Обреченные
Шрифт:
Утром в пятницу Люс, едва открыв глаза, сразу взглянула на часы. Полвосьмого. Ей едва удалось поспать — она не находила себе места, болезненно переживая за Зарю и все еще злясь из-за прошлой жизни, которую накануне увидела в вестнике. Как же жутко наблюдать мгновения, предшествующие твоей собственной смерти. Все ли ее смерти были похожи на эту? Мысли снова и снова возвращались к одному: если бы не Дэниел…
Смогла бы она прожить нормальную жизнь: наладить отношения с кем-нибудь другим, выйти замуж, завести детей и постареть, как
Эти вопросы были лишь околичностями, рано или поздно приводившими к важнейшему из них: чем отличалась бы любовь с кем-нибудь другим? Возможна ли вообще любовь с кем-нибудь другим? Любовь должна быть легка и естественна, разве нет? Так почему она так мучается?
Шелби свесила голову с верхней койки, и ее густые светлые волосы, завязанные в хвост, упали следом, словно конец тяжелой веревки.
— Тебя тоже все это перепугало?
Люс похлопала ладонью по кровати, приглашая соседку спуститься и сесть рядышком с ней. Все еще в плотной красной фланелевой пижаме, та соскользнула вниз, прихватив с собой пару огромных плиток горького шоколада.
Люс собиралась уже сказать, что не в состоянии ничего съесть, но, когда запах достиг ее носа, содрала фольгу и слабо улыбнулась Шелби.
— То, что нужно, — подтвердила ее соседка, — Помнишь, что я сказала прошлой ночью насчет Зари, целующейся с каким-нибудь типом? Мне по-настоящему стыдно за это.
Люс покачала головой.
— Ох, Шел, ты же не знала. Не стоит так расстраиваться.
С другой стороны, у нее самой было достаточно причин переживать из-за того, что случилось с Зарей. Девочка немало времени провела, виня себя в гибели окружающих ее людей — Тревора, и Тодда, и потом бедняжки Пенн. У нее перехватило горло, когда она представила, что добавляет в этот список еще и Зарю. Она утерла тихо скатившуюся слезинку, прежде чем Шелби успела ее заметить. Дело идет к тому, что ей придется себя изолировать, держаться подальше от всех, кого она любит, чтобы им ничто не грозило.
От стука в дверь обе девочки подскочили. Створка медленно отворилась. Майлз.
— Зарю нашли.
— Что? — хором спросили Люс и Шелби, разом подавшись к нему.
Майлз подтащил стул поближе к кровати и сел лицом к девочкам. Стащил бейсболку и вытер лоб, усеянный капельками пота, словно мальчик бежал через всю школьную территорию.
— Я так и не смог заснуть этой ночью, — объяснил он, крутя кепку в руках. — Встал пораньше, прошелся. Наткнулся на Стивена, и тот сообщил мне хорошие новости. Люди, которые забрали Зарю, вернули ее обратно примерно на восходе. Она потрясена, но не пострадала.
— Просто чудо какое-то, — пробормотала Шелби.
Люс испытывала больше сомнений.
— Я что-то не улавливаю. Они просто вернули ее обратно? Невредимую? Когда такое вообще бывало?
И сколько времени ушло у кого бы там ни было на то, чтобы понять, что они
— Все было не настолько просто, — признал Майлз. — Стивен вмешался. Он спас ее.
— От кого? — едва не заорала Люс.
Мальчик только плечами пожал, покачиваясь на стуле.
— Сдаюсь. Уверен, Стивен знает, но, э-э… я не отношусь к числу его доверенных.
На это Шелби присвистнула. То, что Зарю нашли невредимой, похоже, успокоило всех, кроме Люс. Ее тело медленно немело.
«Это должна была быть я», — мысленно повторяла она.
Девочка поднялась с постели и выдернула из шкафа футболку и джинсы. Она должна найти Зарю. Только та может ответить на ее вопросы. И пусть даже Заря ни за что этого не поймет, Люс обязана извиниться перед ней.
— Стивен сказал, что те, кто ее схватил, больше не вернутся, — добавил Майлз, встревоженно наблюдая за ней.
— И ты ему веришь? — насмешливо уточнила Люс.
— А почему бы ему не верить? — полюбопытствовал голос со стороны дверного проема.
Франческа, в длинном плаще цвета хаки, стояла, прислонившись к косяку. Она излучала спокойствие, но не было похоже, что особенно рада встрече.
— Заря сейчас дома и в безопасности.
— Я хочу с ней увидеться, — заявила Люс, чувствуя себя глупо от того, что стоит перед учительницей в драной футболке и спортивных шортах, в которых спала.
Франческа поджала губы.
— Семья Зари забрала ее около часа назад. Она вернется в школу, когда придет время.
— Почему вы ведете себя так, словно ничего не произошло? — возмутилась Люс, всплеснув руками. — Как будто Зарю вовсе не похищали…
— Ее не похитили, — поправила Франческа. — Ее позаимствовали на время, как потом выяснилось, по ошибке. Стивен все уладил.
— Хм, предполагается, что от этого нам должно стать легче? Ее позаимствовали? Зачем?
Люс вгляделась в лицо Франчески — но увидела в нем только абсолютное спокойствие. Но вот в голубых глазах что-то дрогнуло: они сузились, затем расширились, и от учительницы к девочке устремилась безмолвная просьба не озвучивать свои подозрения при Майлзе или Шелби. Люс не знала причин, но доверилась женщине.
— Мы со Стивеном ожидали, что остальные будут изрядно перепуганы, — продолжала учительница, обводя взглядом ребят в комнате, — На сегодня занятия отменяются, и мы будем в своих кабинетах на случай, если вам вдруг захочется зайти и побеседовать.
Она улыбнулась в обычной ослепительной ангельской манере, развернулась на высоких каблуках и, цокая ими, двинулась дальше по коридору.
Шелби вскочила и захлопнула дверь за Франческой.
— Вы слышали, что она сказала? «Позаимствовали»! И это о человеке! Заря что, библиотечная книга? — возмутилась она, стискивая кулаки. — Нам стоит чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься. То есть я рада, что Заря в безопасности, и доверяю Стивену — наверное, — но мне все еще страшно.