Одержимость Фенрира
Шрифт:
Глава 39
Глава 39
Вздрагиваю.
Чёрный правый глаз Одина сверлит моё лицо тяжёлым и пристальным взглядом. Он знает, что угадал.
– Пойдём! Тебя отпустили. Нечего тут стоять, - с нажимом говорит Хаг. Его горячие твёрдые пальцы смыкаются на моём запястье, чуть выше браслетов.
И я позволяю себя увести. Мне кажется, если побуду здесь ещё немного, упаду в обморок.
Когда мы оказываемся с Хагом в тёмном коридоре, я останавливаюсь и без сил приваливаюсь спиной к камню. Коленки трясутся, я чуть-чуть не сползаю по стене вниз.
Механически поднимаю руку и отвожу в сторону браслеты. Бледный свет гнилушек на потолке освещает родимое пятно на внутренней стороне запястья, которое я всегда так не любила и прятала… и теперь его неровные очертания складываются для меня безошибочно в изогнутый серп месяца. Даже странно, что раньше я не замечала.
Откуда Один мог узнать?!
Становится жутко.
Этого просто не может быть.
Что моё появление здесь и правда было предопределено.
Хаг длинно выдыхает.
– Не показывай им. Как можно дольше.
Киваю. Сил нет говорить. Ходить, дышать и даже думать. Я смертельно устала, меня мутит и ужасно кружится голова. Волчонок у меня внутри… ребёнок мой и Фенрира. Я пока не могу это осмыслить. Это как будто не со мной. Я так мечтала! Но и в страшном сне не могло присниться, что узнаю об исполнении своей мечты вот таким образом. И окажусь в месте, где моему малышу будет угрожать смертельная опасность.
Как бы я хотела быть оборотнем, как Фенрир.
Я вдруг понимаю его чуть лучше.
Мне тоже хочется кому-нибудь глотки перегрызть. Пусть только попробуют пальцем тронуть моего ребёнка. Стоит мне лишь подумать об этом.
Меня всю колотит нервной дрожью.
– Идём уже! Тут холодно.
Хаг бережно берёт меня за руку и уводит.
«Покои» больше похожи на небольшую пещеру. И в них нет окна. Тьму рассеивает россыпь светящихся бледно-синим кристаллов на потолке. Скорее тюремная камера, чем спальня для гостей. А впрочем, может и хорошо, что нет окна. Вряд ли оно было бы застекленным, скорее ещё один провал в скале. Представляю, как из него несло бы холодом на такой высоте.
– З-здесь нет очага? – спрашиваю я, оглядев тёмное помещение, в котором лишь каменное ложе, устланное шкурами, по виду напоминающими шкуры белых медведей.
– Прости, не слишком шикарно для такой, как ты, - смущённо отзывается Хаг, почесав в затылке. – В покоях моего отца намного красивее. Но вряд ли ты бы хотела заночевать
– Не напоминай, - убитым голосом отзываюсь я. – Как-нибудь обойдусь шкурами. Спасибо.
Может, завтра, когда наступит новый день, ко мне вернётся надежда.
Пока одно желание – рухнуть на постель и забыть всё, что произошло сегодня, как страшный сон.
Хаг мнётся у порога и не уходит.
– Голодная?
– Ничего не хочу, спасибо.
Аппетита и правда нет совсем, хотя я не помню, когда ела.
Наверное, опасность подавляет его. Когда организм решает, что в любой момент надо будет спасаться бегством или сражаться, отягчать себя пищей – не лучшее решение.
– М-м-м… - сердце снова ноет. Морщусь и потираю рёбра под левой грудью.
В чёрных глазах Ворона вспыхивает беспокойство.
– Так ты не врала? Ты и правда болеешь?
Я посмотрела на него с грустью.
– Жаль, что твой отец мне не поверил. Правда в том… что если меня не вернуть немедленно к мужу, я могу не дожить даже до родов. Мой Волк – моё единственное лекарство. Может, ты сможешь ещё раз попробовать поговорить с Одином? Как донести до него, что я в любом случае не смогу стать его женой, если останусь здесь…
Хаг тряхнул головой.
– Мой отец не слушает никого. И меньше всех на Вороньем камне он послушает меня.
– Почему?.. – невольно сорвалось с моих губ.
Хаг отвёл глаза, и я увидела, что мой вопрос ему неприятен.
– Не хочу об этом говорить.
Я вздохнула. Жаль, что он мне не доверяет до такой степени. Но сейчас и правда у меня было о чём подумать кроме того, чтобы разбираться в сложностях семейных интриг местного правящего семейства.
Села на краешек каменного ложа.
– Спокойной ночи! Мне кажется, я сейчас засну сидя.
– Минутку.
Хаг вышел на середину комнаты и простёр ладони над каменным полом.
В считанные минуты в центре покоев вспыхнуло синее магическое пламя, озаряя их уютным мерцающим светом и даря тепло, которое волнами плыло по воздуху и мягко окутывало меня всю. В сон стало клонить ещё немилосерднее.
– Так будет лучше, - кивнул Хаг.
– Спасибо… - робко начала я. Но он не стал слушать. Зло глядя перед собой в пустоту, развернулся и широким шагом двинулся к выходу.
– Не смей меня благодарить, - процедил через зубы. – Я ничем не заслужил твоей благодарности. Чем дальше, тем противней мне то, что я сделал.
Я запнулась.
– Ты… запрёшь меня? В смысле… тебе велели?
Не поворачиваясь, стоя ко мне спиной на пороге, Хаг тихо проговорил:
– Нет. На Вороньем камне никто не запирает дверей. Но я тебя очень прошу никуда не ходить. По крайней мере, без меня. Уйти отсюда без крыльев ты всё равно не сможешь. А вот влипнуть в какие-нибудь неприятности – ещё как.
– Куда уж мне сильнее влипнуть, - горько усмехнулась я, обнимая себя за плечи.
Хаг по-прежнему стоял ко мне широкой спиной, почти растворяясь в черноте тьмы, царившей за дверью, куда не проникали отблески магического огня.