Образец
Шрифт:
– Почему я перчатки-то в этот раз не надел, тупица?! – обругал себя Павел.
Он достал из шкафчика перекись водорода и обработал рану, после чего зашел на кухню и вытащил бинт из аптечки. Заматывая ладонь, подошел к окну, и застыл. Дождя в этот пасмурный день пока не был, и по улице сейчас шатались люди…
– Видимо, я что-то все же проспал, – изрек Павел.
После вчерашней пустоты улиц у Павла даже в глазах зарябило, столько было людей. Вот только они…
Среди медленно, бесцельно шатавшихся полуголых, а изредка и голых, людей осторожно
Павел, не думая, рванул в коридор и, уже меняя на ходу магазин в карабине, быстро открыл окно. Привалившись в стене, он прицелился.
«Вот бы еще мне оптику …» – подумал Павел, и ему повезло.
Мужик в трусах поскользнулся, упав на одно колено. Расстояние до него было метров сорок. Павел выстрелил и попал, пробив тому грудь. Озверевший упал набок, но тут же, хоть и медленно, начал подниматься.
«Это правда?» – промелькнула мысль, и Павел вновь выстрелил.
Голова нападавшего брызнула содержимым, и тот рухнул.
– Бегите отсюда! – крикнул он парочке, привлекая их внимание рукой. – Да бегите же!
Повторять не пришлось – они побежали. В этот момент Павел обратил внимание еще на одно: вдоль всех домов, под окнами, то здесь, то там валялись кучи завязанных пакетов. Люди не выходили даже мусор выкидывать. И в подъезде ведь тоже было достаточно такого «багажа» возле квартир. Павел вновь посмотрел на двинувшуюся к его окну толпу.
– Да откуда же столько народа?
Его привлекли каштановые пряди волос. Такая прическа была у соседки сверху. И что любопытно, это была именно она, только выглядела как-то…
Не вся бродившая толпа пошла в его сторону, а только человек пятнадцать. И вот у всех, кто сейчас смотрел на него, глаза были страшными, будто полностью черными. Убедившись, что парочка скрылась за домом, Павел закрыл окно и задернул тюль. Движение в его сторону приостановилось. После чего полуголые вновь немного опустили головы и перешли на бестолковое брожение по дороге и широкому газону междворья.
– Надо позвонить Максу! – вспомнил Павел и, поставив карабин у окна, пошел искать телефон.
Половина квартиры было уделана кровью. Диван, на котором спал Павел, пропитался ею. Телефон нашелся на полу.
– Макс! – взволнованно выкрикнул Павел, когда ему ответили.
– Паха? – не веря своим ушам, спросил Максим.
– Да я, я! Со мной все в порядке! Укус не заразный! – затараторил Павел, будто предчувствуя что-то неладное. – Слушай внимательно! На улицу со Светкой даже не думайте выходить! Гляньте в окно!
Максим в это время спускался вниз по лестнице, машинально отмечая открытые двери почти на каждом этаже. Редко встречались закрытые.
– Макс, ты меня слушаешь?!
– Да, – ответил Максим.
– Что
– Я в подъезде.
– Назад, живо! – закричал Павел. – Все, кто сейчас бродит по улице, это уже не люди, они НЕживые! Я только что убил одного, спас парочку людей!
– Паша…
– Что?! – взволнованно выкрикнул Павел.
– Светки не было дома, когда я проснулся, а входная дверь оказалась открытой настежь, как сейчас и весь мой подъезд. Почти у всех распахнуты двери, и никакого движения в квартирах. Понимаешь? Она ушла…
Павел понял… и ужаснулся. Светлана сейчас была одной из этих НЕживых…
– Вот черт… – выдохнул Павел.
– Я ее найду. Покричу, – упрямо сказал Максим.
– Нельзя кричать, они на звук реагируют! – заорал Павел, в этот момент Максим отключил связь.
– Черт! – прорычал Павел и со злости чуть было не бросил телефон на пол.
Сколько ему бежать до Макса? Пять-шесть минут. Павел начал быстро одеваться, на этот раз не забыв о кожаных перчатках. Большой трофейный охотничий нож на ножнах имел металлическую пружинную скобу, и Павел защелкнул нож на ремень. Вставив в поясной подсумок третий неполный магазин, прихватил карабин и выскочил в подъезд.
Жутковато распахнутые двери всех квартир и тишина подъезда прибавили адреналина. Павел закрыл квартиру на один оборот замка и рванул вниз.
Он был уверен, что эти бродячие призраки не умеют бегать, поэтому старался держаться на расстоянии, чтобы его не смогли перехватить. Павел рванул с места, как только прикрыл подъезд. Его доводчик не сломали, и дверь притянуло механизмом.
Бегать с автоматом довольно неудобно, а карабин «Сайга» и был автоматом Калашникова, только гражданского назначения, приспособленный под одиночную стрельбу.
На Павла изредка реагировали, но недостаточно резво. Поэтому он продолжал бег не останавливаясь.
Максим осторожно вышел на улицу, перед этим выглянув в приоткрытую дверь. Он услышал, что ему крикнул Павел. Да он бы и сам не стал кричать, так как картина его ужасала. По двору вдоль машин и по газонам бродили полуголые люди с опущенными головами, босыми ногами меся грязь на земле или проходя по скопившимся лужам на асфальте.
«Светик, где же ты? – умолял Максим, отгоняя мысли о безвозвратно случившемся. – Вернись, милая…»
Осторожно шагая, он двинулся к следующему подъезду, так как среди скопления людей ему показался знакомый силуэт. Под ногу попалась банка из-под энергетика. В жутком безмолвии и тишине звук перекатывавшейся пустой банки резанул по ушам, словно гром. Максим замер и заметил, что несколько бредущих также отреагировали. Страх бросил в жар, и Максим быстро спрятался за машиной, как раз в тот момент, когда трое с разных сторон повернули поднятые головы на звук.
Судорожно соображая, Максим смотрел по сторонам. Справа по тому же тротуару в его сторону медленно двигалась женщина средних лет в прозрачном пеньюаре. Ее голова была опущена. И возможно, она не отреагировала на звук банки, а просто брела.