Обреченность
Шрифт:
При дивизионе имеется отделение с вязи с одной радиостанцией.
Также как и в полку имеется штабная сотня При штабе дивизиона имеются мастерские и вспомогательные команды.
Командование взвода: командир взвода имеет помощника и располагает 3мя курьерами и вестовым.
Налажена работа «контрразведки». Ее функции заключаются в том. Что казаки сами выявляют между собой тех, кто готов перейти на сторону СССР. Ее возглавляет
Каждый эскадрон имеет 1—3 гармони. Дивизия имеет свой цирк, объезжающий казачьи части.
Унтер-офицерские звания получаются быстро, сразу же после отличия в бою.
Священники посещают части, дают казакам иконы, молитвенники и дают благословения, за что берут деньги.
Пополнение: производится из запасного полка (Франция). Несмотря на пополнения состав эскадронов, как правило, меньше на 10—20% в сравнении с вышеприведенным составом первоначального формирования.
Каждый эскадрон располагает 18—25 двуколками или повозками невоенного образца. Вкаждом эскадроне 180—200 лошадей и столько же седел. Потери конского состава пополняются из запаса или за счет закупок или реквизиции у местного населения.
Воинские чины до сих пор не приведены в единое соответствие. Наблюдается смешение старых казачьих чинов и советских офицерских званий.
Звание лейтенанта соответствует хорунжему. Старший лейтенант-сотник. Капитана называют подъесаулом или ротмистром. Майоров-майорами, или есаулами.
Подполковник по-казачьи именуется войсковым старшиной, но чаще- подполковником.
Награды: такие же, как в вермахте, а так же восточная медаль за храбрость, за ревностное несение службы, за отвагу в атаке, за выслугу. Кроме немецких наград казаки получают ордена и от Павелича.
Костенко спросил Кравцова:
— Где сам Бескаравайный?
— Ждет. Вызвать?
— Не надо. Я его забираю. К утру подготовьте мне все документы для доклада Абакумову.
В коридоре перед дверью кабинета сидел лейтенант в пехотном обмундировании.
Заметив полковника офицер встал. Одернул гимнастерку, расправил складки за портупеей. Вытянулся по стойке смирно.
— Лейтенант Бескаравайный.
— Читал я твой отчет. Ладно. Поехали.
— Куда товарищ полковник?
— Как куда? Домой. Остановиться тебе ведь негде, так я понимаю? Вот и поживешь пока у меня. Заодно и отчет твой обсудим.
Полковник Костенко жил в коммунальной квартире, и в комнате было
слышно, как по коридору бегала детвора, шипел примус и из кухни доносились чьи-то
Дома он открыл форточку. Морозный воздух потянулся в комнату. Он стлался по полу и таял у стола. Костенко достал хранящийся между рамами кусок сала.
Оно было белым на цвет, крупно посыпанно серой солью с темно-бордовыми, почти черными, как запекшаяся кровь, прослойками мяса, нашпигованное чесноком.
Бескаравайный мечтательно повел носом.
— Сальце, настоящее... деревенское.
Костенко рассмеялся.
— Конечно деревенское, в городских квартирах свиней пока еще не держат. Как специально для такого случая берег. У вас там сала что ли не было?
— Сало то было, в сухой паек входит. Но оно как кусок мыла. Жирное, безвкусное. Жуешь его жуешь, а удовольствия никакого.
— Не пробовал. Давай тогда, как младший по званию, режь сало, хлеб, накрывай на стол. А я посижу немного. Вымотался за сегодняшний день.
— Есть, товарищ полковник госбезопасности. А разрешите и мне поучаствовать?
Лейтенант метнулся к вешалке. Торопливо развязал вещевой мешок. Достал пару банок тушенки. Бутылку водки с залитой сургучом горлышком.
Неуловимым движением как фокусник откуда то вынул нож. Быстро и сноровисто нарезал сало, хлеб.
Костенко сидел на диванчике устало вытянув ноги в хромовых сапогах.
— Ладно лейтенант. Давай за встречу. Наливай!
— Со встречей, товарищ полковник. Рад знакомству.
Выпили. Выдохнули. Зажевали салом.
— Нож у тебя интересный, - сказал Костенко.
– Разреши посмотреть.
Бескаравайный покрутил нож между пальцев, от большого к мизинцу и обратно. Протянул его Костенко.
Нож и в самом деле был необычный. Длинный клинок плоской формы. С тыльной стороны на клинке надпись «Blut Ehre»! На деревянной ручке вырезана звезда.
— Это немецкий кинжал. Отрядный умелец переделал ручку. Зачем мне свастика? Получился вполне приличный нож разведчика. Дарю товарищ полковник. Будет чем колбасу резать.
— Спасибо лейтенант.
Костенко похрустел соленым огурцом. Поинтересовался.
— Ну так, что там у вас нового?
— А чего там может быть нового товарищ полковник. Предательствуем, — развел руками Бескаравайный.
– Пару недель назад, перед тем, как я ушел к партизанам, Кононов принял бригаду, ну и конечно же закатил попойку. А потом то ли сам, то ли кто из его адъютантов, застрелил Лучкина. Подробностей не знаю. Но говорят, что сам. Вроде за то, что тот кого то из офицеров хотел убить, но на самом деле — потому что слишком много знал о «подвигах» Ивана Никитича. В Белоруссии он с казаками славно потешился.