Общество
Шрифт:
— Она не важна нашим планам.
Он криво улыбнулся.
— Ты очень изменилась с нашей встречи.
— Ясное дело. Я истекала кровью, когда ты меня встретил.
Он издал смешок.
— Ты была импульсивной и верила, что все, что ты делаешь, приведет к тому результату, который тебе хочется. Ты тяжелым путем заслужила осторожность, но она тебе идет.
— Спасибо, — горло Сирены сдавило.
Они поднялись по лестнице и обнаружили, что Вера, Матильда и Микел собрались в комнате Авоки. Сирену все еще поражал вид мужа Матильды,
— Ты не можешь ничем помочь, Микел? — спросила Матильда.
— Я был воином, а не медиком. Мы пытались наполнить ее стихиями. На это уйдет время, и даже тогда… не знаю. Если бы мы связались с моей родней в Аонии, может, они поняли бы, с чего начинать в таком случае.
Сирена охнула.
Все посмотрели на нее на пороге.
— Вы сказали про Аонию? — прошептала Сирена.
— Да, — Микел выпрямился от ее вопроса.
— Вы… лиф?
— Да. Многие всадники драконов были лифами.
Матильда коснулась руки Микела.
— Любовь моя, я хотела тебе рассказать, — она взглянула на Веру, та кивнула. — Аония… была разрушена. Древний храм и дерево сгорели. Остался только один выживший лиф оттуда.
Глаза Микела были огромными от ужаса.
— Всего один?
— Кесф, — сказала Сирена.
Она не представляла, как он себя ощущал после всего, через что прошел, обнаружив, что дома не осталось никого, кроме… Кесфа.
Он покачал головой.
— Дайте мне минуту.
И он пропал из виду.
— Простите, — сказала Сирена.
Матильда подняла руку.
— Он должен был узнать.
— Да, но столько всего происходит…
— Он сильный, — сказала ей Вера. — Ему нужно время подумать. Мы знаем, кому еще требовалось время осознать смерть своего народа.
Сирена сглотнула и отвела взгляд. Дин. Они не говорили о нем с тех пор, как он покинул их в Фэне. Они попрощались в тот день в горах, но он пообещал, что это не навсегда. Как принц Элейзии, он должен был вернуться домой навести порядок после того, как Каэл сжег столицу его родины дотла. Ее чувства к Дину все еще были смешанными, и ей не нравилось думать о нем. У них были дела важнее, чем эти тревоги.
— Как Авока? — спросила Сирена вместо ответа.
— По — прежнему, — ответила Вера. — Вижу, вы вернулись без Алви. Наверное, встреча прошла не очень хорошо.
Ордэн выдвинул стул и опустился на него.
— Алви изменил облик и пропал. Но встреча была полезной.
— Хоть какие — то хорошие новости, — сказала Матильда.
Сирена описала им слова Берди. Но к концу разговора сестры выглядели подавленно.
— Мистик, — Матильда вздохнула. — Этого еще не хватало.
— Прошлая была… — начала Вера.
— Выжившей из ума,
— Они все такие, да?
— Те, кого мы встречали за годы. Я не полагаюсь на их… силы.
Вера вздохнула.
— Как и я. Истинной магии Дома не нужны костыли.
— Ау? Мы еще здесь, — Сирена помахала рукой. — Вы встречали кого — то такого раньше?
— Да. Очень ненадежные. И обычно безумные, — сказала Матильда.
— И… вы думаете, что нам не стоит искать мужчину на пристани?
— Конечно, нужно, — сказала Вера. — Но если ничего не найдете… то это потому что она чокнутая.
— Я знал Берди много лет, она не такая, — вмешался Ордэн.
Матильда и Вера вскинули брови.
— Почему мне кажется, что эту часть истории ты упустил? — спросила Матильда.
— Я ручаюсь за нее, и только это вам нужно знать.
Матильда фыркнула, но Вера коснулась ее руки.
— Завтра нам нужно проверить пристань. Надеюсь, Алви вернется к тому времени, чтобы нас было больше, — сказала им Сирена. — Если у вас нет идеи лучше, как пересечь океан.
Как и ожидалось, ни у кого не было.
— Отлично. Давайте… поспим немного и разберемся со всем завтра.
Ордэн кивнул ей. Безмолвная благодарность за то, что ничего не выдала о Гвиноре. Матильда и Вера не скрывали подозрений и предрассудков насчет мистика, которого не встречали. Они что — то им не рассказали. Но они обе пожелали Сирене спокойной ночи и оставили ее с Авокой одну.
Сирена вздохнула и опустилась рядом с подругой. Она проверила связь между ними, обрадовалась, что она еще там.
— Хотела бы я, чтобы ты была тут, Ава, — прошептала она в тишине. — Интересно, что бы ты сказала о том мистике. Пошутила бы или согласилась с сестрами. Или закатила бы глаза из — за Алви.
Но Авока не реагировала на слова Сирены.
Она только лежала там и спала.
Хоть в этой проблеме у них было больше знаний, чем обычно, Сирена ощущала себя более растерянной. Авока была ее опорой. Она была сильной и уверенной. И их магия лучше работала вместе, чем порознь.
Она задумалась о словах Веры и Авоки. Магия Дома не нуждалась в костылях. Но Сирене казалось, что она все это время использовала Авоку как костыль. Без нее Сирена ощущала… пустоту.
Не только в магии, но и в душе.
3
Красное перо
Когда Сирена проснулась следующим утром, большой индрес лежал у изножья их кроватей.
Она охнула и вскочила на ноги. Сияющие золотые глаза посмотрели на нее. Золотые глаза. Человеческие. Глаза Алви.
— Я в порядке, — сказала она, пытаясь успокоить колотящееся сердце и магию.
Ее все еще потрясал такой облик Алви. Она не знала, привыкнет ли когда — нибудь к большому, будто волчьему телу и огромным клыкам, принадлежащим другу, а не заклятому врагу.