро заметил, что его бьет дрожь.
Наконец она шевельнулась.
— А я думала, что ты ненавидишь оружие.
Он отстранился и посмотрел ей в лицо. На одной щеке у нее был синяк, в волосах запеклась кровь, но она была самой красивой женщиной из всех, кого он когда-либо видел.
Прежде чем заговорить, ему пришлось прокашляться.
—
— Тогда как?..
— Я люблю тебя, — сказал он. — Разве ты не знаешь? Ради тебя я бы на коленях прополз через пламя ада. Что значит какой-то выстрел, если тебе грозила смертельная опасность, моя дражайшая жена. — Он коснулся ее лица, глядя, как широко раскрылись ее глаза, и, наклонившись, чтобы поцеловать ее, повторил: — Я люблю тебя, Мелисанда.
Глава 20
Итак, дрожащего маленького поваренка привели к королю. И прошло не так уж много времени, как он признался. Три раза Джек, шут принцессы, подкупал его, чтобы он разрешил ему помешать горшок с супом, последний раз это было в тот самый вечер. «Ну и ну!» — ахали придворные. Принцесса Отрада была задумчива, а король рычал от гнева. Стража поставила Джека перед королем на колени, и один из стражников приставил нож к горлу шута.
— Говори! — потребовал король. — Говори и расскажи нам, у кого ты украл эти кольца! — Естественно, никто не мог поверить, что низкорослый, лживый шут мог сам завоевать кольца. — Говори! Или я прикажу отрубить тебе голову!
Месяц спустя
Салли Сачлайк в нерешительности остановилась перед спальней своей хозяйки. Время уже позднее, но кто знает?.. Она не любила по утрам входить к хозяйке, когда та была не одна. Салли, решая, как ей поступить, стояла в нерешительности и смотрела на статуэтку, изображавшую этого мерзкого козла и голую леди, но статуэтка, конечно, изменила ход ее мыслей. Этот человекокозел был похож на мистера Пинча, и она, как всегда, подумала о его почти гигантском…
За ее спиной кашлянул мужчина.
Салли взвизгнула и резко обернулась. Мистер Пинч стоял так близко, что она ощущала тепло, исходящее от его груди.
Камердинер медленно поднял бровь и стал еще больше похож на этого козла.
— Что это вы здесь делаете, слоняясь по коридору, мисс Сачлайк?
Она тряхнула головой.
— Я думала, надо ли мне заходить в комнату хозяйки или нет.
— А почему нет?
Она притворилась удивленной.
— Может быть, она не одна,
Мистер Пинч с легким презрением поднял верхнюю губу:
— Мне трудно в это поверить. Лорд Вейл всегда спит один.
— Разве? — Она положила руки на бедра, чувствуя волнение в нижней части живота. — Так почему бы вам просто не войти и не убедиться, что ваш хозяин один в своей постели, хотя, могу поспорить, его вообще нет в его комнате.
Камердинер не снизошел до ответа. Смерив ее взглядом с головы до ног, он вошел в спальню лорда Вейла.
Салли в ожидании затаила дыхание и обмахивала пылавшие щеки, чтобы охладить их.
Ей не пришлось долго ждать. Мистер Пинч вышел из спальни хозяина и тихо закрыл за собой дверь. Он подошел к Салли так близко, что она попятилась, и пятилась до тех пор, пока не уперлась в стену.
Тогда мистер Пинч наклонился и сказал ей на ухо:
— В комнате никого нет. Вы примете обычный выигрыш?
Салли чуть не задохнулась — корсет неожиданно стал ей тесен.
— Д-да.
Мистер Пинч прижался к ее губам.
Тишина, царившая в коридоре, нарушалась лишь тяжелым дыханием мистера Пинча и вздохами Салли.
Наконец мистер Пинч оторвался от ее губ.
— Чем вас так заинтересовала эта статуэтка? Каждый раз, когда я застаю вас в этом холле, вы смотрите на нее.
Салли покраснела, ибо мистер Пинч покусывал ее шею.
— Я думаю, он похож на вас, этот маленький сатир.
Мистер Пинч поднял голову и оглядел статуэтку. Затем, гордо приподняв бровь, снова посмотрел на Салли:
— Действительно.
— М-м-м… — произнесла Салли. — И мне интересно… — Что?
Он покусывал ее плечо, что мешало ей сосредоточиться. И все же она набралась храбрости:
— Мне интересно: вы весь такой же, как этот сатир? Мистер Пинч застыл у ее плеча, и на мгновение Салли подумала, что была слишком нахальной.
Но он поднял голову, и она увидела, как блеснули его глаза.
— Так в чем дело, мисс Сачлайк? Я был бы счастлив, ответить на ваш вопрос, но думаю, сначала нам надо сделать одно дело.
— Какое дело? — спросила она, затаив дыхание.
По его лицу было видно, что он не шутит. Неожиданно он стал очень серьезным, в его голубых глазах появилась неуверенность.
Он кашлянул.
— Я думаю, вы должны выйти за меня замуж, мисс Сачлайк, и тогда мы продолжим этот разговор.
В полной растерянности, не находя слов, она слегка отстранилась от него. Он насупился:
— Ну?
— Помните, вы говорили, что слишком стары для меня?
— Говорил…
— И что я слишком молода, чтобы понимать, чего мне надо.