Шрифт:
Авторская серия Владимира Аленикова
Несколько слов для читателя
Дорогой мой читатель!
Если ты следуешь за мной, а вернее, за моими историями, то, полагаю, ты вполне подготовлен к тому, чтобы посетить один очень тихий, прелестный городок. От души желаю тебе славно провести время в этом замечательно красивом месте. И пусть в нелёгкую минуту (если
Очень надеюсь встретиться с тобой, живым и невридимым, по окончании моей следующей книги, работа над которой уже идёт. В противном случае она, как ты понимаешь, будет лишена всякого смысла.
Заодно хочу воспользоваться возможностью и выразить свою благодарность моему сыну, сценаристу и кинорежиссёру Филиппу Волкену, с которым мы вместе написали сценарий на сходную тему, что, безусловно, весьма помогло мне в работе над книгой.
И, разумеется, я крайне признателен издательству «РИПОЛ Классик» и его генеральному директору Сергею Макаренкову за идею издания этой серии книг, открывающейся «Очень тихим городком».
А теперь, дорогой читатель, до новых встреч и удачного тебе пребывания в Приозёрске!
«Папаня выпучил глаза и всей пятернёй почесал заросший жёсткой щетиной подбородок. – Это оскорбляет моё чувство реальности, – глубокомысленно произнёс он. – В таком случае тебе лучше застрелиться! – пожал плечами Фил».
Пролог. Конюшни
Они уже теперь и сами не понимали, как их занесло в эти заброшенные конюшни. Собственно, конюшнями вереница переходящих друг в друга полуразрушенных сараев называлась по чистому недоразумению, в связи с устоявшейся в этих местах традицией. На самом деле никаких лошадей тут уже по меньшей мере лет сто как не было.
А что было, так это куча прогнивших досок, погнутых шпал, всевозможный мусор, из-под которого высовывались скособоченные ящики и пустые отчего-то сильно воняющие болотом бочки.
Фонарик, как назло, потух. Только луна светила теперь через дыру в разрушенной крыше, прорезала светлую дорожку в окружающей их тьме.
– Это всё из-за тебя! – гневно сказал один.
Ему уже исполнилось тринадцать, он чувствовал себя старше и вёл себя соответственно.
– Это твоя сраная идея!
– При чём здесь я! – обозлился другой, двенадцатилетний. – Ты сам мудак, Пузырь! Ты же точно такую записку получил!
– Тс-с-с! – Первый приложил палец к губам.
Они прислушались.
В звенящей ночной тишине явственно раздался странный металлический
– Бежим! – задыхаясь, прошептал второй.
Спотыкаясь, наталкиваясь на бегу на что-то острое и колющее, они бросились прочь.
Мерцающий луч света привёл их к полуоткрытой двери. Они забежали внутрь, оказались в небольшом, заваленном ржавыми инструментами помещении – то ли подсобке, то ли какой-то мастерской. В четыре руки навалились на дверь.
Она поддалась не сразу, но они давили отчаянно, изо всех сил, и дверь в конце концов дрогнула, поехала, захлопнулась с отвратительным скрипом.
Теперь они оказались в полнейшей тьме, только слышали свистящее тяжёлое дыхание друг друга.
– Я здесь не останусь… – тоскливо прошептал один. – Я не могу…
– Заткнись! – прервал его другой.
Из-за закрытой двери донёсся жутковатый звук, напоминающий жужжание огромного шмеля. Он приблизился, застыл на какое-то время на одном месте, потом стал удаляться и неожиданно пропал.
Снова наступила зловещая, сдавливающая горло тишина.
Так прошло очень много времени, а может быть, и очень мало, на самом деле они понятия не имели, как быстро оно идёт. В молчащей липкой тьме всё теряло смысл, привычные понятия становились зыбкими, неверными, а вокруг таилась, подстерегала угроза, запах которой они чувствовали очень остро.
– Жопен! – чуть слышно прошептал первый.
– Что? – не сразу откликнулся другой.
– Я больше не могу! Мне плохо. Давай выйдем отсюда. Там уже никого нет. Давай, а?
Второй молчал, думал.
– Ладно, – через какое-то время пробормотал он. – Пошли!
Они нащупали ручку двери, наткнулись на руки друг друга.
– Ты какой-то мокрый! – брезгливо прошептал первый. – Давай, взяли!
Они рывком потянули дверь на себя. Всё с тем же душераздирающим скрипом она открылась.
Толкаясь, они шагнули вперёд и тут же остановились, замерли, боясь шелохнуться…
Что-то страшное зрело в окружавшей их тишине.
Неожиданно жуткое жужжание раздалось совсем рядом. Они разом вздрогнули.
Б-з-з-з-з-з-з-з!!!
В тусклом свете сочившегося откуда-то сверху лунного луча блеснули две пары распахнутых в отчаянном ужасе глаз.
1. Инвалид
На стене висел отрывной календарь, их опять стали ностальгически выпускать в последние годы, как когда-то, в прежние времена. Чья-то рука резко оторвала вчерашнюю страницу, скомкала, бросила её в мусорную корзинку.
Палец привычно пробежался по новой открывшейся странице, выискивая нужную информацию. Ткнулся в искомые строки: