Объявлено убийство
Шрифт:
— Ах, мама, а я-то думал, что мое правильное питание для тебя важнее, чем то, что старой карге приспичило убрать со стола!..
— Тс-с, дорогой, она может услышать!.. А что такое “игра в убийство”?
— Точно не знаю. Кажется, к тебе прицепляют клочок бумаги.., нет, пожалуй, их все-таки тянут из шапки. Один становится сыщиком, другой — жертвой, гасят свет, и кто-нибудь хлопает тебя по плечу; ты орешь, падаешь и притворяешься мертвым.
— Что ж, весьма увлекательно.
— А по-моему, чертовски скучно. Я не пойду.
— Глупости, Эдмунд! — решительно возразила миссис
— Арчи, — сказала миссис Истербрук своему мужу, — ты только послушай!
Полковник Истербрук не обратил на нее внимания, поскольку возмущенно пыхтел, читая статью в “Таймс”.
— Вся беда этих деятелей в том, — изрек он, — что они не имеют об Индии ни малейшего понятия. Ни малейшего!
— Конечно, милый, конечно.
— Иначе они не писали бы такой чепухи.
— Ну, разумеется, Арчи, послушай: “ОБЪЯВЛЕНО УБИЙСТВО, КОТОРОЕ ПРОИЗОЙДЕТ В ПЯТНИЦУ, ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТОГО ОКТЯБРЯ (значит, сегодня!) В ВОСЕМНАДЦАТЬ ЧАСОВ ТРИДЦАТЬ МИНУТ В ЛИТТЛ-ПЕДДОКСЕ. ТОЛЬКО СЕГОДНЯ. ДРУЗЬЯ, СПЕШИТЕ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ”. — Миссис Истербрук торжествующе умолкла.
Полковник взглянул на нее снисходительно, но без особого интереса.
— “Игра в убийство” — вот что это такое, — сказал он.
— А… — пробормотала миссис Истербрук.
— Только и всего. — Полковник слегка выпрямился. — Однако она может оказаться очень даже забавной, если только играют со знанием дела. А для этого нужен кто-то, кто хорошо знает правила. Сначала положено тянуть жребий. Один из игроков — убийца, кто именно — никому не известно. Гасят свет. Убийца выбирает жертву. Она должна сосчитать до двадцати, а потом закричать. Тогда тот, кому выпало быть детективом, начинает расследование. Всех допрашивает. Где они были, что делали… Пытается вывести убийцу на чистую воду. Да, хорошая игра, если детектив.., м-м.., имеет представление о том, что ему нужно делать.
— Вот как ты, например. Арчи. Сколько интересных дел было в твоем округе!
Полковник Истербрук снисходительно улыбнулся и самодовольно покрутил ус.
— Да уж, Лаура, — сказал он. — Думаю, я мог бы их кое-чему научить.
Он приосанился.
— Мисс Блеклок зря не попросила тебя помочь.
Полковник хмыкнул.
— Так у нее ж есть этот молокосос! Племянник или кем он там ей доводится?.. Наверное, это он ее и подбил. Надо же додуматься — дать такое объявление!.. Забавно!
— Оно напечатано в частных объявлениях. Мы могли бы и не заметить. Как ты считаешь, это приглашение, Арчи?
— Хорошенькое приглашение! На меня, во всяком случае, пусть не рассчитывают.
— Но, Арчи! — Голос миссис Истербрук стал пронзительно-плаксивым.
— Должны были предупредить заранее. Они же знают, что я могу быть занят.
— Но ведь ты не занят, милый, правда? — вкрадчиво прошептала миссис Истербрук. — Арчи, по-моему, пойти помочь бедной мисс Блеклок — это твой долг. Она наверняка рассчитывает на твою помощь. Ты же столько знаешь про работу в полиции, про суды… Если ты ей не поможешь, у них ничего не получится. В конце концов, соседей
Миссис Истербрук склонила набок головку с крашеными светлыми волосами и широко распахнула голубые глаза.
— Ну, коли так, то конечно, Лаура… — Полковник Истербрук снова с важным видом покрутил ус и снисходительно глянул на свою пышную женушку. Миссис Истербрук была моложе его, по крайней мере, лет на тридцать. — Раз ты так считаешь, Лаура, — протянул он.
— Но ведь это действительно твой долг. Арчи! — торжественно отчеканила миссис Истербрук.
“Чиппинг-Клеорн газетт” принесли и в Боулдерс — так назывались три живописных, соединенных друг с другом коттеджа, где обитала мисс Хинчклифф и мисс Мергатройд.
— Хинч!
— В чем дело, Мергатройд?
— Ты где?
— В курятнике.
— Ой!
Осторожно ступая по высокой мокрой траве, мисс Эми Мергатройд добралась до подруги. Облачившись в вельветовые штаны и военный китель, та добросовестно растирала ладонями корм и бросала его в таз, в котором дымилось малоаппетитное варево из картофельных очисток и капустных кочерыжек.
Мисс Хинчклифф обернулась. Волосы ее были подстрижены коротко, по-мужски, кожа на лице задубела.
Мисс Мергатройд, миловидная толстушка, была одета в твидовую юбку и растянувшийся пуловер ярко-синего цвета. Седые кудряшки ее растрепались и напоминали птичье гнездо. Она слегка запыхалась.
— Тут, в “Газете”, — выдохнула Мергатройд. — Ты только послушай.., что бы это значило? “ОБЪЯВЛЕНО УБИЙСТВО, КОТОРОЕ ПРОИЗОЙДЕТ В ПЯТНИЦУ, ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТОГО ОКТЯБРЯ В ВОСЕМНАДЦАТЬ ЧАСОВ ТРИДЦАТЬ МИНУТ В ЛИТТЛ-ПЕДДОКСЕ. ТОЛЬКО СЕГОДНЯ. ДРУЗЬЯ, СПЕШИТЕ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ”.
У нее перехватило дыхание, и она умолкла, ожидая авторитетного заключения подруги.
— Рехнуться можно, — сказала мисс Хинчклифф.
— Да-да, но что же все-таки это значит, как ты думаешь?
— Выпивон, что же еще? — хмыкнула мисс Хинчклифф.
— Значит, это приглашение?
— Выясним, когда придем, — сказала мисс Хинчклифф. — Херес наверняка будет паршивый. Ты бы сошла с травы, Мергатройд. Ты же в домашних тапочках. Они насквозь промокли.
— О Боже! — Мисс Мергатройд уныло уставилась на свои ноги. — Сколько сегодня яиц?
— Семь. Эта проклятая курица все еще высиживает цыплят. Надо будет загнать ее в курятник.
— Странный все-таки это способ, как ты думаешь? мечтательно протянула Эми Мергатройд, имея в виду объявление в “Газете”.
Однако подруга была сделана из более простого и жесткого теста. Она нацелилась на борьбу с непокорной курицей, и никакие, даже самые загадочные, объявления не могли ее отвлечь.
Мисс Хинчклифф тяжело прохлюпала но грязи и набросилась на пятнистую наседку. Послышалось громкое возмущенное кудахтанье.
— Надо будет завести уток, — изрекла мисс Хинчклифф. — С ними куда меньше хлопот.
— Восхитительно! — воскликнула за обедом миссис Хармон, обращаясь к мужу, преподобному Джулиану Хармону. — У мисс Блеклок будет убийство.