Объятия страсти
Шрифт:
— Что Ширли? Как твоя лучшая подруга, я должна знать о тебе все. А тут такое прошло мимо! Может мне тоже любопытно попробовать. Эх ты, эгоистка!
— Ширли! — возмущенно. — Я же говорю, что все совсем не так!
Примирительно подняв руки, та сделала невинные глазки. Даже ресницами похлопала для большей убедительности.
И вот, сидят две подруги на краешке кровати, плечом к плечу. Одна не знает, с чего начать свой рассказ, другая, постепенно успокаиваясь после пережитого трехминутного ужаса, настроилась внимательно слушать и, в случае чего, выявить ложь. Сандра, конечно никогда не обманывала ее, но что не бывает. Женская логика, как
— Ну и что совсем не так? — поняв, что Сандра никак не может решить, с чего начать, решила она помочь. — Значит, это не тот парень наставил синяков? Ты сама отлупила себя в порыве страсти?
Хмурый взгляд из под аккуратных бровей и Ширли снова замолчала, проглотив остальные слова, что так и норовили сорваться с губ.
— Конечно, это был он, но Эрик не виноват, — мда, защищать, так до конца и, по возможности, правдиво. — Просто у меня слишком нежная кожа.
— Хм, — скептически приподнятая бровь. — А раньше не жаловалась. Подруга, как много я, оказывается, о тебе не знала. Столько лет дружим и вот, до сих пор узнаю что-то новое. А что, зато в тонусе.
— Ну, еще мы немного увлеклись. Ладно, слишком увлеклись… друг другом. И… Короче, я не знаю как так получилось, — и не говорить же ей о том, что от целой ночи бесконечных занятий сексом не только синяки могут появляться. — Но мне действительно было хорошо, даже слишком. Почему ты не рассказывала, что это настолько…
На мгновение Сандра запнулась, не в силах подобрать правильного слова, и поняла, что ни одно из них не может передать того, что она чувствовала.
— … настолько восхитительно. Волшебно. Словно паришь где-то там. На минуту мне показалось, что я умираю.
На этот раз комментариев не последовало. Сандра повернулась, чтобы понять причину странного молчания подруги. Та тихо по-доброму улыбалась.
— Я рада. Рада, что мои опасения не оправдались, и с тобой не случилось ничего страшного. Рада, что твой первый раз был для тебя таким. Я рада, что несмотря ни на что, говоришь об этом сейчас с такими горящими глазами. Так и должно быть.
— А то, что Эрик просто исчез из моей жизни, тоже так должно быть? — невесело усмехнулась.
— Эрик…хм. А знаешь, — Ширли задорно тряхнула волосами, — в жизни слишком много красивых мужчин, чтобы грустить по одному из них. А Эрик… будем ему благодарны за ту непосильную помощь, что он оказал нам в становлении тобой женщиной. И вообще, кто еще позавчера говорил мне о том, что нужно получать удовольствие от жизни и отягощать себя мужчинами в этом деле не стоит?
Девушки весело рассмеялись. Ширли ловко увернулась от летящей в нее подушки и подорвалась к двери.
— Ладно, пойду, приготовлю завтрак. Жду тебя через пять минут на кухне.
Сандра натянула легкие спортивки с длинным рукавом, который хорошо скрывал синяки на запястьях. Волосы оставила распущенными, только слегка прихватив на затылке зажимом. К тому моменту, как она появилась в светлой богато наполненной солнечным светом кухне, тарелка с яичницей уже стояла на столе.
— Ого, ничего себе немного увлеклись. А у него нет такого же увлекающегося друга?
–
Ширли насмешливо проводила взглядом ее осторожную медленную походку к стулу. — Милая, где ты такого нашла?
— На втором ярусе 'НЮ'.
— Надо будет выпросить для себя билеты у Шона. В конце концов, ты его вчера от той кобылы спасла, что нацелилась
— Ммм, ты так же, как и Шон не веришь, что он может просто так понравиться девушке?
— Может, конечно, может. Просто в борьбе человек и банковский счет почти всегда побеждает первое.
— Какие печальные вещи ты говоришь.
— Правда жизни, дорогая.
— Ширли, а как я вчера добралась до дома?
— А ты не помнишь?
Снова тот же мрачный взгляд исподлобья, Ширли торопливо засунула вилку с едой в рот, прожевала и только после этого ответила.
— Когда я вчера вернулась домой, ты уже спала у себя в комнате.
Коридор был пустой. Широкие уверенные шаги были четко слышны, отдаваясь в высокий расписной потолок. Эрик направлялся к выходу. Руки, сжатые в кулак, четко выделялись в карманах брюк. Челюсть сжата, все тело словно излучает глухое раздражение.
Послышался стук двери о стену, словно ее открыли с размаху.
— Эрик, постой.
Мужчина догнал его и, поравнявшись, они вместе направились во двор здания. Уже на пороге Грегори не сдержался.
— Как ты себя чувствуешь?
— Намного лучше.
— Да, я вижу, энергетическое поле восстановлено. А девушка?
— Отвез ее домой перед тем, как приехать сюда.
— И она сама дошла до…
— С ней все в порядке, Грегори.
Тишина. Минута. Две. Легкий ветерок треплет рубашку на груди. Три. Шелест листьев. Пять.
— Эрик, ты слишком враждебно настроен к Совету Высших.
— Совет Высших. Знаешь, Грегори, я тоже отношусь к Совету. Однако он слишком медленно принимает решения.
— Они всего лишь осторожны.
— Слишком осторожны! Меня держали в плену и пытали, для того, чтобы узнать, где находятся тоннели. Ты уверен, что следующий, кого они поймают, не расколется? Можешь это обещать?
— Они наши братья.
Эрик медленно отвел взгляд в сторону. Челка упала на глаза.
— От наших братьев там мало что осталось. Они уже не те, что были раньше. Темные, вот кто они. И тоннели им нужны не для равновесия и соблюдения древних законов, а чтобы открыть их. Грегори, у каждого из нас там кто-то да есть. Не только твой брат ушел к ним. Я потерял своего отца. Их нужно уничтожить. Нельзя допустить открытия тоннелей.
— Я поговорю с Джорданом.
— Хорошо.
Эрик открыл дверь машины и уже хотел сесть в нее, когда Грегори его окликнул:
— Эй! — Эрик обернулся. — Я с тобой.
Выезжая за ворота, Эрик надел на глаза солнцезащитные очки, спрятав за ними вертикальные зрачки. Машина быстро неслась по главной магистрали в сторону города.
Сандра.
Губы чувственно растянулись в улыбке при воспоминаниях о девушке. Он снова хотел ее. Эту маленькую и такую восхитительно нежную куколку. Набухший член жестко упирался в брюки. Какой же сладкой она была. Жаль, что ее хватило ненадолго. Хотя он и так измучил ее, практически доведя до края. Люди слишком хрупкие существа. Они не обладают выносливостью серафионов, представителей древней магии. Иногда Эрик сомневался, что практически все население Земли когда-то состояло из серафионов. В той или иной степени каждый обладал своей магией. И основным сходством их расы были вертикальные зрачки и увеличение насыщенности цвета глаз, когда они испытывали сильные чувства. Все это было, пока перед серафионами не встала угроза быть уничтоженными. Тогда Совет Высших принял решение стереть все знания о себе и своей магии.