Очищение
Шрифт:
Никто из белых студентов не посмел вмешаться и, возможно, также быть заклеймённым как злобный расист, а все присутствующие белые начали быстро покидать здание, боясь оказаться замешанными.
— Господь, похоже, решил дать мне ещё одну попытку встретиться с тобой, Аннет, — процедил Перри, изучая карточку, а затем с отвращением посмотрел ей в глаза.
— Пожалуйста, убери пистолет от моего лица. Я не знаю, за кого ты меня принимаешь, но ты ошибся, — сказала Аннет, стараясь, чтобы её голос не дрожал.
Она не осмеливалась взглянуть в сторону
— Нет, не думаю, — ответил Перри. — Я никогда не забываю лица, даже если цвет волос и одежда другие. Я сегодня в наряде по охране кой-кого из законодательного собрания штата, которые выступают здесь во второй половине дня, и предварительно осматривал место, когда увидел, как ты стоишь здесь, и сразу тебя узнал. Ты — шлюха из этой армии, и ты арестована.
— По какому обвинению?! Ты не можешь арестовать меня! Ты — не полицейский! — закричала Аннет.
— Не тупи. Я — платный агент штата, и после 11 сентября 2001 года могу делать всё, что хочу!
Аннет не заметила, как Эрик вышел из двери кафе, но тот вдруг оказался за наёмником, с высоко поднятым над головой ноутбуком. Аннет крутанулась вправо и смогла отбить пистолет от своего лица левой рукой. А Эрик обрушил ноутбук сверху вниз с такой силой, что мог сломать охраннику шею, если бы попал, но кто-то из кучки чёрных и смуглых зевак, стоящих рядом, крикнул: «Оглянись, парень!», и Перри повернулся как раз перед тем, как ноут врезался ему в голову.
Удар пришёлся вскользь, но был нанесён Эриком изо всей силы. Перри упал на пол оглушённый. Пистолет грохнулся на пол, и Эрик нырнул за ним, одновременно бросив ноутбук Аннет. Его содержимое не должно было попасть ЗОГ.
Эрик поднялся с пистолетом в руке и повернулся. Они с Аннет оказались перед толпой около сорока студентов, чёрных, азиатов или грязнокожих разных оттенков. Они начали угрожающе надвигаться на ребят.
— Так ты из Добрармии, сука? — грозно спросил один огромный самоанец, очевидно, не испугавшись пистолета в руке Эрика, или же просто слишком тупой, чтобы заметить его.
Эрик взвёл курок пистолета, поднял его и выстрелил в грудь самоанца. Тот застонал, замычал и, обливаясь кровью, рухнул на пол. Все остальные с криком и топотом ринулись из здания вместе со всеми теми, кто ещё не улизнул, когда стало ясно, что начались неприятности.
Аннет заметила, что Перри, шатаясь, поднимается на ноги, и вытаскивает из кобуры на лодыжке блестящий короткоствольный револьвер.
— Эрик! — вскрикнула она.
Эрик повернулся и почти в упор выстрелил громиле из «Блэкуотер» меж глаз. Видимо, Перри зарядил пистолет полыми или разрывными пулями с капсюлями из гремучей ртути, потому что ему вырвало весь затылок. Охранник, шатаясь, простоял пару секунд, с лицом как кровавая маска, и через его глазницы буквально можно было видеть дневной свет и стену. Затем он свалился на пол, а ребята остались стоять одни-одинёшеньки рядом с двумя трупами. Они взглянули вверх и увидели, по крайней мере, две телекамеры слежения с горящими
— Не думаю, что мы сможем объяснить своё поведение, — вздрогнула Аннет. — Что же нам теперь делать?
— Бежим! — решил Эрик.
— Да, — кивнула Аннет. — А куда?
— Но не через двери, — ответил тот. — Сначала в крытый переход в педагогический центр. Возьмём у солдафона кое-что для обороны.
Аннет подняла маленький револьвер и сунула его в сумочку, а Эрик вытащил две дополнительных патронных обоймы из кармашков на поясе Перри и спрятал в задние карманы. Пока они бежали вверх по лестнице, он спросил:
— Есть что-нибудь в машине, что тебе обязательно надо забрать?
— Нет.
— Хорошо, я думаю, нам лучше уходить пешком. Машину слишком легко обнаружить и отследить, а в центре города очень плотное движение. Нас запросто поймают. Давай посмотрим, не сможем ли мы пройти по Девятой авеню, потом через центр города, а оттуда с остановки «Тримет» или «МАКС» — до нашего укрытия.
Эрик дотянулся и резко сорвал со стены одну из верхних камер слежения.
— Пусть теперь гадают, куда мы подевались.
Он сунул пистолет за пазуху, и ребята спокойно пошли под руку по застеклённому сводчатому проходу, соединяющему здания, а затем вниз через педагогический центр, с ноутбуком на ремне через плечо у Аннет. Им удалось выйти через боковой выход и попасть на тротуар кампуса. Позади слышался шум толпы и потом раздался вой полицейских сирен.
— По правилам мы должны разделиться, — тихо напомнила Аннет.
— Я знаю, — отозвался Эрик. — К чёрту правила. Я тебя не брошу.
— И я, — ответила Аннет.
— Если наш неизвестный товарищ не смог как-нибудь нам помочь, не знаю как, то нас видят на камерах, — заметил Эрик. — Нам нужно убираться из городка и от этих штук. Двигаем к Девятой авеню и Маркет-стрит.
— Там у ворот будка охраны.
— Ну да, но я знаю дорогу через забор.
Ребятам удалось выбраться и спрыгнуть на Девятую авеню. Движение было не такое плотное, и час пик второй половины дня ещё не начался, но на улице и тротуарах было достаточно многолюдно, и ребята смогли затеряться в толпе. Они перебежали через улицу, свернули налево на Парк-авеню и затем направо на Маркет-стрит. Эрик вынул свой мобильный телефон и набрал номер. После нескольких гудков ответил Джимми Уинго.
— Да?
— Это Бар-гриль Слайдерса? — спросил Эрик.
— Да, верно.
— У вас ещё есть техасский чай?
Уинго секунду помолчал.
— Да, мы его получили. Хотите попробовать?
— Очень хочу. У меня страшное желание его попить. Когда вы закрываетесь? — спросил Эрик.
— В час утра. Звоните заранее, чтобы заказать столик.
— Я позвоню. Пока.
Эрик выключил мобильник.
— В общем, он хочет, чтобы мы шли в район один, а не к нашей точке укрытия, что значит, что они будут нас спасать. Это должно быть в…, вот дерьмо! Я никак не запомню всё это.