Оборот
Шрифт:
Народу было немного, и вели себя спокойно. Никто не торопился, испуганно оглядываясь по сторонам. Стражи не было видно, но судя по поведению горожан она работала хорошо.
Наконец мы пришли к какому-то складу, стоящему у реки. От него вели каменные ступеньки вниз, где сейчас покачивалась на небольших волнах лодка.
"Жди здесь", - бросил Бан и скрылся в дверях склада.
Ну ладно, подожду. Ночь и окружающая атмосфера немного будоражила кровь. "Ночь, улица, фонарь, аптека. Хоп - и нету человека". Вспомнилась бородатая хохма неизвестного шутника. Шутка, шуткой, - а на душе было не спокойно.
Наконец
Бан подошёл ко мне с чем-то вроде широкого ремешка.
– Голову наклони, - сказал он приказным тоном.
Блин, да это же ошейник. Он мне что, предлагает по собственной воле его на шею одеть? Я уже носил и мне нифига не понравилось. Мне всё это, всё больше не нравилось.
– Не буду я эту херню одевать, - сказал я твёрдым голосом.
– Калеб...
– начал жирдяй.
– Я ни с Калебом, ни с тобой насчёт ошейника не договаривался, - сказал я ещё сильнее повысив голос.
Хренов компаньон стушевался и обернулся к парням для поддержки.
– Можно на ногу, - сказал один из них спокойным голосом.
– А что это?
– перспектива носить непонятную штуку даже на ноге меня не радовала.
– Это..., - парень на мгновение замолчал, - это "поисковик", чтобы ты не потерялся.
– Ладно, только я сам.
Бан скривился, но отдал мне ремешок. Я внимательно рассмотрел очередное творение местной магической промышленности. Толщиной с палец, усилен металлическими вставками. Где-то примерно посередине приделан красновато матовый камень. Вряд ли драгоценный, уж слишком большой.
Повозившись, присобачил его к лодыжке. Выглядело, если честно, как-то по-идиотски. Но ладно, ради десяти даринов можно потерпеть. Когда застегнул пряжку ремешка, камень моргнул и загорелся тусклым светом.
Удовлетворённо кивнув, второй парень отдал мне рюкзак. Тяжеловатый. На вес примерно килограммов пятнадцать, то есть по-ихнему пятнадцать копыт. Надел рюкзак, и мы все вместе пошли вниз, к лодке. Толстый шёл налегке. Понятно, я тут в качестве рабсилы.
Мы сели в лодку, и парни помогли оттолкнуть её от берега. Лодка медленно поплыла по течению мимо пустынной, в этот поздний час, набережной города. Сидящий возле руля не проронил ни слова. Толстый тоже молчал. Так и плыли.
Вот и конец города. Там, где река рассекала стену надвое, высились сторожевые башни, призванные защитить город от врагов, желающих пробиться в город этим путём. Но сейчас на них стражи не было. То ли враги в округе повывелись, то ли у города такая репутация что лучше не связываться.
Проплыв по реке ещё с километр, рулевой плавно направил лодку к берегу. В этом месте кто - то скинул в реку два больших валуна, сделав подобие причала. Там мы и пристали к берегу. Высоковат он здесь.
Бан поднялся и держась за борта лодки перешёл на берег. Я следовал за ним. Оглянувшись увидел, что лодка, так же осторожно отчалив, поплыла обратно. Молчаливый рулевой мощными гребками гнал своё судно вперёд, как будто боясь куда-то опоздать.
Толстый ткнул пальцем верх. По каменным ступеням я пошёл вверх. Этот пошёл следом.
Наконец забрались наверх. Тут густо рос небольшой кустарник, препятствуя нормальному обзору. По хорошо утоптанной тропинке пошли дальше. Показался краешек солнца и его лучи красиво осветили листочки многочисленной зелени.
Мы всё так же шли, я впереди, жирдяй сзади. Солнце начало припекать даже сквозь листву. Блин, а у меня ведь ни воды, ни еды с собой нет. Да и толстый похоже этими проблемами не озаботился. Через часа два уже обедать пора будет, только непонятно чем.
Кустарник сменился молодыми, невысокими деревьями. Стали появляться небольшие полянки. На одной из них я заметил живого, настоящего оленя, медленно жующего сочную траву. Блин, красиво то как.
Вдруг вдалеке послышалось конское ржание. Рюкзак резко дёрнулся, заставив сбиться с шага. Я в раздражении обернулся. Бан с побелевшим от страха лицом сидел на корточках и продолжал тянуть меня вниз.
– Ты чё?
– начал я.
– Тише, - зашипел он в ответ, - пригнись и замолчи.
Я осторожно присел. Бан настороженно смотрел в ту сторону откуда донеслось ржание, хотя сквозь деревья нифига не было видно.
– Что случилось, - так же шёпотом спросил я.
– Упаси Орис, надеюсь не ларги, - ответил Бан.
– А кто это?
Бан посмотрел на меня. Мрачное выражение его лица сменилось на недоуменно-презрительное.
– Ларги? Это кочевники. Ингорийцы их пропускают сюда через свою территорию чтоб они их самих не грабили. Они и раньше сюда добирались, но имперцы им пару раз вломили, так что они сюда дорогу позабыли. Те, кто в живых остались. А тем, кто не забыл, Серый курган хорошая напоминалка. Там говорят легионерские маги так постарались, что до сих пор земля ядом исходит.
– А когда империя ушла, они снова пришли, да?
– вспомнил я уроки дедушки Чака.
– Да. Город они не трогают, договорённость есть. Но вот по округе ширяться. Так что теперь только по реке безопасный путь для больших караванов. Ларги большую воду и лес не любят. Но там нам долго добираться бы пришлось. А мне в срок груз надо доставить.
Подождав ещё с полчаса пошли дальше. Лес неожиданно закончился, и мы вышли на дорогу. Обычная полёвка.
И куча мусора на обочине. Ну что за люди, а? Такое красивое место обгадить. Пока шли мимо, старался не смотреть. Но всё равно краем глаза заметил что-то неправильно.
Ноги! У кучи мусора были голые человеческие ноги. Несмотря на предостережение Бана подошёл поближе. Да, то что я принял за мусор было человеком. Именно было. Потому что в данный момент у лежащего тела отсутствовала голова. Вернее, она присутствовала, только в полуметре от того места где ей полагалось быть.
Лежащий был одет в тряпье. Очень сильно изранен. И худой. Руки связаны за спиной.
– Ларговский раб, не выдержал дороги вот и добили чтоб не мешался, - тихим голосом сказал подошедший Бан, настороженно оглядываясь.